Тусклое мерцание золота
Шрифт:
– Как же, слыхал! Почтенный бизнесмен, почтенный!.. Да не нашенский он, вот оказия какая!.. А отчего же господин Локтев с Валерием Алексеевичем не покалякал? Тот бы и меня в курс дела ввел, да я бы помог ребяткам! А? Или вашенская это инициатива?
– А разница-то какая?
– Тю-тю-тю! Гляньте, разницы ему нет!
– Хозяин улыбнулся, показав два ряда золотых зубов.
– А тебе невдомек, крендель, что разрешение выспрашивать надо? Когда на мою территорию лезешь?
Митя и Железо не видели, как трое братков, за их спинами, опустили руки в карманы. Железо покраснел от гнева! И тут Антон допустил главную и непростительную ошибку! Взглянув на дверь и стоявших там парней, он сунул правую руку свою в карман куртки, резко, одновременно поднявшись со стула. Больше он не успел ничего! Раздался выстрел, громкий, и Антон рухнул на пол, с простреленной шеей. Митя не шелохнулся, только сильно побледнел. Один из парней приставил свою волыну к его голове, другой вытащил митино оружие.
– На колени, сука!
– прошипел тот, что держал пистолет. Митя упал на колени. Антон несколько раз передернулся и затих. Вокруг его простреленной шеи и головы натекла большая красная лужа.
– Ай-я-яй!
– спокойно произнес Хозяин.
– Какое неуважение к старшим! Давай, колись, что за тайна, с мобилами?
– Н-не знаю! Клянусь, не знаю!
– Митя почти кричал. Голова вспотела, пот струился по спине.
– Босс распорядился найти мобилу, из-под земли достать! Ну, не знаю я, зачем!
Хозяин, не торопясь, затушил сигарету. Как бы размышляя, что делать с молодым наглецом, задумчиво посмотрел на Митю, почесал грудь.
– Обоих, в яму Беккари! Только без шума лишнего!
Митя вскинул голову на щуплого Хозяина.
– Куда?
– жалобно, но не без надежды, спросил он, тихо.
– К трупикам, свиным да собачьим!
– усмехнулся плешивый.
– Перегниешь, до осени!
И, накинутая сзади удавка, захлестнула митино горло...
С утра Борис и Аркадий поехали смотреть металлоискатель. Аркадию приглянулась недорогая модель, отечественного производства, куда могли залезть его умелые руки и голова с физико-математическим мышлением. Затем, в магазине радиодеталей, они докупили какие-то микросхемы, мелкие детальки, проводки и паяльник. Борис расплачивался, вздыхая, качал головой, но проделывал все это молча и незаметно от Аркаши. Выходило все-таки дешевле, чем самая простая импортная модель.
– Ну, кажется, все! Можно ехать собирать агрегат, - доложил Аркадий.
– Руки не дрожат?
– заботливо спросил Борис.
Аркадий высокомерно, сверху вниз, глянул на шефа.
– Да, я алкоголик, но мастерство еще не пропил! И честь, спешу заметить!
– Аркадий пошел на выход. Борис опять покачал головой и вышел вслед за изнуренным алкоголем ученым мужем.
В ночлежке Аркадий протер как следует стол, расстелил газету, разложил на ней купленные детальки и паяльник. Взял в руки металлоискатель, рассмотрел его со всех сторон. Затем принялся изучать схемы в инструкции.
Телефон Бориса заиграл, когда сам он уже разделся. Девочки еще спали.
– Слушаю, - ответил Борис. Некоторое время он молчал.
– Здравствуйте, уважаемый Кирилл Данилович. Рад познакомиться с таким дорогим и настоящим коллекционером!.. Нет, простите, сейчас не смогу, разве что к двум часам... Хорошо. Как Вас найти?.. Договорились!
Борис Павлович отер легкую испарину со лба. Да, сейчас он разговаривал с хитрым и жестоким бандитом, гнавшимся за золотом Иванникова, отставая от их группы на несколько шагов. А может, уже настигнув их? Нет, этого не могло быть! Толик и Колюня - свободны и живы, а на тайну телефона Локтев мог выйти только через кого-то из них. Если кто другой не проболтался. Но это тоже невероятно!
Борис набрал номер Колюни.
– Колюня, здравствуй, это я. Ничего не отвечай, только когда я закончу, скажи, что ошиблись номером. В два я буду в гостях у Локтева. Не обращай на меня внимания и ни в коем случае не заговаривай. Все!
– Вы ошиблись номером, - спокойно произнес разведчик и закончил вызов.
Чтобы не торопиться, пора было выезжать. Проснулась Ирка, как почувствовала. Увидев надевающего пальто Бориса, она попросилась с ним.
– Нет, Ирочка! Я к Локтеву, проконсультировать его по монетам. Он тоже, коллекционер!
– Боря, мне страшно!
– Мне тоже немного страшно, но, по логике вещей, в сферу его интересов я еще не попал, как и никто из нас. Не волнуйся, дорогая!
– Борис спокойным шагом подошел к женщине, нагнулся и поцеловал ее.
На самом деле, Боря ужасно волновался, но виду не показывал. Ирка с тревогой глядела на него, Вика - с любопытством. Андрей сидел за столом напротив Аркадия и глядел, как тот приступил к пайке дополнительных микросхем.
– Ну, все, я поехал, - Борис улыбнулся и помахал всем рукой.
– И давайте, до моего возвращения на грудь не принимать! А то Толику расскажу!
– Напугал козла капустой, - не поднимая головы, проворчал Аркаша.
– Все, пока!
– Борис повернулся и вышел.
Несколько времени в ночлежке стояла тревожная тишина.
Дядя Боря выехал раньше, чтобы в одиночестве собраться с мыслями. Остановился у ботанического сада, гулял там около часа. Позвонил Глеб. У братьев состоялся непродолжительный разговор. Отец Глеб, в очередной раз, звал Бориса к себе, проявляя незримо тревогу и родственную заботу. Борис рассказал о возможной женитьбе на проститутке, которая моложе его самого на двадцать четыре года, специально, в надежде на отказ брата от попечения. К его, Бориса, сожалению, иерей слегка стушевался, но пыл к опеке над близнецом не умерил! "Хорошо! Бог попустит богатство - может, к братцу и съезжу! Если живым останусь!" Удивительно, но мысль о гибели, во время их авантюрной операции, успокоила дядю Борю, и совершенно хладнокровно он двинулся в Ольховку!
До дома Локтева Борис ехал не спеша, оглядываясь по сторонам. Место было очень живописное. Справа, за нешироким строем сосенок, проглядывало замерзшее, потемневшее озеро. Слева тянулись высокие и не очень ограды из кирпича, кованого чугуна и современных, неведомых Борису, стройматериалов. Зачастую, даже из водительского окошка, видны были верхние этажи элитных дач, разноцветные, как элементы детского конструктора. Вся эта роскошь новых буржуа ничуть не раздражала Бориса Павловича. Он никогда никому не завидовал. Может, в детстве, тем, кто был атлетически сложен, высок и лучше него играл в футбол. Нынче и эта зависть исчезла. Показуха современных миллионеров даже не раздражала его, а вызывала чувство легкого пренебрежения и досады на такую недальновидную слепоту кичащихся богатством своим. Таковы люди, все разные, со своими причудами, с непохожими характерами. Удивительно то, что пребывавшие в бедности подхалимы и тихушники становились наиболее оголтелой и развязной частью новой элиты, а всегда уверенные в себе, сильные и независимые личности, такими, разбогатев и остались. Следовало, что богатство меняет не любого человека; сильный, остается сильным, а слабый становится посмешищем в собственном богатстве.
Дом Локтева можно было узнать сразу. Ковка ворот и ограды выглядели изящнее окружающих, дом-дворец был приземист, в два этажа, и только центральная башенка непонятного предназначения взлетала вверх, как баллистическая ракета при запуске из шахты.
Борис остановил машину перед воротами и посигналил.
Высунулась голова охранника.
– Борис Павлович Сукреев, - представился пенсионер.
Охранник кивнул головой, исчез в окошке, и ворота медленно стали отворяться. Борис проехал к дому и оставил опель у парадного крыльца. Навстречу к нему вышел крепкий, с седым ежиком волос, человек.
– Начальник охраны, Владимир Петрович Шкуро, - представился он. Не дожидаясь представления Бориса, рукой пригласил пройти того в дом.
– Прошу.
Борис поднялся по ступеням, следом за Шкуро. В просторном вестибюле начальник охраны помог Борису снять пальто.
Появился здоровый лысый парень с совершенно тупым, но не лишенным красивых черт, лицом.
– Борис Павлович? Кирилл Данилович ждет Вас в кабинете. Я провожу, пойдемте.
– Спасибо, - тихо, скорее, для себя, произнес Борис.