Чтение онлайн

– Ужас, как дорого!
– фыркнул Теплицкий, который порядочно поиздержался, финансируя утопические трансхроны с воскресителями... Да и бункера стоят тоже недёшево... ещё гад какой-то купил в фирменном магазине Теплицкого рыбную консерву, в банке с которой содержалась мышь, увидал на этикетке фирму-производителя и в суд на него подал.

– Миркин!
– крикнул он профессору, который топтался около пыльного стола и не знал, куда себя деть.
– Скажи, всё это нужно, или он водит нас за нос??

– Я... не знаю...
– правдиво ответил профессор Миркин, который так и не смог разобраться в устройстве "брахмашираса", как бы ни пытался.
– Возможно, он прав...

– Дундук!
– плюнул Теплицкий.
– У меня бюджет не резиновый, чтобы выполнять все его капризы!

– Ну, Теплицкий, я вижу, ты - держиморда...
– небрежно бросил Траурихлиген, глядя не на Теплицкого, а на свой поломанный "брахмаширас".
– Зажилил, да, денежки? Ну, тогда не поедешь - заказывай самосвал и сдавай в металлолом...

Теплицкий шаркал ногами по полу и молчал: желание выехать в свет на "брахмаширасе" горело в нём сильнее желания жить... Да, он потратит на "брахмаширас" столько денег, сколько понадобится для того, чтобы вновь оживить машину!.. А того "мышиного" клиента можно и пристрелить, чтобы не отравлял существование!

– Ладно, турист, ты победил!
– выплюнул Теплицкий, потирая алчные ручки так, чтобы этого никто не заметил.
– Ты составляешь список всего, что тебе нужно, а я беру все расходы на себя!

– Прекрасно!
– хохотнул Траурихлиген.
– Теплицкий, готовься: список будет длинным!

Место действия: особняк Теплицкого, Дата: через месяц, Время: не важно.

Теплицкий отдыхал в своём коттедже - сидел в шезлонге, около бассейна у себя во дворе, пил коктейль через соломинку и слушал тяжёлую музыку, которая раскатами неслась из динамиков бумбокса. С неба на него светило солнышко, заставляя кожу загорать, пригревало, Теплицкий разомлел было, задремал, но внезапно встрепенулся, вспомнив, что сегодня - исторический день... И как он мог забыть, что сегодня турист должен был включить "брахмаширас".

– Вот, чёрт!
– Теплицкий ругнулся, потому что встрепенувшись, пролил коктейль на шорты.

Выскочив из шезлонга с таким проворством, будто бы последний горел, Теплицкий скачками помчался в дом, чтобы связаться с профессором Миркиным и выяснить, как продвигается ремонт таинственного паука.

Геккон и Третий вытянулись в струночку, как солдаты, увидав, как шеф мчится по коридору, поскальзываясь в своих тапках.

– Осторожнее, шеф, - негромко заметил Геккон, когда Теплицкий, мчась, зацепил боком витиеватый декоративный столик, отчего несчастный предмет мебели опасно накренился и сбросил со своей столешницы авангардную рогатую вазу. Ваза треснулась о твёрдый паркет, превратившись в невысокую груду осколков, а Теплицкий только фыркнул:

– Хлам!
– и ухватил Геккона за рукав пиджака.

– Идём, Геккон!
– приказал он, таща.
– Сейчас, будем на выходить на видеосвязь!

В доме Теплицкого видеосвязь недавно повилась - Миркин установил видеофон, работающий через Интернет, в одной из больших комнат, и Теплицкий, буквально, прилип к обширному монитору, вызывая профессора на "исторический" разговор. Геккон и Третий механически встали по обеим сторонам от двери, которую заведомо никто посторонний никогда не откроет, а Теплицкий, как только увидел на большом экране профессора Миркина - тут же принялся громогласно изрыгать:

– Миркин! Турист включил мой "брахмаширас", или нет?? Почему ты мне не звонишь и не сообщаешь??

– Во-перывых, добрый день...
– проскрежетал Миркин, унылый какой-то... странно, неужели турист не включил "брахмаширас"??

– Так что, турист не включил "брахмаширас"??
– рявкнул Теплицкий, подпрыгнув, а Геккон на всякий случай отодвинул низкую глянцевитую тумбочку, на которой пылилась ваза китайского фарфора. Ваза стоила больше, чем две зарплаты Геккона и Третьего вместе взятые, а Теплицкий, скинув её, или не заметит, или снова фыркнет: "Хлам!"...

– Извини, Теплицкий, тут заминочка вышла...
– пробухтел Миркин, чьё лицо исходило нервирущими клеточками из-за медленной работы сети Интернет.

– Ты что?? Какая такая заминочка??
– перепугался Теплицкий, размахивая шальными руками так, что задевал вокруг себя решительно всё, что только можно было задеть.
– Вы что, сломали "брахмаширас"?? Позови-ка мне туриста!

– Боюсь, что это невозможно...
– отказался унылый Миркин, покачав невыспавшейся своей головой.
– Во-первых, "брахмаширас" он не включил, и я подозреваю, что он это специально делает. А во-вторых, ты обалдеешь, когда увидишь счета...

– Не, ну тут не наглость!
– психически возмутился Теплицкий, и принялся расхаживать взад-вперёд по комнате, шаркая своими тапками по персидскому ковру, а на экране видеофона перед ним вздыхал несчастный профессор Миркин, стоя где-то, где и не должен стоять, около окна.
– Он не включает мне "брахмаширас", а только доит меня! Геккон!

– Что?
– отозвался Геккон.
– Шеф, я в этой во всей механике не смыслю ни зги!

– Чёрт...
– буркнул Теплицкий.
– Миркин!
– призвал он профессора, опрокинув в рот стакан бонаквы.

– Теплицкий, прекрати визжать...
– устало пробормотал Миркин, который тоже очень хотел пить и буквально пожирал глазами бонакву Теплицкого.
– Он выгнал меня из бункера и задраил дверь. Я не могу к нему попасть!

– Протараним дверь!
– постановил Теплицкий, опрокинув ещё стакан, но не в рот, а на рубашку.
– Чёрт!
– ругнулся он, вытирая воду кулаками.
– Геккон может взорвать её - у него достаточно динамита, да, Геккон?

– Угу...
– гуднул Геккон, который ничего не хотел взрывать, а хотел спать.

– Геккон, взврывай дверь прямо сейчас!!
– требовал Теплицкий, подпрыгивая на месте, расплёскивая воду в радиусе трёх метров вокруг себя.
– Мне надо сказать "туристу" пару слов без протокола! Он меня уже достал!

– Та, ладно, ладно...
– согласился Геккон, потому что Теплицкий начал выпихивать его за дверь обеими руками.
– Взорву... Только смотрите, шеф, чтобы не взорвался ваш этот... как его... ну, штуковина...

– А ты аккуратнее!
– настаивал Теплицкий, не переставая пихать.
– Если сломаешь "брахмаширас" - вскачешь на рыбку!!
– пообещал он, схватил в правую руку стакан бонаквы, оступился, споткнувшись о ковёр, и вся вода выплеснулась из стакана на спину Геккона.