Чтение онлайн

— А как ты испортишь всё это, если отбросишь воспоминания о прошлом и снова станешь с ним встречаться? Он же флиртует и трахается с другими потому, что понятия не имеет, что ты не против быть с ним снова. Ты не даёшь ему конкретику, Раэлия. Не всегда мужчинам нужны друзья рядом, им нужна разрядка. И секс — это самый быстрый способ привести их в чувство. Внутри них много энергии. Они, мужчины, не болтают о чувствах всё время, как мы. Они копят это в себе и показывают это именно в сексе. Они говорят на другом языке. И секс их раскрепощает. Для них секс — это доказательство необходимости в них. Сексом нельзя ничего испортить, он помогает, — пожав плечами, Лейк возвращается к своему крему.

— То есть ты предлагаешь мне просто трахнуть Мигеля?

— Ага, — улыбается Лейк.

— Не верю, что мы, вообще, говорим об этом, когда он пропал. Не верю.

— Ну, как-то же нужно отвлекаться.

— Лучше пойду покатаюсь, — фыркаю я.

— Раэлия, мы с тобой об этом уже говорили.

— Я не собираюсь попадаться в ловушки. Я из машины не выйду, но не могу сидеть здесь и ничего не делать. Нравится тебе или нет, я пойду и покатаюсь по городу, потому что иначе убью кого-нибудь из вас, и папочка меня по головке не погладит.

— Ты же понимаешь…

— Я понимаю, мать твою! — злясь, повышаю голос. — Я не дура, ясно? Мне не пять лет, чтобы ты учила меня уму-разуму, Лейк! Ты трахаешь моего отца, вот и трахай его, а ко мне не лезь! Если я говорю, что мне это нужно, значит, мне это нужно!

Вылетаю из кухни, сдерживая рвущийся наружу ор. Моё состояние нестабильно. Я не принимаю таблетки. Я хожу к грёбаному психологу и болтаю с ним о жизни. Я, блять, схожу с ума порой, и у меня кошмары. А теперь ещё из меня вырываются отчаяние и бессилие. Что они хотят от меня? Я не только вчера родилась. Я понимаю все риски.

Бесит так.

Сев за руль одной из машин отца, потому что мою он взорвал на пару с Лейк, выезжаю за ворота и надавливаю на педаль газа. Сидеть в четырёх стенах для меня не вариант. Искать Мигеля одной просто глупо.

Я еду по ночному городу, вглядываясь во всех людей в надежде, что среди них будет Мигель.

Михаил. Так странно называть его Михаилом. Но ему это важно, поэтому я буду звать его хоть «бубликом», если он будет чувствовать себя комфортно. Боже, я просто схожу с ума.

Мой мобильный звонит, и я бросаю взгляд на него. Понятия не имею, кто это. Поэтому я просто отворачиваюсь и продолжаю ехать по дороге. Звонок повторяется, и я поджимаю губы. В таких ситуациях, какая случилась с нами, нельзя брать трубку с любого незнакомого номера. Но я, нарушая эту заповедь, нажимаю на кнопку, расположенную на руле, и глубоко вздыхаю.

— Да, — говорю я. — Я слушаю.

— Раэлия?

От неожиданности я надавливаю на педаль тормоза прямо на дороге. Позади меня сигналят машины, а я смотрю на экран, на котором отсчитываются минуты звонка.

— Михаил? — выдыхаю я.

— Слава богу, я не ошибся. Да, это я.

— Чёрт, где ты? Мы ищем тебя! — кричу я.

— Эм… я на заправке при выезде из города. Я не знаю адрес, не помню, но здесь есть забегаловка рядом, она называется «У дороги».

— Я знаю, где это. Я уже еду за тобой. Тебе нужна помощь? Скорая или врачи?

— Нет, я в порядке. Просто забери меня отсюда.

— Уже еду. Где ты был? Чёрт, ты нас так напугал.

— Я не знаю. Это не мой телефон, я спёр его у парня, который сейчас заправляется. И мне нужно его вернуть. Я буду здесь.

— Хорошо. Да, я уже еду.

Звонок завершается, и я быстро набираю отца. Он рявкает на меня из-за того, что я нарушила приказ. Но когда я говорю ему о Мигеле, то его настроение меняется. Он направляет своих людей туда, а сам возвращается домой с другими, чтобы ждать нас там.

Я гоню по дороге, моё сердце бьётся очень часто. Я боюсь, что Мигель не в порядке. Его голос был слишком спокойный, словно его не похитили. А вдруг он уже изменил своё мнение? Вдруг он возвращается другим? Вдруг это ловушка? Чёрт, я должна рискнуть. Он позвонил мне… откуда Мигель знает мой номер телефона? Он ничего не помнит, так откуда ему известен мой номер?

Теперь мне уже не кажется правильным ехать за Мигелем. Да, я не доверяю ему. Точнее, я не доверяю его сознанию, которое сейчас нестабильно и может верить всему, чему угодно. Он целый день где-то провёл, а теперь звонит как ни в чём не бывало? Да это Мигель. Мой Мигель. Он умный и не поступил бы так со мной. Вчера он говорил о другом. Он говорил, что помнит меня. Он бы не подставил меня. Мигель, которого я знаю, бросится под колёса машины, чтобы защитить меня.

Я первая добираюсь до заправки и бросаю машину на парковке. Я не знаю, где его искать. Направляюсь к супермаркету, когда замечаю тень сбоку. Сглотнув, понимаю, что даже не взяла с собой никакого оружия. А оно лежит у меня в машине, в бардачке. При мне даже ножа нет. Ничего.

— Михаил? — шёпотом зову его, продвигаясь ближе туда, где увидела тень. И она начинает двигаться. Он идёт ко мне.

Я замираю, ожидая, когда тень станет человеком. Мой пульс зашкаливает, пока не появляется Мигель.

— О, боже мой, — в ужасе шепчу я.

Его когда-то белый костюм стал полностью красным. Полностью. Его лицо и руки покрыты кровью. А в его руке пакет с чипсами.

— Привет, — широко улыбаясь, он подходит ко мне.

— Ты… ты ранен? — обеспокоенно спрашиваю его.

— Эм, нет. Я в порядке. Я хочу искупаться и… хм, у тебя есть деньги с собой?

— Да.

— Ты можешь заплатить за эти чипсы? Я был очень голоден и украл их. При мне ничего нет. Я понятия не имею, где мои документы и деньги, как и мобильный. Всё лежало в кармане, но теперь нет, — произносит он, бросает в рот чипсы и жуёт.

— Ладно. Сейчас. Вон там машина, иди к ней. Сядь в неё…

— Боже, мамочка, я уже взрослый, — фыркнув, Мигель закатывает глаза и идёт к машине.

Какого хрена? Я ожидала, что встречусь с Мигелем в больнице, что он будет избит или того хуже, убит. Но не всё это. Я просто в грёбаном шоке.

Быстро вхожу в супермаркет и кладу деньги на стойку, сказав, что это за моего парня и чипсы, которые он стащил. Даже не слушая продавца, я направляюсь к машине. Сев в неё, я кривлюсь от вони крови. Она начала гнить.

Завожу мотор и пишу отцу, что Мигель со мной, и мы едем домой.

— Ты как? — спрашиваю его.

— Голодный, грязный, и ноги болят. Мне туфли натёрли, — жалуется он.

— Ты серьёзно, что ли? Тебя похитили, а ты о еде думаешь? — возмущаюсь я. — Ты хоть понимаешь, как мы все испугались? Тебя искали. Ты…