Чтение онлайн

Светлана закончила набирать текст, сохранила и отправила договор по внутренней почте производственникам.

– А что Анастасия Петровна уже в декрет ушла?

– Причем тут Анастасия Петровна?

– Я думала, что подбор персонала – это ее работа, а не Ваша.

Молодой замдиректора по орг. вопросам пошел пятнами и выскочил из приемной. «Ну и зачем было понты гнуть?», - подумала девушка, набирая номер производственного отдела.

– Сережа, я твои бумажки забила. Договор у тебя в почте. Посмотришь, распечатай и согласовывай в темпе, Степан Анисимович уже спрашивал.

– Ой, Светочка, спасибо большое, с меня шоколадка.

– Ты мне лучше селектор отремонтируй, как обещал, а то барахлит.

Тут же ожила упомянутая единица офисной техники: «Света, найди мне контакты этих научников из НИИ, которые в позапрошлом месяце приезжали». Потянувшись чтобы ответить, девушка обнаружила, что кнопка уже нажата. То ли опаять заело, то ли, когда переключала телефон задела. Сразу проскочила мысль «Ой, как нехорошо получилось».

– Степан Анисимович, сейчас договор с «Глобусом» согласуют, и я его вам сразу на подпись занесу, хорошо?

– Ладно.

Хорошо хоть полтора месяца назад она не поленилась и перенесла всю информацию с визитных карточек ученых в компьютер, теперь не придется искать.

Держа в руках папку с согласованными экземплярами договора, Света вошла в светлый кабинет шефа. После обеда солнце просвечивало легкие жалюзи и оставляло на паркете сетку теней, направленных в сторону входящего. Классический рабочий стол, с приставленным к нему виде ножки буквы «Т» столом для совещаний, отражал вкусы хозяина. Он был практически пуст, если не считать большого ноутбука, небольшого, но изящного письменного прибора и фотографии семьи в деревянной рамке. Да и весь кабинет производил впечатление строгости и подтянутости. За спиной у хозяина кабинета висела карта с географией поставщиков и партнеров.

– Еще на втором экземпляре подписи надо поставить.

– Угу… , так, так. Кстати, а почему такой аврал? Почему договор в последний момент оформляем?

– Там немного технология поменялась, теперь больше деталей цинковать нужно. А технологи заводские упираются, что мы, мол, не можем в план работ ваши дополнительные заказы впихнуть. В общем, пока согласовывали время и потеряли. Сегодня только окончательный перечень работ принесли.

– А почему ты в договор эти изменения вносила, а не те, кому положено?

Света почувствовала, как краснеет. И не от того, что помогла Сергею Андреевичу перенести список и сроки работ с бумаги в компьютер, а от того, что вся нелицеприятная сцена в приемной была, по-видимому, слышна через проклятый селектор.

– Так они бы час провозились, а договор еще подписать и на завод отправить надо.

– Все равно, они за эту работу отвечают, и я с них ее буду спрашивать, а не с тебя. Сами протянули, пусть сами и выпутываются. Михайлов где?

– В приемной ждет, чтобы сразу в бухгалтерию и на завод.

– Хорошо, отдашь ему договор и сделай для меня чайку для бодрости. А я пока над этим листочком помедитирую, - берет в руки распечатку с контактами, - Погоди, я вроде информацию по самому институту и его директору не заказывал?

Секретарь, уже развернувшаяся к выходу, поворачивается обратно.

– Вы же не просто так контактами заинтересовались. Значит, возможно, будете с ними связываться. Тогда вам эта информация пригодиться. А открытая информация по НИИ, это тоже пища для размышлений.

– Хм… и по многим нашим контактам так?

– По всем за последние четыре месяца. Для более ранних я пока отчеты скомпоновать не успела.

– Отчеты?

– Это же выборка из нашей CMS. Просто в стандартный отчет добавлена дополнительная шапка и фильтры. Там это просто делается.

– Покажешь потом…, - смотрит задумчиво на листок в руках, - Семенов, еще не вернулся?

– Обещал к половине третьего быть.

– Хорошо, значит на три пригласи его, Алену Дмитриевну и Потапова. Ладно, иди, а то Михайлов в приемной уже, наверное, по стенам бегает.

– Вот здесь добавляем фильтр по фирме и у нас готов список тех людей, которые на этой фирме работают и при этом контактируют с нами. Можно еще и их отфильтровать по подразделениям, но обычно это уже не нужно. Заголовок можно в шапке менять. Как автоматически добавить я пока не разобралась, а вот просто вставить текст можно. После этого отчет сохраняем, и его потом можно в любой момент вызвать.

– Век живи – век учись… Кстати, что у тебя с учебой? Поступила на свой юридический?

– Поступила! Через три месяца первая сессия. Вы же меня отпустите на сессию?

– Отпущу, куда ж я денусь. Ладно, давай иди домой, а то опять тебя задержал… А на Пашку не обижайся. Он еще молодой, во власть не наигрался еще, все утверждается.

Света почувствовала, что снова краснеет.

– Я не обижаюсь. Но и утверждаться за свой счет не позволю.

– Ну, ну, - и со значением смотрит на селектор.

– Это случайно получилось! Да и вообще чего на чушь обижаться. Я же знаю, что Вы персонал по работе оцениваете. Если бы я оставалась такой же неумехой, как пришла, вылетела бы после окончания испытательного срока. И уж точно прибавку к зарплате не получила бы.

– Прямо уж такой неумехой, - улыбается, - печатать умела же и немецкий знала?

– Конечно, неумехой! Да даже чай правильно заварить и подать не могла! А немецкий – это Анне Григорьевне спасибо. Сколько мучений в школе было, но у нее на уроках всегда интересно было.

– А она еще работает? Вот действительно Учитель с большой буквы. Я ведь тоже у нее учился.

– Правда?

– Правда, правда. И с отцом твоим на переменах дрались. Он, кстати, заходил недавно. Про тебя расспрашивал. Чего сразу ощетинилась как дикобраз? Сядь вон на стул. Раз уж речь зашла, то давай и об этом поговорим. Это конечно не мое дело, но других ты ведь слушать не станешь? Хочешь жить своим умом, пожалуйста, живи, только это же не означает, что совсем с родителями не общаться.

– Да они меня как самостоятельную личность не воспринимают! Я для них ребенок еще! – срывающимся от волнения голосом воскликнула девушка.

– Ничего себе ребенок!? А Пашку сегодня совсем по-взрослому отшила. Это же от тебя зависит! Как сама себя поставишь – так и будет. Можно же, в конце концов, и по телефону поговорить. Нет?

И тут Свету как прорвало. Захлебываясь словами и всхлипами, она выплеснула в словах эмоциональное напряжение последних нескольких месяцев.

– Так я и говорила, – хлюп – с мамой, – хлюп, хлюп. – И каждый раз одно и то же. Как об стенку горох. Последний раз после поступления. Порадовать их хотела. А она мне – что это за специальность юрист? Да еще заочное обучение. Возвращайся, доченька, домой. Мы тебя на экономику поступим. Поздновато конечно, но успеть можно. И ведь совсем не интересует, что в КГУ на юриспруденцию конкурс три человека на место. А для заочников два. Вот как с этим бороться?