Чтение онлайн

– Ничего...
– выдавила Звонящая, едва ворочая языком, а Траурихлиген уже шёл наверх, ведя её за собой.
– Очень красивое место... Я тут ни разу не была...
– негромко прибавила она, проходя мимо кустов алых и белых роз, ступая по рельефным лилиям Бурбонов, орлам, коронам, которые украшали эти ступени вот уже три столетия.

Всё вокруг неё казалось нереальные, сказочным, будто во сне... Звонящая незаметно ущипнула себя, чтобы наверняка проснуться от боли... Сон растает, и придёт неразложенный диван, вчерашняя пицца... Она достаточно больно себя ущипнула - но ничего не случилось с этим волшебным сном - только внезапно в глаза бросил застывший в солнечном воздухе голубь - низко, прямо на уровне глаз.

– Ой, смотри, турист... Эрик...
– булькнула Звонящая, застряв где-то посередине лестницы, понимая, что эта солнечная безветренная реальность - нехрональная...

– Хроносбойчик...
– пожал плечами Траурихлиген, ненавязчиво заставляя Звонящую сдвинуться с мёртвой точки и подниматься выше.
– Прости, это преобразователь барахлит... чего то... Я уже вернул нас в нормохронос, и, видимо, получился маленький сбой...

– Маленький?
– не поверила Звонящая, а застывший голубь вдруг шевельнулся, замахал сизыми крыльями и круто ушёл вверх, улетев прочь.
– Репейник бы с ума сошёл, если бы увидел этот "маленький" сбой!
– заметила она, машинально поднимаясь, потому что Траурихлиген двигался вперёд.

– Кстати, твой маяк с экранов Репейника просто пропал, - в который раз улыбнулся Траурихлиген, подводя Звонящую к высоким воротам церкви, перед которыми возвышался античный обелиск, привезенный сюда из садов Саллюстия.
– Я специально летел сюда в режиме деосцилляции, чтобы сбить с толку игрек-нет твоего Репейника, и он никогда не поймёт, где ты! Прошу!
– он открыл одну стрельчатую створку, пропуская Звонящую вперёд.

Она машинально прошла, оказавшись в прохладе под позолоченными сводами церкви. Удивительно, но здесь никого не было - ни единой души - только статуи ангелов из белого мрамора. Звонящая слышала лишь негромкий стук своих высоких каблуков, двигаясь между рядами высоких белых арок, украшенных золочёными иконами и статуями, дремали пустые скамьи... Звонящая заклинилась на месте, топчась на белом полу, оглядываясь с изумлением и страхом... Казалось, что всё вокруг неё - просто поразительный сон... Далеко впереди, у богато украшенного колоннами и лепниной алтаря, стоял священник в золотом облачении, с библией в руках, страшно застывший в нехрональной реальности.

– Турист, то есть, Эрик... пожалуйста, верни нормальное время...
– негромко попросила Звонящая, чувствуя себя крайне неуютно в нехрональности... Репейник постоянно твердит, что нахождение в нехрональном срезе вредно, почти что вызывает рак...

– А это и есть нормальное время!
– негромко сообщил Траурихлиген, в который раз улыбнувшись.
– Всего на одну сотую долю секунды раньше нормохроноса!

– А...
– Звонящая хотела сказать что-то ещё, но Траурихлиген вдруг повернулся к ней лицом, остановившись, и она заглохла, молча моргая, вопросительно уставилась на него.

– А, я забыл тебе сказать!
– негромко произнёс Траурихлиген, глядя Звонящей прямо в глаза, и опустился перед нею на одно колено, протянув на раскрытой ладони маленькую коробочку.
– Выходи за меня замуж!

– А...
– похолодевшая от внезапного страха Звонящая с трудом перевела взгляд с улыбающегося лица Траурихлигена на его коробочку. В ней сверкало кольцо - широкое золотое кольцо, усыпанное горящими бриллиантами.

– Оно в нашей семье уже четыреста лет, - добавил Траурихлиген, продолжая стоять на одном колене с кольцом на вытянутой руке.
– Теперь оно твоё! Ты согласна?

Нехрональная реальность будто бы закружилась вокруг неё, Звонящая со страхом поймала в себе мысль о том, что ей хорошо рядом с ним, и она согласна, по крайней мере, нестерпимо хочет согласиться - мешает только нехрональность, и то, что она - из опа, а он - хронопреступник...

Звонящая была в шоке, словно во сне...она не замечала, что топчется с раскрытым ртом. У неё мучительно перехватило дыхание - да она едва не умерла на месте! Почти ничего не соображая, она молча кивнула, кажется, даже рот не закрыв, а обрадованный её согласием Траурихлиген проворно вскочил и повёл её дальше, к алтарю, у которого ожил священник, выйдя из нехронального ступора.

Едва дыша, Звонящая Спотыкаясь, едва преодолела три широкие ступени из белого мрамора, прошла мимо низкого декоративного заборчика с замысловатыми балясинами, и оказалась перед самым алтарём. Оживший священник улыбался, поздоровавшись по-итальянски, Траурихлиген ему негромко ответил, сказав несколько итальянских слов, которые Звонящая абсолютно не поняла, потому как по-итальянски знала только "пиццу", "си", "равиоли" и "бонджорно". Её руки и ноги были такими холодными, будто бы она провела на морозе много часов, Звонящая их почти что не чувствовала, стояла, как деревянная кукла, сквозь звон в ушах слыша, как священник, читает длинную проповедь опять же на итальянском языке... Он смотрел в свою библию, обложка которой несла на себе золотые украшения и драгоценные камни, а вокруг, кроме его монотонного голоса не слышалось ни звука. Звонящая снова ущипнула себя ледяною рукой, чужой такой, едва чувствительной, потому как думала, что продолжает спать...

– Se accetta di prendere questa ragazza in mogli?
– осведомился священник у Траурихлигена, а тот с невозмутимым видом громко ответил:

– Si, certamente!

Потом священник спросил нечто похожее и у неё, а Звонящая, не поняв ни словечка, знала только то, что нужно кивнуть и кивнула, подсознательно убеждая себя в том, что всё ещё спит. Траурихлиген взял её за холодную руку, и осторожно надел на её безымянный палец своё четырёхсотлетнее семейное кольцо, и оно, кажется, было как раз на этот её ледяной палец. Звонящая стояла с поднятой рукой, видела, как Траурихлиген сам надевает второе кольцо себе на палец - понимал, что она, шокированная, вообще не может шевелиться.

– Puo baciare la sposa!
– добрым голосом предписал священник и застыл с поднятыми руками, погрузившись в нехрональный ступор.

Звонящая продолжала стоять, а Траурихлиген вдруг повернулся к ней, обнял за талию, резким движением притянув к себе, и поцеловал с неожиданным и пугающим рвением и страстью. У Звонящей аж в глазах потемнело, и подкосились её холодные ноги, она не упала только потому что Траурихлиген её держал, целуя. Из первый поцелуй, который произошёл уже после венчания... Звонящая думала, что он будет как-нибудь более сдержанным, что ли...

– Побежали!
– отпустив её, Траурихлиген громко выкрикнул это слово и, взяв её за руку, сорвался с места, чтобы покинуть церковь бегом.

На ногах Звонящей оставались босоножки на высоких тонких "шпильках", а она и не замечала, как бежит на этих шпильках-ходулях, будто летит по воздуху - даже на подол ни разу не наступила.

Солнце скрывалось за верхними этажами ближайших домов, а Звонящая, выскочив в прохладу нехронального вечера, легко сбегала по Испанской лестнице вслед за Траурихлигеном.

Перед фонтаном, на бассейне, на каменной лодке оказалось очень много живых и подвижных голубей, которые клевали разбросанные крошки. Вспугнутые бегущими людьми, они все разом шумно взмыли в вечерний воздух, разлетались, свистя неуклюжими крыльями.

Звонящая удивлялась, как это у неё получается держаться на каблуках, на которых она раньше с трудом ходила, а Траурихлиген вдруг схватил её за обе руки и принялся кружить, и она кружилась вместе с ним среди разлетающихся голубей. Звонящая ни разу не оступилась, ловко переступая с ноги на ногу, а потом вдруг жёстко споткнулась, окончательно лишившись равновесия и размаху полетела прямо в фонтан, рискуя искупаться в нём с головой. Траурихлиген буквально, поймал её в полёте, остановив неуклюжее падение, а она обняла его за плечи, чтобы вернуть потерянное равновесие, их взгляды на миг пересеклись, но она, стесняясь, отвела глаза, уставившись на этих голубей, которые летали тут повсюду, создавая крыльями своими ветерок.