Чтение онлайн

– А откуда эта штука энергию берёт?
– спросил я.

– Да мне почём знать?
– фыркнул Буравлёв.
– Я ж не учёный! Да и какая разница?

– По большому счёту, никакой, - покачал я головой.
– Так и куда, вы говорите, она позволяет перемещаться?

– В любое место, в какое пожелаешь. Конечно, если точно не знаешь, куда, то перескок получается очень приблизительный. Но не бойся, никогда не случается так, чтобы ты попал внутрь скалы какой-то или стенки, например, - пояснил он, предвидя мой вопрос.

Очевидно, в этот раз Буравлёв прочитал отчётливое сомнение в моих мыслях. Но того, чего я опасался, он там не заметил, поскольку меня действительно интересовало, не случается ли так, что скачущий через пространство, попадает внутрь другого предмета. Классическая проблема телепортации!

– Лучше, однако, если ты знаешь, куда требуется попасть - фото там имеешь или ещё как. Одним словом, разберёшься с этим делом быстро. По всей Земле можешь колесить - куда угодно! А вне Земли обязательно ориентир иметь чёткий надо.

– Так и вне Земли можно?!
– Я не ожидал такого, хотя и очень надеялся.

– А то! К Игрокам иногда придётся наведываться - ну, отчитываться иногда, на вопросы кое-какие отвечать, рассказать о планах своих. Они это любят, чтобы представлять, чего ты хотел, и чего вышло, хе-хе.

– А... вот как, - сказал я, глотая слюну, - понял-понял. А они какие, Игроки - зелёные, поди, с рожками?

– Да почему?! Люди как люди, хотя, может, и демоны какие, всё-таки, в человечьем обличии, не знаю. Я с ним не слишком долго болтал. Ну, может с полчасика каждый раз, не больше.

– И где...

– А сидят они на этой самой планете, на Марсе....

– Марсиане?
– удивился я.
– Там же жизни нет!

– Говорили, что на Марсе у них то ли база, то ли штаб какой - сами они с каких-то звёзд, мол, прилетели. На базе их всего-то несколько морд сидит - сытенькие такие, холёные. На Землю им по правилам Игры, как я понял, часто соваться не следует. Для того чтобы я мог точно к ним туда попадать, они мне камень дали оттуда: он вроде как маяком для этой штуки служит.
– Старик показал на свои "часы".
– Прямо туда и наводит.

Одновременно посмотрев на циферблат, Василий Фёдорович всплеснул руками:

– Ну, всё, уже почти пора, Максим. Вот тебе подробное описание действия этого, как они его называют, Пространственного коммуникатора, вот номера счетов.
– Он протянул мне совсем не затёртую маленькую книжечку типа паспорта к электронным часам и ещё какую-то бумажку, исписанную цифрами.
– Давай я тебе его надену. На какую руку привычнее-то?... Ну, вот, теперь ты - Творец Апокалипсиса!

Когда на моей левой руке защёлкнулся мягко обхвативший её браслет, я почувствовал словно лёгкий укол в мозжечок. И сразу же стал слышать мысли старика Буравлёва.

"Слава тебе, господи!" - думал старик.
– "Успел передать парнишке это дело! Может, чертовы Игроки меня не обманут, поживу ещё разик?"

Я невольно покачал головой - совсем его, выходит, угрызения совести не мучают, повторно пожить хочется! Зато я теперь мог думать совершенно свободно.

– Послушайте, - спросил я, давя на лице ехидную усмешку, - а по правилам игры имеет ли какое-то значение, представителям какого человечества устраивать Апокалипсис? Какие-то запреты есть?

– Что значит, представителям какого?!...
– Он осёкся.
– Но если ты думаешь, что...

– Да, именно я это и думаю, - сказал я, улыбаясь до ушей.

– Нет-нет, ты что...
– Он зашатался, очевидно, силы уже покидали его, - так нельзя, верни Дар - лучше пусть он не перейдёт ни кому...

– Поздно, дедушка Вася! Кто сказал, что нельзя?! Этого в правилах нет, как я могу у тебя в голове прочитать - ничего Игроки не говорили. Устрою я похохотать твоим нанимателям. Поиграть захотели - получат Игру, по полной программе, с извращениями...

Я на всякий случай проверил действие своих новых способностей. Взял и перенёсся на ту же самую Гималайскую вершину. По несчастью первый альпинист как раз выбирался на карниз, где четверть часа тому назад стояли мы со стариком Буравлёвым.

Альпинист увидел меня в лёгкой курточке и вытаращил глаза. Возможно, вспомнил старый анекдот о том, как, взобравшись по крутому склону, покоритель вершин нашёл там шашлычную. Парень забыл зафиксировать верёвку за только что вбитый костыль, рука его соскользнула, и альпинист оранжевым апельсином полетел куда-то вниз.

– Твою мать, мать, мать....
– Отразилось эхо от скал вибрацией чистейшего горного воздуха.

"Соотечественник, однако", - подумал я, поспешно выловил парня из провала, и пристегнул его карабин к вбитому крюку.

– Страховаться надо, дурачок, - посоветовал я так, словно сам всю жизнь лазил по горам.
– Глупо же так вот с жизнью распрощаться!

Вернувшись в парк, я застал уже теперь бывшего Творца Апокалипсиса лежащим на скамейке и ловящего как рыба на суше, воздух раскрытым ртом. Бедолага отходил в мир иной.

– Верни ... верни Дар, коммуникатор верни, - прохрипел он.

Я сел рядом и подложил старику под голову его же шляпу, упавшую на песок. Легко читались мысли Буравлёва: ему было страшно умирать и ещё было очень обидно, что он сам не додумался до того, что сразу же пришло в голову мне.

В течение целых семидесяти лет не додумался - глупый однако Игрокам попался старикашка! Впрочем, тогда он был ещё такой же молодой, как я сейчас. Молодой и глупый, воспитанный на лозунгах типа "Смерть империализму!", и всё такое. Потому и не сообразил, наверное.

– Vaya con Dios, amigo, - прошептал я, немного рисуясь сам перед собой, и добавил чуть громче: - No pasaran, comarad! Марс будет свободным!

Он издал чуть слышный горловой писк, дёрнулся и умер, опорожнив мочевой пузырь: под скамейку потекло - и, соответственно, запахло.

Я вздохнул и совершенно по-новому оглядел привычный парк, деревья, кусты и скамейки. Вокруг по-прежнему было безлюдно. Впрочем, я и не беспокоился, что меня кто-то увидит: если и увидит, так кого мне теперь бояться?

Прикрыв глаза экс-слуге Апокалипсиса, я встал и потянулся. Есть мне работа на ближайшие семьдесят лет - ох, и поиграем, Игроки.

Но я спешить не стану, я всё постараюсь подготовить, чтобы не облажаться: от меня же судьба Апокалипсиса зависит. А пока на земных террористах потренируюсь.