Твое пламя и твои крылья, феникс
Шрифт:
Не с первого раза справившись с ручкой двери, выбралась на просторный балкон. Попыталась на глаз оценить строение, в котором находилась. Не то чтобы я была знатоком архитектуры (даже близко нет, увы), но уроков истории культуры родного края хватило, чтоб усвоить, какими очертаниями обладают дворцы и замки в окрестностях и в сердце отеческого города. Так, подобные здания встречаются севернее моей родины, но там они наперечёт, и ничего подобного на фото оттуда я не видела. И лес там не такой.
Мде…
Но, может, южнее? Тоже вряд ли. Прищурившись, я посмотрела в небо и снова задумалась. Лишняя горстка плюсиков в пользу версии, что старый козёл не соврал. Это другой мир. Чёрт. Версию, что я свихнулась или переживаю моменты смерти мозга, отметём как бесперспективные. Значит, надо исходить из того, что жива, здорова, оказалась невесть где в мире победившего зверского патриархата и должна как-то выкарабкаться. Покусав нижнюю губу, я вернулась в покои. Потом, отмокая в тёплой воде ванны, обдумывала план на ближайшие десять дней.
Значит, отдохнуть и выспаться. Выяснить, владею ли я местной речью и местной письменностью. Почитать что-нибудь о местной магии. Выяснить, что тут кушают, что растёт и добывается в лесах. Каковы законы, каких ситуаций женщине позарез следует избегать. Добыть плащ и в идеале одеяло, нож и котелок, мешок какой-нибудь, а дальше всё, что может пригодиться в путешествии. И немного еды, если получится.
Пространный список дел.
В сон действительно тянуло. Казалось бы, вынырнула сюда из сна, а измотана так, словно целый день на грядках попой кверху вджобывала. Меня едва хватило на то, чтоб поужинать (еду принесли прямо сюда, на изящном серебряном столике, красоту которого в силу усталости оценить не успела) и упасть мордой в подушку.
Зато утро порадовало: чистейший воздух, прокрадывающийся в приоткрытое окно, щебет птиц, чьи-то шаги за дверью…
— Бабу-уль! — пробормотала, ленясь просыпаться. — Я ещё чуть-чуть…
И резко села на постели, вспомнив о том, что произошло.
В голове было мутно, сон я не запомнила, но в целом ощущала себя пристойно. Когда слезла на пол, оценила, как держусь на ногах, как двигаюсь, как себя ощущаю, и решила, что можно приступать к делу. Тем более что время поджимало. При всей внешней простоте перечня задач каждая из них была поистине бездонна. И удастся ли добиться хотя бы пристойного уровня — неизвестно.
Подошла к окну — по ту сторону неплохого по качеству, разве что слегка радужного стекла (то есть очень старого) ничего со вчерашнего дня не изменилось. Не сон, бл… не видение! Чёрт тебя побери, старый козёл! Вот же… Ну держись! Даже если придётся выйти за тебя, уж я тебе устрою брачную жизнь… Нет, в патриархальном мире это всегда чревато. Нужно сделать всё, чтоб не оказаться в этих силках. А значит, приступаем.
Одевшись в длинное свободное платьишко, отыскала лестницу, спустилась вниз и стала гулять по коридорам, осторожно заглядывая в каждую открытую дверь и тем более проём. Хитрован в рясе обнаружился в сводчатой большой зале с тремя каминами, длинными массивными столами и огромными светильниками. Видимо, парадная столовая, и её как раз к чему-то готовили: натирали светильники и канделябры, протирали пыль. Движуха вокруг себя замкового хозяина мало беспокоила — он стоял почти в самом центре залы и тыкал пальцем во что-то, напоминающее маленький планшет. Я, заинтересовавшись, потрусила прямо к цели.
— А что это?
Он нахмурился и отдёрнул планшет от моих цепких любопытных лапок.
— Дамам не стоит себя беспокоить такими вещами. Это новые технологии, и они могут быть опасны для хрупкого здоровья женщин. Вам что-то нужно? Вы могли позвать слугу.
— Нет, я… То есть нужно. Да. Я хотела попросить у вас книги. Я же могу читать по-местному?
Рясоносец два раза моргнул. Недоумевает, что ли?
— Если в родном мире вы умели читать, то и здесь будете уметь.
— А, отлично! — Я с облегчением закатила глаза. — Можно мне книжки по магии? Жуть как интересно, с чем этого зверя едят.
— Магия — не зверь. И её не едят.
— Да понятно! Я просто шучу. Так можно?
— Безусловно будет можно — сразу после заключения нашего брака. Пока же настоятельно советую вам отдохнуть, не перенапрягаться. Ваше здоровье очень меня беспокоит.
«Старый козёл, — подумала я, мирно улыбаясь. — Чтоб у тебя геморрой сочетался с поносом».
— Ладно. Но другие книжки-то можно? История, культура… Романы?
— Я скажу, чтоб вам принесли. Осваивайтесь.
— Да, и ещё — можно, чтоб мне показали, где кухня?
— Кухня? Зачем вам? Скажите слугам, вам принесут любое кушанье.
— Да не в этом дело! Я хочу посмотреть, как готовят. Сама, может, что-нибудь сготовить. Я всегда это дело любила, оно меня… успокаивает.
— Да?
— И вообще, сами понимаете, пищевые привычки — это серьёзно, их удовлетворение дарит ощущение комфорта. Я хочу хоть какие-то привычные блюда, а их нужно научить готовить. Может, и вам понравится. — И демонстративно пожала плечами: мол, смотри, я тут готовлюсь к свадьбе, к роли замковой хозяйки, осваиваюсь, чего тебе не нравится, а?
Мужик, помедлив, кивнул.
— Конечно. Но условия — не переутомляться.
И, похоже, проводил меня внимательным взглядом.
Глава в размышлениях о том, как все это понимать (2)
Взгляд Тоа Ионафана
Он внимательно наблюдал за девицей и пытался понять, что ему не нравится. Точнее, что настораживает. Вопрос внешности с самого начала его не волновал совершенно. Он знал, что минует два-три дня, и блёклая женщина превратится в юную свежую девушку, которой внутренняя энергия придаст очарование, которое будет манить к себе, как влечёт прохладная вода посреди накалённой пустыни. И вообще неважно, какие у неё черты лица, попа, грудь и талия — она всё равно будет красива. Тут гораздо важнее её характер, нрав и душевные особенности.
Сперва порадовался, что не устроила такую же истерику, как пять предыдущих девчонок. Их просто было не утешить, одну вообще пришлось оставить взаперти на целые сутки. Девица вообще ничего не желала слушать, а потом, к тому же, оказалась совершенно бесполезной. Куча сил и нервов была потрачена впустую. Остальные четыре трофейные бабы тоже к делу не годились, но их хотя бы удалось пристроить с выгодой для себя. И теперь, когда выбор, кого выдёргивать из немагического мира, был выверен, и Тоа набрался терпения, готовности уговаривать, успокаивать, затапливать харизмой и располагать к себе…
Ничего не понадобилось. «Гостья» оказалась уравновешенной и как-то даже слишком здравомыслящей. Ни одной из тех, кого он таскал сюда при помощи ритуала, и в голову не приходило затребовать ответную клятву. Это даже понравилось. Он клятву дал, не попытавшись внести хоть какие-нибудь линии выхода или оговорки. Ни к чему. Зла он ей не желал. Всё, что было нужно — её магия, уникальная, немыслимая в условии их мира.
Это было грандиозным открытием — обнаружить, что магический талант в условиях немагического мире не только скрыто развивается, но ещё и особым образом «выдерживается» под гнётом неприменения, совершенствуясь сразу по всем направлениям. В итоге получается мало того что глубокий, мощный, но и просто всеобъемлющий дар, который оказывается в распоряжении своего владельца сразу готовым, надо только дать ему недельку, чтоб развернулся в условиях магического мира. Такой здесь естественным путём не разовьёшь, даже если способности и данные имеются. Почти стопроцентен шанс по ходу обучения сорваться и выгореть, сойти с ума, не выдержать напора магии и раствориться в ней, сдаться под напором чисто физических мук тела и надорваться…