Чтение онлайн

Венди Роби (Надин Херли): Предполагалось, что у меня будет эпизодическая роль. Мы снимали сцену, где я задергиваю шторы в доме. Камеру установили в магазинчике напротив, который превратили в заправку Большого Эда.

Я проверяла действие карнизов, и краем уха слышала, как помощник режиссера, присевший в углу, переговаривался по рации с остальными. И тут я уловила смешки Дэвида. Подумала, наверное, это здорово – суметь рассмешить режиссера! И, как робот, я продолжала задергивать шторы снова и снова, делая все возможное. Процесс это был болезненный, пока я поднимала и опускала тонкие режущие веревки. Но я не останавливалась, потому что он все смеялся и снимал дальше. Руки уже все были в крови, и было так больно, но я терпела. Тогда я убедилась, что за Надин будет интересно наблюдать в сериале.

Дэна Эшбрук: Я следовал тому, что мне говорили и что было написано в сценарии. А когда сильно увлекаешься ролью и стараешься быть правдоподобным, нередко вырывается настоящая натура. Помню, при первой встрече с Дэвидом и Марком мы душевно побеседовали, а потом Дэвид заявил: «Вообще-то, Бобби столько не улыбается». А я буркнул: «Ладно, не буду!»

Джеймс Маршалл: Все роли отражали черты играющих их актеров. Нужно было только признаться самому себе, что персонаж в чем-то на меня похож, и жить с этим, соответствуя герою.

Это было как подражание стилю Хемингуэя. Кстати, «Парни из читальни» сначала именовались «Хемингуэев-цы», пока не сменили название. Я умел ездить на мотоцикле, но никогда раньше не садился на «Харли» («Дэвидсон»), пришлось научиться им управлять. Это касаемо потенциала и знаний, которые он (Линч) разглядел еще до того, как я узнал, на что способен.

Дэвид Дж. Латт: Там была сцена в лесу, ночью, где Лара Флинн Бойл очень подавлена. Было уже очень поздно, холодно, а мы снимали в самой чаще (как казалось). Тогда Ларе было 18 или 19 лет, и я помню, как Дэвид не переставал работать с ней, пока она не нащупала нужное эмоциональное состояние. Он подсказал ей направление, и она прочувствовала данный момент. Вжившись в роль, она стала настолько уязвимой, что, я думаю, зрители ей сочувствовали. Наблюдать за ним было очень интересно. Я увидел, как искусно он подходит к работе, и понял, почему так любим актерами. Я хорошо это запомнил.

Мэри Джо Дешанель: Лара идеально подходила на роль молодой девушки, у которой все в жизни идет прекрасно, но хочется большего, чего-то другого, захватывающего. Но впоследствии она понимает, что та, иная сторона не только опасна, но и может нести зло и разрушения. Этот тяжелый процесс взросления она и показала на экране.

Джеймс Маршалл: Хотите верьте, хотите нет, но моей самой любимой сценой была сцена в лесу из пилотной версии. Дэвид был так увлечен процессом. Мы сотню раз снимали этот момент. Тайна, которая связывала героев, их влечение друг к другу, – все это знакомо большинству подростков. Когда живешь себе и ощущаешь тяжелое одиночество, но при этом встречаешься с кем-то, а потом понимаешь, что он не тот, кто тебе нужен, и неожиданно оказываешься рядом с другим, с тем, на кого поглядывал украдкой; и это взаимно. Прям в точку. Результат меня порадовал.

Лесли Моралес: Еще одна особенность Дэвида, которую я не замечала у других режиссеров, – он репетировал с глазу на глаз. Когда говорил с актерами, просил всех выйти, и дальше уже было их личное время. Наверно, так он пытался раскрыть возможности актеров, которые мы никогда больше не увидели бы на экране. Это было священным таинством и закрытой темой. Никто из них ни разу не пришел и не доложил: «Ой, а вы знаете, что он сказал?» (Смеется.)

Рон Гарсиа: Так или иначе, Дэвид был очень скуп (смеется) на комментарии. С актерами, со мной, с любым из съемочной группы, – подводил к сути простыми доступными словами, которые трогали нас и сразу попадали в цель.

Джоан Чен: Дэвид был очень спонтанным и хотел посмотреть, что случится. Ему было любопытно, что находится в твоем тихом омуте. Как-то он попросил Ричарда Беймера шепнуть мне что-то на ухо. Ричард прошептал: «Ах ты, сучка». Я не так хорошо знала английский и не ожидала подобного, и не поняла, что это значит. И задумалась: «Может, я что-то пропустила в сценарии?» Понятия не имела, что это такое! (Смеется.) Так что Дэвид не получил ожидаемой реакции, потому что я просто не поняла!

Я прошлась, размышляя: «Что бы это могло значить?» – присела, и сцена закончилась. Ричард подбежал ко мне и выпалил: «Прости, ради бога, Джоан, но это Дэвид попросил!» А я в ответ: «А что ты сказал? Что это значит? Я не поняла!» (Смеется.) Хотела бы я поучаствовать в проекте, где бы работала с ним два с половиной месяца, может, в фильме или еще где. Дэвид очень интересный человек, жаль, наше время было ограничено.

Дэна Эшбрук: По существу, он [Линч] тот человек, которому можно довериться, идя по горящим углям. Что он скажет – то ты и сделаешь. Всецело поверив ему и в него, ты можешь все. Для юного парнишки, каким был я, это бесценный опыт. Он, как заботливый отец, присматривал за тобой и, как творческий человек, пытался разглядеть, что у тебя за душой. Все до единого любили его на площадке. Было приятно поработать с такой мощью. Я его обожаю.

В начальных кадрах пилота «Твин Пикс» заядлый рыбак Пит Мартелл (которого играет Джек Нэнс) обнаруживает тело Лоры Палмер, протяжно произнося известную фразу: «Она мертва, завернута в полиэтилен» До таинственной смерти Нэнса в 1996-м он был актером-талисманом почти что каждого фильма Дэвида Линча, начиная с роли Генри Спенсера в «Голове-ластике».

Множество ключевых тем из «Головы-ластика» просочились в «Твин Пикс», включая одинокие фигуры, поющие загадочные песни, зигзагообразные полы и бурные внутренние конфликты Съемка «Головы-ластика» пять лет хранилась в Американском институте киноискусства в Беверли-Хиллс и привела других будущих жителей «Твин Пикс» под крыло Линча, в том числе жену Нэнса (бывшую) Кэтрин Э Коулсон и Шарлотту Стюарт.

Кэтрин Э. Коулсон (Маргарет Лантерман по прозвищу Дама с Поленом): Меня задел тот факт, что жену Джека в «Твин Пикс» звали Кэтрин Мартелл. Думаю, Дэвид похихикал над нами, заставив Джека произносить «Кэ-э-э-три-и-и-н» (голосом Нэнса) в «Твин Пикс» точно так же, как он раньше обращался ко мне. К концу сериала Джек и я снова стали общаться. Мы развелись, но остались друзьями. Мы были слишком молоды, когда поженились, но поддерживали связь во время сериала. Было весело.

Дуэйн Данэм (режиссер видеомонтажа пилотной версии): Джек был милейшим созданием. Я работал с ним и в «Синем бархате». О нем ходят разные безумные истории, но он был душа-человек. Я понял, почему они с Дэвидом были так близки. Дэвид – добрая душа. Джек тоже добряк. Он отыграл эту сцену эксцентрично, искренне; я усмехался каждый раз, когда видел его в начале пилота.

Дэвид Дж. Латт: Должен отметить, снимать сцену обнаружения тела Лоры Палмер было довольно угнетающе. На экране это выглядело как в жизни: холодным, опустошающим, туманным и жутким. И бедная Шерил Ли, – это же кошмар! (Смеется.) Все, что вы видите, мы испытывали на себе.

Шерил Ли: Я была как губка. Раньше я изучала основы медитации и использовала все методы, чтобы успокоиться и отстраниться, не думая о происходящем. Я никогда не была на телевидении или съемочной площадке, поэтому впитывала все, что творилось вокруг: слушала, внимала и мотала на ус. Играть мертвого человека на съемках – очень познавательно, все забывают, что ты тут, и можно слушать и учиться.

Дуэйн Данэм: Тело, найденное на берегу, производило сильное впечатление. Привычно собираясь на рыбалку, в потешной манере, Джек заставляет меня прыскать со смеху каждый раз, когда я вижу эту сцену. Разве не характерно, что именно этот персонаж находит тело? По-моему, тем самым он показывает зрителю, как бы в данной ситуации мог отреагировать обычный человек. Это не просто сыграть.