Чтение онлайн

В следующее мгновение ее охватила злость. Джеймс говорил как-то, что его преданность распространялась лишь на тех, кто ее заслуживал. Разве может она всерьез надеяться, что заслужила эту преданность тем, что доверила ему свое тело? Но даже мысль об этом показалась ей унизительной.

Лидия повернулась на спину. Пальцы у нее затекли и онемели, что сильно мешало застегивать пуговицы на лифе платья. Когда же Джеймс тоже приподнялся и предложил ей помощь, она резко отказалась.

Виконт взял ее руки и получил в ответ шлепок по пальцам. Тогда Джеймс схватил Лидию за запястья и отвел ее руки в сторону с такой легкостью, как будто она была маленьким-ребенком, хотя именно он говорил, что она сильная. Лидия опустилась на колени и дернулась изо всех сил, пытаясь высвободиться. Но у нее ничего не получилось. Это сильно разозлило ее. Сердито крикнув, она сделала новую попытку, но лишь сумела повалить Джеймса к себе на колени. Руки Лидии он так и не отпустил. Тогда она принялась дергаться и вырываться из последних сил, и ее раздражение быстро сменилось нешуточным гневом. Но сколько бы она ни пыталась, Джеймс так и не разжал своей хватки. Его пальцы, твердые и горячие, цепко удерживали ее руки, и на протяжении всей этой борьбы Санберн неотрывно смотрел ей прямо в глаза. Его спокойный неподвижный взгляд тоже начал раздражать Лидию. Джеймс выглядел очень спокойным, особенно на фоне ее нервозности. У Лидии внезапно защипало в глазах.

Вся их борьба представлялась ей неуместной и ненужной, каким-то ребячеством.

Тяжело и прерывисто дыша, Лидия наконец сдалась. Санберн ослабил хватку, позволив ей немного высвободить руки, однако продолжал удерживать их за кончики пальцев. Одновременно другой рукой он вновь потянулся к пуговичкам на ее платье. Абсолютно спокойным голосом виконт произнес:

– Послушайте, Лидия!

– Да, – откликнулась она после недолгого молчания.

– Мне хотелось бы, чтобы вы мне доверяли.

Как же быстро он управляется с ее пуговицами! Наверняка он проделывал это тысячи раз.

– Почему? Может быть, вы хотите дать мне какой-нибудь совет?

– От меня такой щедрости трудно ожидать, – ответил Джеймс. – Нет, мне нужно только ваше доверие. Думаю, что вы уже поняли, как высоко я ценю его. Люди редко говорят друг с другом откровенно, но я надеюсь, что смог бы рассчитывать на это, пусть даже со временем.

Его ответ показался Лидии странным. В то же время эти слова Джеймса вызвали в ней какие-то перемены. Куда-то пропала ее извечная настороженность. Ее сменила задумчивость. Почему-то ей стало трудно говорить, едва только Лидия попыталась открыть рот.

– В таком случае и вы будьте честным со мной. Закончив застегивать пуговицы на платье, Санберн помог Лидии подняться. Затем отступил на шаг назад, сцепил руки за спиной и принялся прохаживаться с каким-то удивительно официальным видом.

– Что бы вы хотели узнать?

Первым ее побуждением было спросить, чего он все-таки от нее хочет. Но едва только этот вопрос возник у нее в голове, как он тут же потерял всякую значимость. У Лидии не оставалось никаких сомнений в том, что этот мужчина увидел в ней нечто притягательное для себя. Он ведь назвал ее… прекрасной. И она поверила в это. В противном случае она ни за что не пошла бы вместе с ним в лодочный сарай. Убежденность Лидии в его искренности стала тем колдовским зельем, которое и сделало возможным все происшедшее между ними.

Однако Лидия тут же вспомнила и обмен любезностями, который случился между ними на лестничной площадке возле квартиры миссис Огилви. Тогда Санберн, очевидно, и слышать не хотел о какой-то откровенности между ними.

– Скажите, почему моя откровенность так важна для вас? Что такого вы хотели бы услышать?

– Все, что вам угодно мне сообщить. Санберн криво усмехнулся:

– А вот у вас, Лидия, есть одна особенность: высказывать мне только неприятные вещи.

– Значит, я напоминаю вам клуб для кулачного боя. Со мной у вас есть еще одна возможность испытать боль. – Лидия грустно засмеялась. – К тому же еще один неплохой шанс огорчить вашего отца, разве не так?

– Боже мой, да нет же! – Виконт двинулся к ней, но Лидия торопливо отступила – она не могла доверять себе, когда этот человек прикасался к ней. Заметив ее реакцию, Джеймс тут же остановился. – Ну хорошо, – произнес он и нервно взъерошил шевелюру. – Скажу сразу: мой отец здесь совершенно ни при чем. Вы хорошо умеете подмечать тонкости, Лидия. А у меня это не всегда получается. Вы умеете достойно вести себя в любых ситуациях. Я на это не способен. – Виконт рассмеялся, но в его смехе не было особой радости. – Наверное, я со временем стану таким же, как мой проклятый папочка, верно? А вдруг мне удастся вырваться из этого круга?

Джеймс умел находить подходящие слова для выражения своих мыслей. Лидия с интересом выслушала его рассуждения.

– Свою судьбу вы создаете себе сами, Джеймс. Но при этом вы даже не представляете, насколько вы счастливы.

Санберн понизил голос, чтобы говорить так же тихо, как Лидия.

– Вам нужна свобода, не так ли? Я это понимаю. И хорошо знаю, как мораль светского общества сковывает жизнь женщин. Возможно я смогу вам помочь.

«Но я не сестра вам», – едва не сорвалось с ее губ. Какой-то инстинкт вовремя остановил ее. Ей вдруг открылась простая истина – она совершенно не хочет прогонять от себя этого человека.

– Вас никто не заставляет спасать меня.

– Конечно, нет. Но жизнь так жестока и несправедлива. И если вам потребуется помощь, рассчитывайте на меня.

Лидия уже перестала понимать, о чем же именно они сейчас беседуют. Она даже предполагала, что и Санберн утратил нить разговора. В наступившей тишине они просто смотрели друг на друга. Кто-то должен был прервать эту затянувшуюся паузу и произнести слова, которые нужны были в эту минуту. Однако Лидия уже кое-чему научилась. Говорить первой она не собиралась.

Послышался стук в дверь. Охнув от неожиданности, Лидия поспешно юркнула за корпус лодки.

Раздался скрип открываемой двери и женский голос.

– Компания захотела покататься на лодке при лунном свете, – объявила миссис Чаддерли. – Если мисс Бойс где-то здесь, то я предлагаю ей отправиться в дом вместе со мной.

Мокрая лужайка сверкала от капелек дождя. При каждом движении юбки Лидии волочились по грязи и еще больше намокали. Это заставило ее приподнимать их при каждом шаге по хлюпающей под ногами грязи. Миссис Чаддерли, по-видимому, не обращала внимания на такие прозаические вещи, как грязь и земное притяжение. Она словно плыла по воздуху и при этом высоко держала свою хорошенькую головку. Под холодным светом луны ее гладкая кожа походила на фарфор. Время от времени она бросала вопросительный взгляд через плечо, как бы пытаясь понять обстоятельства неожиданной встречи. При этом все ее лицо пылало от стыда.

Возле галереи, где они задержались, чтобы отряхнуть свои юбки, миссис Чаддерли объявила:

– Можете звать меня Элизабет. А я вас буду называть Лидия. Кстати, это очень красивое имя.

Не слыша никакого ответа, она выжидательно приподняла брови. У Лидии не оставалось иного выхода, как откашляться и промолвить:

– Благодарю вас.

– Не стоит. Теперь, Лидия, мы можем с вами говорить откровенно. И вот что я хочу спросить у вас. Какие у вас намерения в отношении Джеймса?

Приподнятые юбки Лидии выскользнули из ее онемевших пальцев.

– Я… но не кажется ли вам, что это как раз такой вопрос, который обычно задают джентльменам?

Элизабет рассмеялась:

– Теперь я вижу, что вы действительно новая женщина в нашей компании. Дорогая моя, Джеймс мне как брат. И я не настолько слепа, чтобы не заметить его интереса к вам. Но не поймите меня превратно, я вовсе не против этого. После той печальной истории со Стеллой он практически не проявлял интереса ни к чему. Конечно, – она пожала плечами, – за исключением своих фабрик. Впрочем, ведь и это тоже имело отношение к ней.