Чтение онлайн

— Да, как ты и говоришь!

Видя одного из лучших в мире, опустившемся до такого состояния, Тацуя мог лишь открыть рот в потрясении.

— ...Я, конечно, слышал о подкаблучниках, но я не помню, чтобы кто-то был побит своей младшей сестрой...

Чувствуя, что увиденное для него уже слишком, Тацуя отвел взгляд, и увидел в стороне суетившуюся с тревогой Мизуки. После того, как он ей помахал, Мизуки, казалось, расслабилась и почувствовала себя несколько свободнее.

— Тацуя-кун... Что случилось с Эрикой-тян?

— Серьезно, что происходит?.. — Тацуя мог лишь в недоумении покачать головой в ответ на вопрос Мизуки.

— Онии-сама, может Эрика выражает? — Миюки, едва сдерживая смех, дала Тацуе этот расплывчатый ответ.

— Выражает? Выражает что?

— Очень скоро узнаешь.

Всё более и более загадочно, Тацуя и компания могли лишь наблюдать, как этот «бой» повернул в новом направлении.

— Нии-сама, не говори мне... неужели ты покинул свой пост из-за того, что хотел увидеть эту женщину?

— Ты снова об этом, я же сказал, что не отказывался от своего поста...

— Я не хочу этого слышать! — Эрика безжалостно прервала слова брата и уставилась на Мари, которую игнорировала (вероятно, сознательно) до этого, потом вернулась обратно к Наоцугу: — И впрямь, как потрясающе... Нии-сама, известный как Кирин Тиба, фактически отказался от своего долга ради такой женщины...

— ...Эрика, по крайней мере в школе я всё ещё твой сэмпай. Я не помню случаев, за которых меня можно было бы назвать «такой женщиной»?

До этого времени Мари терпеливо и молча ждала, но, наконец, нарушила молчание и встряла в разговор.

Однако Эрика полностью проигнорировала слова Мари.

— Кстати, Нии-сама, я считаю, что ты впал в немилость лишь после начала отношений с этой женщиной. Мечник, освоивший искусство Тысячи Лезвий, пренебрегал практикой и влюбился в эти мелкие фокусы.

— Эрика!

Для Наоцугу это было табу. Он сбросил мягкий характер, будто актер снимает маску. Столкнувшись с этим разъяренным выкриком, Эрика задрожала от шока.

— Чтобы отточить талант, всегда нужно впитывать новые техники. Я верю и всегда держусь этого. Это не имеет ничего общего с Мари. Услышав, что Мари получила травму, именно я не мог усидеть на месте. Но Мари всё равно сказала мне, что всё будет хорошо, если я не приеду. Поэтому, прежде всего как дочке семьи Тиба, тебе должно быть стыдно за своё поведение!

— ... — она молча закусила губу, но всё равно не отводила взгляд от Наоцугу.

— Давай, Эрика. Извинись перед Мари.

— ...Никогда.

— Эрика!

— Отказываюсь! Нии-сама, ты и вправду бросил своё официальное задание, чтобы приехать сюда! И всё из-за этой женщины! — Снова разговор повернулся в новом направлении. — Я никогда в этом не уступлю! Нии-сама, после встречи с этой женщиной ты начал разлагаться!

Эрика быстро повернулась и стремительным шагом ушла от своего брата.

— Эрика-тян, подожди, Эрика-тян!

Когда она достигла лифта и полностью вышла из вестибюля, Эрика, наконец, обернулась на голос Мизуки.

Потом сказала «Ой».

— ...Тацуя-кун. Миюки... Не говорите мне... вы всё слышали?

Её интонация и выражение были полностью типичны для Эрики.

Однако инстинкты Тацуи говорили ему, что Эрика едва сдерживает слезы.

— Прошу прощения... мы не хотели.

— Тацуя-кун, на этот раз ты должен расплатиться.

— Что?!. Хорошо, ты выиграла. Пожалуйста, будь милостивой.

— Предложение принято, — Эрика показала свою обычную беззаботную улыбку.

Учитывая, что она уже приняла свой обычный вид, если бы Тацуя чрезмерно оберегал её, то она бы только насторожилась, что разрушило бы все старания.

— Эрика, ты уже обедала?

— Хм? Ещё рано... Эх, хорошо. Я ещё не ела, так что пошли вместе, — уклончиво ответила Эрика на вопрос Миюки.

— Онии-сама?

— Хорошо. Мы всё равно идем есть в номер. Если ты не против, хочешь к нам присоединиться?

— Конечно, я пойду! Мизуки, хочешь с нами?

— Хорошо, тогда извините.

— Пожалуйста, не волнуйся, ты вовсе нам не докучаешь.

— Э? Это не то, что я имела в виду!

— Серьезно... Тацуя-кун, придираться к другим это слишком.

Похоже, у Эрики всё ещё было плохое настроение, потому что она использовала инструмент, чтобы его повысить.

Впрочем, на самом деле она на него не злилась, это было очевидно. Тацуя криво улыбнулся и откусил огромный кусок от бутерброда.

Мизуки и Тацуя сделали вид, что не обратили внимания на произошедшее ранее, поэтому они не поднимали снова эту тему.

— Тогда... Тацуя-кун, Миюки, Мизуки, вы хотите меня о чем-то спросить?

Тем не менее, Эрика была готова снова открыть Ящик Пандоры.

— Человек, который был с Ватанабэ-сэмпай, похоже твой старший брат, Эрика.

Миюки была единственной, кто ловко и беззаботно ответила.

— Да. Это мой глупый брат, то, что его обманула эта женщина, одновременно вызывает жалость и приводит в ярость...

— Разве он не мечник мирового класса? Даже если ты не хвалишь его, не думаю, что ты должна называть его «глупым братом», разве не так?

— Э? ...А, так вот в чем дело. Если это Тацуя-кун, неудивительно, что ты знаешь о Наоцугу Нии-сане.

— Э-ри-ка. Даже если ты с нами, тебе не следует менять свои слова, хорошо? Разве ты не должна говорить Наоцугу Нии-сама?

— Ах, забудьте об этом! Это на меня совершенно не похоже! — Эрика взялась руками за голову и уткнулась лицом в кровать.

По-видимому, из-за термина «приличия» она сильно смутилась.

«...Не должна ли ты больше смутиться тем, что уткнула голову в подушку, которую использовал парень», — с беспокойством подумал Тацуя.

— Хорошо, Хорошо. Значит, Эрика любит Наоцугу-сана.