Чтение онлайн

— Давай, Мигель, садись и поехали.

— Нет. Я не сяду на мотоцикл и не поеду в байкерский клуб. Мы можем узнать друг друга в кафе, расположенном недалеко от моего дома. Это тихое семейное место, там делают очень вкусные салаты. А также я составил список вопросов, которые помогут нам больше узнать друг о друге. Это будет странно, если я не знаю твою группу крови или любимую еду. Я отвезу тебя. Моя машина стоит в метре от твоего мотоцикла, — спокойно говорю и достаю мобильный, чтобы показать ей кафе.

— Ты ёбнулся? — её ругань режет мне уши.

Вскидываю голову и смотрю в округлившиеся тёмные глаза с блёстками на веках.

— Попрошу тебя не выражаться в моём присутствии. Это уважение, которое я требую к себе. Я тебе нужен, значит, будь добра веди себя приветливо и вежливо со мной, — поучаю её.

— Блять, — она прикрывает глаза и издаёт стон, опускаясь всем телом на огромного зверя под ней. Это просто самоубийство ездить на нём.

— Я попросил, Раэлия. А также указал это в нашем контракте, и юрист согласился внести поправки. Ты ознакомилась с ними?

— Он, мать его, что выкинул? — рявкает она и садится ровно. — Этот мешок дерьма охерел, что ли?

Кривлюсь и качаю головой.

— Что ж диалога у нас не получится сегодня. Значит, попробуем завтра. Я иду домой, а ты делай, что знаешь. Я такой грязи не потерплю, — произношу и, правда, собираюсь уйти домой.

— Эй, членистоногая принцесса, я же выебу тебя и всю твою семью, забыл? Так что тащи свою дерьмовую задницу обратно и садись, — рявкает она.

— Вперёд, — хмыкнув, ввожу пароль и открываю дверь.

— Да это, блять, сложно не ругаться! Я живу в этой грёбаной помойке матов с рождения, сука! — выкрикивает она.

Боже, сейчас это ещё и соседи услышат. Пойдут слухи, и придётся переехать, а мне нравится мой дом и тихий район.

— Это мерзко. Всё, что ты говоришь мерзко, Раэлия. Ни один уважающий себя мужчина не будет терпеть подобное. И если я, по идее, твой парень, то точно не собираюсь слушать всю эту грязь постоянно. Ты или снизишь уровень своей грубости и начнёшь обращаться ко мне по имени, как и фильтровать свои слова, или выполняй свои угрозы, я, в общем-то, не боюсь.

Раэлия приоткрывает пухлые губы, удивлённая моим равнодушным и спокойным голосом.

— Блять, я думала, у тебя нет яиц, Мигель. Но не всё потеряно, да? — хмыкнув, она откидывает назад волосы. — Я не виновата в том, что меня научили этому варианту общения. Обычно все пресмыкаются передо мной, и я возбуждаюсь от этого так же, как от убийств. Но я постараюсь не ругаться. С этой, блять, грёбаной секунды. Видишь, я молодец.

Она откидывает назад голову и смеётся, словно очень удачно пошутила. Я лишь выгибаю бровь.

— Ты ходишь на психотерапию? — интересуюсь я.

— Ебала я её, — фыркает Раэлия.

— Оно и видно.

— Так ты едешь или как? Я жрать хочу и бухнуть. А потом планирую снять какого-нибудь татуированного мудака, чтобы трахнуть его и высосать из него всю сперму. Ты тратишь моё время.

Мерзость. Просто мерзость.

— Никакого байкерского клуба.

— Я собиралась отвезти тебя к себе. Ты же должен знать, где я живу. Так что поедем в мою дыру, — пожимает она плечами.

Это лучше. Намного лучше.

— Хорошо. Но на этом я не поеду. Скажи, куда ехать, и я доберусь туда на своей машине.

— Ты, сука, такой нудный и скучный, — цокает она, но диктует адрес.

— Фиолетовый, — произношу я.

— Что?

— Фиолетовый. Я буду это говорить, когда ты снова выругаешься.

— Я тебе не грёбаная собака, ублюдок. Двигай задницей, у меня киска зудит от желания потрахаться. Обожаю это дело. Встретимся в дыре.

Она срывается с места, а я тяжело вздыхаю.

— Вот зачем мне это всё? Фиолетовый, Раэлия! Фиолетовый!

Вряд ли она меня слышит, но мне стало немного лучше.

Рэй

Ненавижу медлительных людей. Они тормозят прогресс человечества. Если можно надавить на педаль, я это сделаю. Если можно заплатить, чтобы ускорить людей, я это сделаю. Если можно толкнуть в спину, я это сделаю. Ненавижу ждать.

— Грёбаная черепаха, — бубню себе под нос, когда, наконец-то, через двадцать чёртовых минут появляется белоснежный хэтчбек. Как, вообще, можно водить такую машину? Только старики её водят, ну ещё задроты всякие. Ах да, Мигель и старик, и задрот в одном лице. Это просто какой-то грёбаный джекпот. Как я могла забыть об этом?

— Ты реально следуешь всем дорожным правилам? — недовольно спрашиваю его.

— Конечно. Они созданы для того, чтобы им следовать, — равнодушно отвечает он, направляясь ко мне.

Блять, он выглядит как задрот. Светло-зелёная футболка поло, бежевые классические брюки и чёртовы тёмно-зелёные лоферы. Ну какой нормальный мужик носит лоферы? Какой нормальный мужик укладывает свои волосы назад, да ещё и душится парфюмом? Какой нормальный мужик выглядит таким лощёным, как Мигель? Только задрот.

— Ясно, — фыркнув, открываю дверь и вхожу в светлый холл.

Мой брат поселился здесь, как только встретил Дрона. Он хотел быть парнем со своим жильём, что-то вроде дополнительного члена для мужиков геев.

— Ты нарушаешь правила, Раэлия? — интересуется Мигель, когда мы входим в лифт.

Изгибаю бровь и смотрю на него, как на мудака. Обычно все понимают, что я прошу их не задавать идиотских вопросов. Конечно! У меня было миллион штрафов за всю мою жизнь.

— Я не услышал ответа, — спокойно добавляет он.

Как же бесит его спокойствие. Он словно труп.

— А ты не догадался? Тупой?

— Фиолетовый.

Закатываю глаза и щёлкаю языком.

— В задницу засунь себе свой фиолетовый.

— Фиолетовый, — повторяет он.

— Пиздец.

— Фиолетовый.

— Да заткнись ты уже!

— Фиолетовый.

— Ты заткнёшь свою варежку, или тебе снова яйца отбить?

— Фиолетовый. Буду повторять это миллион раз. Я работаю с детьми, Раэлия. Терпения у меня хоть отбавляй. И пока ты не научишься обращаться ко мне вежливо и не перестанешь ругаться в моём присутствии, мы не сдвинемся с мёртвой точки.