Чтение онлайн

Но долгожданный день, когда рука Алексея последний раз привычно нажала цифру «7», всё же настал. К вечеру переезд на четвёртый этаж был закончен, и Алексей, оглядев опустевшее помещение, выключил свет. Запирать дверь не стал, не было смысла: завтра этого офиса не станет.

В лифтовой шахте загудел мотор подъёмного механизма. На табло стали сменяться цифры: 1, 2, 3, 4, 5, 6, 7. Двери открылись, высвечивая узкую дорожку посреди тёмного этажа. Однако Алексей не торопился заходить. Он развернулся и пошёл по этой дорожке к незастеклённому зеву окна, дышащему в лицо свежим осенним воздухом.

Внизу горела жёлто-зелёная вывеска банка, перекинувшего свою экспансию через дорогу и захватившего это помещение. Рядом красно-белыми огнями дорожного трафика тянулась на восток Красноармейская улица, правее, в бреши зданий белым диском светилось колесо обозрения парка аттракционов. Подвывал ветер, донося отголоски размеренной городской жизни.

В распахнутой куртке грудь холодило, но Алексея объял восторг, который будоражил его, заставлял оставаться на месте. Чувство успеха горячо клокотало в сердце, обжигало грудь, поднималось к горлу и расходилось за скулами к мочкам ушей. Хотя его зарплата сейчас была немного выше среднестатистических шестидесяти тысяч рублей, в распоряжении уже оказался служебный автомобиль, и появились основания верить, что это – лишь подножье главных свершений, перед которыми он стоит, нетерпеливо предвкушая начало восхождения. Алексей почувствовал, как кровь насыщается адреналином, и ему стоит больших усилий удерживать себя в видимом спокойствии.

«Это только начало, у меня всё получится!»

II

В первых числах октября седьмой этаж принял постояльцев. До двух десятков молодых банковских сотрудников в фирменных жёлто-зелёных костюмах с утра устраивали толкучку в холле у лифта, поднимаясь к рабочим местам, а к вечеру почти блокировали подъемник в обратном направлении.

Офис страховщиков тоже ожил новыми сотрудниками. Девятнадцатилетняя студентка РИНХа Алина принимала и отправляла почту, вела карточки клиентов и выполняла различные простые поручения. В девушке жили молодость и безупречная природная красота, но в сочетании с вычурным утренним макияжем её образ больше ассоциировался с живой куклой. Густые искусственные ресницы и ничего не выражающая в беседе мимика усиливали этот эффект. Пустой равнодушный взгляд проходил сквозь человека и не поддавался ни на настроение, ни на притязания собеседника. Самым исключительным в её внешности был нос идеальной формы. Ни задран, ни опущен крючком, ни широк, ни узок, без намёка на горбинку или ложбинку – он мог бы вполне служить предметом вдохновения художникам и скульпторам при создании образов античных богинь. Разговор с Алиной походил на общение с чем-то прекрасным, но бездушным, что вводило в замешательство клиентов, пытающихся получить от девушки хотя бы малейший отклик на комплимент или остроумную шутку. Единственное, что выдавало её земное происхождение – привычка курить. Каждый час она дымила у окна в конце коридора электронной сигаретой и, возвращаясь, заносила с собой в офис шлейф из ароматов фруктов и ягод, шоколада, корицы и даже алкоголя – рома или ликёра.

Уверенность в своей незыблемой очаровательности позволяла Алине самой сынициировать интрижку или предложить встречу с интересующим её парнем. Отказ или согласие она воспринимала с одинаковым, ничего не означающим безэмоциональным взглядом. С лёгкостью взмаха идеальных ресниц равнозначно принимала «да» или «нет».

– Чем занимаешься после работы? – спросила она Алексея, заваривающего чай у кулера.

– Вечером остаётся не так много времени. Мне до Северного почти час в пробке толкаться. При желании могу в зал сходить или пройтись подышать свежим воздухом.

Алексей отпил чая и прищурил глаз, примериваясь со стороны, ровно ли он прикрепил на стену внушительного размера политическую карту мира позади своего рабочего места.

– Можно и погулять, ах-хах, – поддержала Алина междометием с ярким ударением на второе «а». Из ответа Алексея она умело выхватила нужную фразу и направила разговор.

– У тебя много свободного времени? – поинтересовался Алексей.

– Хм, ну вообще спортом занимаюсь: в теннис играю и в зал хожу. А так фильмы смотреть люблю, сериалы, в целом могу сказать, что люблю путешествовать и природу.

– Широкий список увлечений. В них есть место для встреч?

– Давай в Анти сходим.

– В какой?

– Тут в центре, на Красноармейской. Сейчас ссылку скину.

Алина нашла в своем мобильном нужный сайт, и у Алексея завибрировал в руках телефон, принимая координаты.

– Что там за обстановка? – спросил Алексей.

– Хм, а ты не был?

– Не был. Это кинозал на двоих?

– Да. Там несколько ценовых предложений. Кальян куришь?

Петля неотвратимости романтического свидания затягивалась.

– Нет. Может быть, в субботу днем лучше сходим?

– А раньше можешь? Сегодня только вторник.

– Не уверен. Давай я сегодня сайт посмотрю, и позже определимся?

– Окей, – отступила Алина.

– Кстати, завтра в девять – новое собеседование. Пусть человек заполнит анкету и подождёт. Я у бухгалтера задержусь.

– Прошлые две девушки не понравились? Ах-хах! – снова с лёгким смешком съязвила Алина, удаляясь на своё место.

Первые две девушки действительно Алексею показались не подходящими для пополнения коллектива. Одна претендентка, дамочка сорока лет, с порога попросила всех присутствующих надеть медицинские маски и соблюдать безопасную антиковидную дистанцию. Мнительная особа поинтересовалась, все ли сотрудники привиты, и может ли она работать дома на так называемой удалёнке. После интервью, не дожидаясь итогового слова Алексея, она заявила, что ещё подумает, сможет ли тут работать, и сообщит о своём решении по телефону.

Вторая – семнадцатилетняя девушка – пришла с мамой. Она стеснительно промолчала всё время. На вопросы за неё отвечала родительница. Откровенно чувствовалось, кому именно принадлежала идея трудоустройства. Сама девушка, по-видимому, работать не хотела.

С обеденного перерыва вернулся Жижев. Он завёл себе правило с одиннадцати до полудня ходить в столовую на первом этаже с обратной стороны здания. Высокий долговязый брюнет с небритыми бакенбардами, он имел привычку вытягивать губы «уточкой» и, задумавшись, усердно причмокивать. К выбору одежды же относился очень внимательно: ходил в тщательно выглаженных костюмных брюках и рубашках преимущественно глубокого чёрного цвета.

Тёмная фигура Жижева прошла к своему месту и погрузилась в монитор. Его стол стоял в правом углу у окна. Пространство офиса позволяло поставить вдоль противоположной стены ещё один стол для будущего второго менеджера, а между столами, спинкой к окну – диван. Столы Алексея и Алины размещались по такой же схеме, друг напротив друга, но у двери.

В конце рабочего дня Алина разложила бумаги по папкам, поставила их в шкаф по фамилиям клиентов в алфавитном порядке и собралась уходить. Её лицо всё так же не выражало оттенков радости или печали. Не было оно тронуто и ожиданием ответа Алексея о возможной встрече: ни романтичного изгиба уголков губ в кроткой улыбке, ни блеска в глазах. Она была только безупречно красива и молода.

Вслед за Алиной, не пересиживая положенное рабочее время, ушла тёмная долговязая фигура Жижева.

Алексей остался один. Воображение нарисовало ему картину свидания в Анти. «Анти» у молодежи называлось модное направление «антикинотеатров» с залами на ограниченное количество человек. В открывшейся ссылке от Алины предлагались три варианта романтического досуга.

Первое, стоимостью две тысячи рублей, включало два часа отдыха в зале с мягкой мебелью и киноэкраном шириной четыре метра. Бесплатно предоставлялся сет роллов и бутылка вина. Второе предложение в пять тысяч рублей расширяло время до четырех часов. К роллам приплюсовывались два блюда итальянской или французской кухни и кальян. Третье предложение «весом» в десять тысяч позволяло наслаждаться фильмами и пением в караоке до шести часов, сохраняло бесплатное меню предыдущего предложения и бонус – безлимитное употребление алкоголя.

Алексей к своим тридцати успел очень хорошо изучить себя. Стоило только ему принять воображаемую ситуацию за уже свершившееся событие, как разум сразу конструировал и прояснял сценарии на перспективу. Заглянув в будущее, Алексей понял всю провальность идеи свидания с Алиной. Только на первые полчаса внимание сможет зацепиться за уютную обустроенную комнату, а приглушенное освещение возбудит в нём лёгкие романтические ощущения. Его даже обрадует перечень предложенных к просмотру фильмов. Однако спотыкание о разности, даже несовместимости с Алиной разрушит карточный домик радостных ожиданий. Избежать любимого Алиной, но тягостного для Алексея караоке поможет жертвование правом выбора фильма. Но ведь и фильм можно не смотреть, как и не есть бесплатные роллы, которые он терпеть не может. Пара фужеров шампанского поддержат равновесие в его душе ещё час. От съестного быстро придет насыщение, а от заполонившего комнату кальянного смога – отвращение. С кальяном мозг начнет безуспешно бороться ассоциативными сравнениями и воспоминаниями природных запахов, когда-то положительно поразивших его: привычная с детства горечь полынной степи или терпкий запах лавандового поля из школьной экскурсии в хутор Старозолотовский. Но искусственный приторно-сладкий запах не похож ни на что, он прилипнет к нёбу, застелет глаза и пропитает насквозь одежду, зацепившись недельным напоминанием о себе. Положенное на лопатки сознание станет торопить, молить об окончании свидания и часто тянуть руку к стакану. А над ухом, при этом всём, как колокол будет звенеть бесконечное Алинино «ах-хах, ах-хах, ах-хах!».