Чтение онлайн

— Хорошо, — кивает Павел, — но только до тех пор пока ты не встанешь на ноги. Затем я уеду. Мне не нравится Америка.

— Ладно… но на мою свадьбу ты вернёшься, правда?

— У меня есть выбор? — хмыкает Павел. — Ты же теперь не отвалишь от меня.

— Не отвалю, — Михаил прикрывает глаза и смеётся, но больше это похоже на кваканье. — Я буду вечно… тебя доставать, на правах старшего… брата. Спроси… Мирослава.

— Мне уже страшно, — смеётся Павел. — Ладно, мне пора… я как бы обещал вернуться к семье и… ну, наверное, поесть. Да, они вкусно готовят.

— Передай им, что… я буду ждать их здесь.

— Хорошо. Не умри только, а то это будет слишком просто для тебя избежать женитьбы на ней. Хотя неплохой вариант, — Павел бросает взгляд на меня.

— Вот ты козёл. Я не так плоха.

— Но лицо у тебя сейчас уродливое, — пожимает он плечами, а затем показывает мне язык, а я ему.

— Стало ещё хуже. Тебе бы… пластическую операцию не планируешь?

— Свали на хер отсюда, ты меня начал бесить, — шиплю я.

— Она ещё и грубая. Мда, Михаил, мне практически стало тебя жаль, — усмехается Павел.

— А ещё у неё… хороший и сильный удар, так что тебе пора, — Михаил старается не смеяться.

Павел, передразнивая его, выходит из палаты.

— Всё, правда, настолько плохо? — спрашиваю, касаясь своей щеки, которую раздуло.

— Он… идиот. Ты красавица. Нужны… обнимашки.

— Ты обманщик и весь в проводах. Я не могу…

— Обнимашки, — бурчит Михаил. — Хочу обнимашки… я заслужил обнимашки. Я целовался с Грегом… и лапал его зад, у меня теперь травма. Обнимашки.

— Боже, — смеюсь и забираюсь к нему, стараясь ничего не вырвать из него, не причинить ему боль и ничего не повредить. Это сложно, но мне удаётся аккуратно примоститься сбоку и положить голову ему на плечо.

— Я… хочу двоих детей, — тихо говорит он.

— Ладно, — легко соглашаюсь я.

— Правда? С каких пор? — удивляется он.

— Ну, с тех пор как я едва снова не потеряла тебя, думала, что мой брат и отец мертвы, умер твой отец, и мы всё это пережили. Так что… двое детей, да запросто. Меня больше ничем не напугать. Только никакого пышного белого платья. Никогда. Это тема Лейк.

— Бикини… ты будешь в бикини…

— Извращенец. Ты едва дышишь, — хихикаю я.

— Я дышу… потому что у меня есть причины. Это ты… наша большая семья… и я ещё не сделал тебе предложения. Ещё не время, и я…

— Михаил? — приподнимаюсь и заглядываю ему в глаза.

— Да?

— Давай, поженимся? — улыбаюсь я.

— Ты решила окунуться во все тяжкие, да? — опять квакающее и сипло смеётся он.

— Ага. Я буду учиться быть тебе хорошим другом, потому что люблю тебя. И я люблю в тебе именно то, что ты даёшь всем шанс. Ты мой герой, Михаил Фролов.

— Иногда… я буду Мигелем.

— Да по хер, — улыбаюсь я.

— Фиолетовый, — расплывается он в улыбке.

— Серьёзно? Сейчас?

— Да, мне нужны поводы… чтобы бесить тебя. Это возбуждает в тебе. Обожаю, когда ты… злая.

— Ты такой… придурок, — смеясь, качаю головой.

— Это не так. Придурок не смог бы… заставить тебя предложить пожениться. Я умный… и манипулировал тобой, выстроил целую схему и… всё получил. Я выиграл… и добился своего.

— Боже, — смеюсь ещё громче от его самодовольного лица. — Кажется, за это я тебя тоже люблю.

Ложусь обратно ему на плечо и глажу его по руке, чтобы поверить, что он живой, а я не сошла с ума. Михаил со мной. Он только мой. И я нужна ему. Я нужна ему даже такой. И хочу двигаться дальше. Да, нам будет сложно. Да, это ещё не конец, и будут новые враги, но у меня есть человек, ради которого моя жизнь обрела смысл. Человек, который показал мне другую жизнь, открыл мне себя заново. Человек, который поверил в меня и дал мне шанс. Человек, который на своих условиях прочищал мне путь к нему и выжил. Человек, с которым я буду счастлива. С которым я уже счастлива. Человек, который спас меня от мрака, грязи и боли. Человек, которому я всегда буду доверять. Это просто мой любимый человек, и я не боюсь признаться в этой слабости. Рядом с ним приятно быть слабой, ведь он восхваляет мою слабость, гордится ей и показал мне, что слабость — это не так страшно. Это нормально и доказательство того, что я живая.

Бросаю взгляд на часы и подавляю зевок. Зачастую дни и ночи я провожу с Михаилом или Мигелем в палате, пока он медленно идёт на поправку. Он быстро меняет своё настроение и отзывается теперь на два имени, но только когда ему выгодно. Да, он просто руководит мной, и мне нравится видеть его хитрую улыбку, когда ему удаётся чего-то добиться. Боже, я всё сильнее влюбляюсь в него с каждым днём. Павел до сих пор с нами, потому что семье Михаила нужна поддержка, и Павел стал именно тем, кто смог оказать им её. Он заменил им Алекса сейчас, как и Михаила. Павел быстро сориентировался и руководит всеми в семье. Не знаю, когда он психанёт, потому что порой выговаривает всё Михаилу, а тот лишь подкидывает ему проблем, чтобы заставить его остаться подольше. Он затягивает петлю на руке Павла, привязывая его к нам эмоционально. Я не против. Пока Михаил счастлив, всё спокойно. Но если что-то не так, то лучше свалить подальше. Вчера он получил вместо яблочного желе, пудинг и обмазал всю свою постель, жалуясь на то, что наделал в неё. Пока медсёстры не сообразили, что это размазанный пудинг, они вычистили не только постель, но ещё полы и стены. Да, месть Михаила жестока. И он строит всех. Он всегда всех строил, просто мы этого не замечали. Михаил умел всегда сделать всё так, чтобы никто даже не догадался, что мы играем по его правилам, и он ставит условия. Даже мой отец, которого выписали из госпиталя, и теперь он восстанавливается дома, не замечает, как им крутит Михаил. За этим я никогда не устану наблюдать.

— Вот они, — произносит Деклан, и я поднимаю голову.

Машина, двигающаяся к нам, ослепляет нас на несколько минут, пока фары не гаснут.

— Энзо! — радостно улыбаюсь и раскрываю руки, а братик бежит ко мне.

Я и не подозревала, насколько соскучилась по этому всезнайке. Он запрыгивает на меня и обнимает, как и я его.

— Ты дома, — шепчу я, целуя его в висок.

Выпрямляюсь как раз в тот момент, когда злая Роза подскакивает к ещё влюблённо улыбающемуся Деклану и даёт ему смачную пощёчину. Мда, странные у них проявления чувств.

— Мудак! — визжит она. — Ты такой мудак!

— За что? — Деклан хватается за щёку.

— Ты обещал, что позвонишь сразу же, как всё закончится!

— Я позвонил!

— Ты был в больнице, и мне позвонила медсестра, потому что ты был под кайфом от препаратов, урод! — Роза толкает его в грудь.

— Я тоже рад тебя видеть, — бубнит Деклан, продолжая растирать свою щёку.

— Ты хоть представляешь, как сильно я переживала? Ты… ненавижу тебя, — кричит Роза, но теперь в её глазах стоят слёзы. Она снова пихает Деклана, а потом обнимает его. — Я же так испугалась, придурок тупой.

— Эм… — Деклан бросает на меня озадаченный взгляд, а я пожимаю плечами.

— Это снова гормоны, — раздражённо закатывает глаза Энзо. — Беременные такие эмоциональные. Я с ней больше никуда не поеду. Я Энзо Лопес, а эта беременная истеричка не давала мне есть шоколад, потому что я, видите ли, пачкаюсь. Ау, это шоколад. Им нужно пачкаться, а потом слизывать его с пальцев. Это же…

— Что? — Деклан хватает Розу за плечи и немного отдаляет от себя.

— Ой, я, кажется… эм, я так хочу в туалет, — Энзо начинает сжимать ноги и загибаться.

— Вот ты болтун, — фыркает Роза.

— Ты беременна? От кого ты, мать твою, беременна! — орёт Деклан.

Интересный поворот событий.

— Рэй, я хочу писать, — шипит Энзо.

— Ни хрена, я должна это увидеть, — отрицательно мотаю головой и улыбаюсь.

— От кого? Ты совсем охренел, что ли?! — Роза вырывается из рук Деклана.

— То есть… от меня? Но как? Ты же сказала, что всё безопасно и… ты была беременна, когда бежала от этих ублюдков! Ты…

— Да! Доволен? Да! — взвизгивает Роза. — Это был мой план «Б». Если бы меня выгнали отсюда, то я бы уже была беременна, и меня вернули бы. Тебя заставили бы жениться на мне, и я бы никогда не осталась на Кубе. Не суди. Ты понятия не имеешь, какой ублюдок мой отец, и я бы…