Чтение онлайн

"Немец" испугался. Отодвинув от себя подальше все кресты, он дрожащим голосом прохныкал:

– Не-не-не не надо пробивать... Я Комарчук Вадим...

– Прекрасно!
– обрадовался Константин, но крест не отдал.
– Вот что, Комарчук Вадим, не видали ли вы вот этого гражданина?

Константин поднёс к носу Комарчука карандашный фоторобот "панка-Терминатора", который до сих пор не обрёл человеческого имени, кроме бестолкового "Эрика".

– Он мог кое-что у вас купить, - уточнил Сенцов, ожидая ответа.

Комарчук поглазел на "Терминатора" из-под своей кепки и почему-то подавил смех.

– Не, гражданин, начальник, - отказался он, замотав башкой.
– Этот точно ничего у нас купить не мог! Кто-то вас надул.

– А это ещё почему?
– не поверил Константин, удерживая фоторобот на столе рукой, свободной от креста.
– Вполне мог купить, например, кинжал. Вспоминайте, Комарчук!

– Да нет же!
– Комарчук опаять подавился смехом.
– Этот тип в сорок третьем крякнул!

– Когда???
– Константин изумился так, что у него глаза едва не вылезли на лоб.
– Ты что мне тут метёшь, "Немец"?? Спятил, чи шо?

– Да не, гражданин начальник!
– Комарчук опять помотал башкой, надвинул козырёк, и после этого выкатил один из ящиков стола.

Ящик оказался наполнен раритетными чёрно-белыми фотографиями, с которых смотрели некие суровые солдаты и офицеры.

– Что это?
– не понял Сенцов, не выпуская крест и фоторобот.

– Я с девяностых копаю, - рассказывал тем временем Комарчук, роясь в сонме фотографий.
– Я всех фашей, которые у нас под Сталино подвизались, как облупленных знаю! Кстати, фотки сам нашёл, а не купил! Вот!

Комарчук выгрузил из стола одну фотку, где-то девять на пятнадцать, и шлёпнул рядом с фотороботом Сенцова.

– Не верите, гражданин начальник?
– уточнил он.
– Смотрите!
– и убрал руку от своей фотографии, явив Сенцову того, кто был изображён на ней.

Константин, полный скепсиса, глянул и с ужасом отметил, что да, субъект на фотографии, оснащённый фашистской фуражкой и стеком для погона лошадей, фантастическим образом походит на "Терминатора", как близнец!

– Эрих Траурихлиген, группенфюрер СС, тысяча девятьсот четырнадцать - тысяча девятьсот сорок три!
– сообщил Комарчук.
– Его взорвали партизаны, когда он в машине ехал! Так что, гражданин начальник, он ничего у нас купить не мог, тем более, что мы ничего не продаём!

Константин застыл и слышал слова копателя, словно сквозь толщу воды. Он своими глазами видел этого человека вот уже несколько раз... Александр Новиков видел его и даже получал от него побои... Новиков обозвал своего странного товарища "Эриком"... И тут - "Эрих"... Но бывают же двойники у Путина, у Ксении Собчак и у Леди Гаги?? Бывают... Сенцову почему-то стало жутко, он невнятно и гнусаво пробурчал:

– Спасибо...

И всё, на большее его не хватило. Он только конфисковал у "Немца" Комарчука раритетную фотку группенфюрера - чтобы показать Фёдору Фёдоровичу и Крольчихину и собрался уползти куда подальше. Но вдруг подумал о том, что не запомнил, как полностью зовут этого "фюрера". В голове вертелся лишь идиотский "Эрик"... Застопорившись, Константин стребовал с Комарчука листок бумаги и приказал:

– Пиши!

Комарчук пожал плечами, очевидно, считая Константина Сенцова сумасшедшим, и коряво нацарапал на косматом сальном клочке четыре длинных слова и одно короткое. Потом подумал и нацарапал ещё одно длинное и кучку цифр.

– Пожалуйста, гражданин начальник, - сказал он, протянув клочок Сенцову.

– Спасибо, - ещё раз прогудел Сенцов и, наконец, уполз.

Выйдя из затхлой сталинки на свежий воздух, Константин смог унять дрожь и одышку. Он постоял немного у подъезда, хватая кислород, переваривая полученную от Комарчука "антинаучную фантастику". Нет, так не бывает... Неужели, ошибся Игорь Ёж?? Ладно, ошибся Игорь Ёж, но Сенцов же собственными глазами видел "мусорного беспредельщика", который и есть "Терминатор", как тот уезжал от него на джипе. Потом видел его же, в наряде панка, как он отделал банду и... растворился в воздухе... и это было сегодня! Без Крольчихина тут не обойтись, поэтому Сенцов пробыковал музеи и крейсерским шагом зашагал к парковке, чтобы забиться в служебную машину и рвать когти в отделение.

Крольчихин и Фёдор Фёдорович снова сидели за одним столом, и Константин испугался, увидев их. Крольчихин и Фёдор Фёдорович садились за один стол лишь в том случае, если город вдруг потрясло ужасающее преступление в стиле Джека Потрошителя, а в обычные времена каждый сидел в своём кабинете. На этот раз "общий стол" принадлежал Крольчихину, был выполнен из красного дерева и завален всякими бумагами. Бумаги громоздились такими "небоскрёбами", из-за которых едва-едва выглядывал компьютерный монитор. Константин чуть не упал, переступая порог, создал шум неуклюжими ногами, и оба следователя тот час же повернулись к нему.

– Что-нибудь есть?
– сейчас же "включился" Крольчихин и, нервничая, переломил свою ручку на два куска.

– Е-есть... кое-что...
– задыхаясь от стресса, выдавил Сенцов, перелез низкий порог, подполз к "общему столу" и принялся рыться в карманах, разыскивая фоторобот Игоря Ежа и антикварную фотографию Комарчука "Немца".

Фёдор Фёдорович следил за движениями Константина вытаращенными глазками и тоже терзал ручку до тех пор, пока та не приказала долго жить, развалившись на запчасти. Константину казалось, что эти двое просверлят его взглядами насквозь, пока он будет перекапывать содержимое своих карманов. Поэтому Сенцов поторопился, и вскоре на столе, по соседству с кипами бумаг, возникли три крышечки от пепси-колы, два билета в кино, на которое Константин так и не сводил Катю, кучка пятаков и десяток, надкушенный ломтик батона... и, наконец, Константин вспомнил, что положил "подарок" Комарчука во внутренний карман куртки.

– Вот они!
– заявил Сенцов с таким видом, словно бы начисто переловил всех донецких бандитов.
– Сначала посмотрите сюда, - Сенцов выложил пред выпученные очи Фёдора Фёдоровича карандашный фоторобот "кисти" Игоря Ежа.

– Ну?
– не понял Фёдор Фёдорович, а Крольчихин поскрёб макушку остатком ручки и скептически пробормотал:

– Этого я уже видел сто раз, он мне уже мозоль на правом глазу натёр! Что ещё, Сенцов?

– Я был у "чёрных копателей", - невозмутимо продолжал Сенцов, ожидая, что Крольчихин свалится со стула, когда увидит "козырную" фотку, подаренную "Немцем".
– Там сидел один кадр, он глянул на этого голубца и выложил мне вот, что!
– Сенцов шулерским движением выкинул на стол свой "козырь", и с удовольствием заметил, как округляются глаза Крольчихина.

– Кха! Кха!
– откашлялся Крольчихин, потому что почувствовал в горле какой-то недобрый густой ком.
– Как это понимать, Сенцов?
– на лице следователя возникла улыбка, какая обычно возникает при виде клоунов в цирке, и он хихикнул, однако подавил смех и выкатил серьёзное лицо.

– Я тоже обалдел, - признался Константин, теребя одну из крышечек от пепси-колы, понимая, что клоун в этом "цирке" он сам.
– Но вы гляньте - как близнецы!

– Поразительно!
– выдохнул тем временем Фёдор Фёдорович, придвинув антикварную фотографию так близко к глазам, что она касалась носа.
– "Эрих Иоганн фон Краузе-Траурихлиген, группенфюрер СС, тясяча девятьсот четырнадцать - тясяча девятьсот сорок три"...
– прочитал он то, что Комарчук нацарапал на засаленном клочке бумаги, который тут же подсунул ему Сенцов.
– Действительно... Новиков сказал, что его друга зовут Эрик... Кха! Кха!
– Фёдор Фёдорович тоже закашлялся, подавившись от изумления.
– Я... не знаю, что сказать... Нужна экспертиза...

– Нужно притащить Утицына!
– воскликнул Крольчихин, перебив Фёдора Фёдоровича.
– Пускай опознает этого "фюрера", и скажет, похож он на Терминатора или не похож!

С этими словами вспотевший от умственной перегрузки Крольчихин схватил рацию и крикнул в неё, продолжая натужно кашлять:

– Сержант! Эй, кто там у обезьянника?

– Морозов!
– прохрипела рация, тоже кашляя.

– Морозов, Утицына из десятой тащи ко мне!
– генералом распорядился Крольчихин и откинулся на спинку кресла с таким видом, будто бы пёр пятидесятикилограммовый мешок из Пролетарского района в Ленинский.