Твои мои раны
Шрифт:
– Алисонька, ты дома?
Ответ на этот вопрос он знает, конечно, знает. Возле входа нет ярких лакированных туфель, с кухни не доносится звон посуды. Отвратительно-фальшивого пения тоже нет. Алексей расслабленно выдыхает и с трудом захлопывает дверь. Не вернулась. Как хорошо. Еще есть время. Есть время прислониться к прохладному полотну двери, стряхнуть поношенные кроссовки. Глубоко вздохнуть и сморщиться.
Тугая марля стягивает грудь, фиксирует ноющие ребра, не дает свободно дышать. Впрочем, дышать не так сильно и хочется. Совсем. Но Алексей упрямо дышит, прикрывает глаза, игнорирует стекающий по щеке холодный пот. На кухню идет медленно, хватается за шкаф и за комод. С грохотом сносит фоторамку и даже не оборачивается. Там свадебная фотография, где они еще счастливые, радостные. Любящие.
Конец ознакомительного фрагмента.