Чтение онлайн

4. Но почему об этом рассказано нам? Потому, что и мы ничем не отличаемся от детей. Хочешь ли еще слышать учение их, чтобы видеть, как много в нем детского? "Око за око", – говорит, – "и зуб за зуб" (Лв. 24:20). И это естественно. Нигде склонность к мщению не бывает так сильна, как в душе ребенка. Так как мстительность есть страсть самая безрассудная, а этому возрасту особенно свойственна нерассудительность и недостаток обдуманности, то понятно, почему гнев имеет неограниченную власть над детьми. И владычество гнева до такой степени сильно, что часто бросаются на землю и потом, вскочив, бьют себе от злости колена, или опрокидывают скамейки, к уже только после этого начинаете утихать в них мучительная страсть и остывать их бешенство. В этом роде Бог действовал, когда позволил им исторгать, око за око и зуб за зуб, или когда поражал египтян и амаликитян за обиды, наносимые им (иудеям). Бог дает позволение поступать таким образом, как отец, который, когда какой-нибудь (малютка) скажет: отец, такой-то меня прибил, – отвечает: он злой человек, мы не будем его любить. В таком же смысле и Бог говорит: е буду врагом врагов твоих, и возненавижу ненавидящих тебя. И опять, когда молился Валаам, им оказано было такое же снисхождение, как детям. Подобно тому, как бывает с детьми, что, когда они увидят что-нибудь такое, что само по себе вовсе нестрашно, – напр. шерсть, или что-нибудь подобное, – вдруг начинают пугаться, а мы, чтобы эта вещь не наводила на них страха, подносим ее к ним и даем в руки, или заставляем кормилицу показать ее, – так поступил и Бог. Так как прорицатель был для них страшен, Он превратил их страх в смелость. И как детям, отучаемым от груди, в утешение дается рожок, так и иудеям Бог не отказывал ни в чем, и посылал им полное довольство. Но дитя и после того все еще просит груди: и они также все искали Египта и египетского мяса.

Таким образом, тот не погрешит, кто назовет Моисея их учителем, воспитателем и руководителем. А это был человек весьма мудрый; ведь не одно и то же – руководить людьми, уже способными рассуждать зрело, и управлять неразумными детьми. Если угодно, можно сказать и еще что-нибудь. Как воспитатель говорит ребенку: когда пойдешь ты для естественной нужды, то будь осторожней, оберегай свое платье, пока будешь сидеть, – так поступал и Моисей. И как в детях, – у которых еще нет возницы, – господствуют все страсти: тщеславие, своенравие, безрассудство, гнев, зависть, – так и над иудеями господствовали все эти (страсти): они плевали на Моисея, они его били. И как дитя поднимает на кого-нибудь камень, и все мы кричим: не бросай, – так и они поднимали камни на своего отца, хотя впрочем он и избегал их. И как дитя, если видит на отце какие-нибудь украшения, просит их себе, потому что они ему нравятся, – так поступили и сообщники Дафана и Авирона, восставшие против священства. Они были завистливы, малодушны больше, чем всякий другой, и во всех отношениях (были люди) с недостатками. Итак, скажи мне, неужели надлежало Христу явиться в то время? Давать заповеди, имеющие такой глубокий смысл в такое время, когда они находились под властью неистовой страсти, – когда, по своему сладострастию, это были настоящие кони, – когда они были рабами корыстолюбия и чревоугодия? Он напрасно стал бы расточать уроки любомудрия, и рассуждать с людьми безумными. Они не поняли бы ни того, ни другого. Как тот, кто начал бы учить чтению прежде, чем азбуке, никогда не научил бы даже и азбуке, – так было бы и тогда. Но теперь не то: теперь, по благодати Божьей, всюду насаждена великая кротость и великая добродетель. Будем же благодарны за все и не станем предаваться праздному любопытству. Не нам знать время, а Тому, Кто сотворил время и создал века. Предоставим же все Ему. Воздавать славу Богу значит не требовать у Него отчета в Его делах. Так воздал славу Богу и Авраам, "и будучи вполне уверен, что Он силен и исполнить обещанное" (Рим. 4:21). Он даже и о будущем не спрашивал; а мы ищем причины тому, что уже прошло. Посмотри, какое тут неразумие, какая неблагодарность! Но оставим это наконец, – потому что от этого не будет никакой пользы, а даже еще большой вред; будем питать в душе признательность к нашему Владыке и воссылать славу Богу, чтобы, вознося благодарение за все, удостоиться Его человеколюбия, благодатью и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу со Святым Духом слава, держава, честь, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

БЕСЕДА 5

"Тайну, сокрытую от веков и родов, ныне же открытую святым Его, Которым благоволил Бог показать, какое богатство славы в тайне сей для язычников, которая есть Христос в вас, упование славы, Которого мы проповедуем, вразумляя всякого человека и научая всякой премудрости, чтобы представить всякого человека совершенным во Христе Иисусе" (Кол. 1:26 – 28).

1. Сказав о том, что мы получили, и показав из величия дарованных нам (благ) человеколюбие и славу Божью, (Павел) присовокупляет еще другое дополнение, – что прежде нас никто не знал этой (тайны). То же он делает и в послании к Ефесянам, когда говорит: ни ангелы, ни начала, ни иная каким-либо созданная сила, но один Сын Божий знает (Еф. 3:5). Потому и не сказал просто: скрытую , но: "тайную" , как потому, что, хотя она и ныне совершилась, однако она древняя, так и потому, что Бог издавна восхотел этого и так предначертал. Но почему, – об этом еще не говорит. "Сокрытую от веков", – говорит, – "и родов". И справедливо назвал тайной то, чего никто не знал, кроме Бога. Где же "тайную"? Во Христе, как говорит в послании к Ефесянам, или, как некогда сказал пророк: "от века и до века Ты – Бог" (Пс. 89:3). "Ныне же открытую", – говорит, – "святым Его". Итак, все это есть дело домостроительства Божья. "Ныне же", – говорит, – "открытую". Не сказал: совершилась, но: "Открытую святым Его". Если явилась одним только святым, то, значит, еще и ныне скрывается. Пусть же они (еретики) не прельщают вас: не знают, почему (апостол) сказал: (только тем) "Которым благоволил". Смотри, как он везде предупреждает их вопросы. "Которым", – говорит, – "благоволил Бог показать"; а воля Его не неразумна. Он сказал это для того, чтобы они более покорялись благодати, и не превозносились своими добрыми делами. "Какое богатство славы в тайне сей для язычников". Глубокомысленно сказал и усилил речь, приискивая от преизбытка чувства пояснения к пояснениям. Самая эта неопределенная речь: "Богатство славы в тайне сей для язычников" тоже содержит в себе пояснение, – потому что слава более всего является в язычниках, как и говорит в другом месте: "А для язычников – из милости, чтобы славили Бога" (Рим. 15:9). И в других является великая слава тайны; но в них гораздо более. Людей более бесчувственных, чем камни, вдруг возвести к достоинству ангелов, единственно посредством безыскусственных слов и одной веры, без всякого труда, – это действительно слава и богатство тайны, подобно тому, как если бы кто-нибудь пса, издыхающего от голода и паршей, гнусного и отвратительного, уже не могущего двигаться и заброшенного, вдруг сделал человеком и показал на царском престол. Смотри: они поклонялись камням и земле, – считая их лучшими неба и солнца, думая, что весь мир служить им, – были пленниками и узниками дьявола, и вдруг наступили на главу его, и стали повелевать им и бичевать его. Слуги и рабы демонов сделались телом Владыки ангелов и архангелов. Не знавшие даже, что есть Бог, вдруг стали сопрестольниками Бога. Хочешь видеть бесчисленные ступени, которые они перешагнули? Нужно было им, во-первых, узнать, что камни не боги; во-вторых, что они не только не боги, но и ниже людей; в-третьих, ниже бессловесных; в-четвертых, ниже растений; в-пятых, что они (язычники) смешали совершенно противоположные предметы, что не только камни, но ни земля, ни животные, ни растения, ни человек, ни небо, ни то, что выше неба (не есть Бот); опять, – что ни камням, ни животным, ни растениям, ни стихиям, ни горнему, ни дольнему, ни человеку, ни демонам, ни ангелам, ни архангелам, ни другой какой-либо из тех высших сил не должна поклоняться человеческая природа. Как бы черпая из некоей глубины, им надлежало познать, что Владыка всего – Он есть Бог, что Ему одному должно служить, что дивное устройство жизни есть благо, что настоящая смерть не есть смерть, а настоящая жизнь – не жизнь, что тело восстает, делается нетленным, восходить на небеса, сподобляется бессмертия, водворяется с ангелами, преселяется. Человека, стоявшего так низко, после того, как он перешагнул все эти (ступени, Христос) посадил на небесах, на троне; того, который был ниже камней, поставил выше ангелов, архангелов, престолов, господств. Действительно, хорошо сказал: "какое богатство славы в тайне сей"? Дело подобно тому, как если бы кто-нибудь глупого вдруг сделал философом. А лучше сказать, что ни говори, ничего не объяснишь, потому что и Павловы слова неопределенны. "какое", – говорит, – "богатство славы в тайне сей для язычников, которая есть Христос в вас"? Еще надлежало познать, что Тот, кто выше всех, кто господствует над ангелами и имеет власть над всеми прочими силами, нисшел долу, сделался Человеком, претерпел бесчисленные мучения, воскрес и вознесся.

2. Все это было следствием тайны, и Павел торжественно возвещает это, когда говорит: "которая есть Христос в вас". Если же Он в вас, то для чего вы ищете себе учителей из ангелов? "В тайне сей". Есть и другая тайна; но это, по преимуществу, тайна, которой никто не знал, которая досточудна, которой никто не ожидал, и она была сокрыта. "Которая есть Христос в вас", – говорит, – "упование славы, Которого мы проповедуем", приняв Его свыше. "Которого" (проповедуем) "мы", а не ангелы, "вразумляя и научая", а не повелевая и не принуждая: ведь и то, что люди приводятся к Богу не насильственно, есть дело человеколюбия Божья. Так как "научая" – слово великое, то он прибавил: и "вразумляя", что более свойственно отцу, чем учителю. "Которого", – говорит, – "мы проповедуем, вразумляя всякого человека и научая" всякого человека во "всякой премудрости", то есть, со всякой премудростью и разумом, или – все говоря в премудрости. Поэтому, здесь нужна вся премудрость, так как познать это не всякий может. "Чтобы представить всякого человека совершенным во Христе Иисусе". Что ты говоришь – "всякого человека"? Да, говорит, мы об этом заботимся. Что же, если бы это не исполнилось? Все-таки блаженный Павел старался сделать совершенным Итак, это – совершенство, а то – несовершенно. Следовательно, кто имеет не всю мудрость, тот несовершен. "Совершенным во Христе Иисусе": не о законе, и не об ангелах, потому что это несовершенно. "Во Христе", то есть, в познании Христа. Кто знает, что сделал Христос, тот постиг более ангелов. "Во Христе Иисусе; для чего я и тружусь и подвизаюсь" (ст. 29). Не просто стараюсь, говорит, не как случилось; но "тружусь и подвизаюсь" с великим тщанием, то есть, с великим бодрствованием. Если я так бодрствую для вашего блага, то сами вы должны (бодрствовать) гораздо более. Затем, чтобы показать, что это дело Божье, говорит: "Силою Его, действующею во мне могущественно" (ст. 29). Показывает, что это – дело Божье. Дающий мне силы для этого, очевидно, этого желает. Потому и в начале сказал: "Волею Божьей" (ст. 1). Итак (апостол) сказал так не только по смирению, но и по истине. "И подвизаюсь". Этим словом он показал, что против него воюют многие. Затем (выражает) великую любовь. "Желаю, чтобы вы знали, какой подвиг имею я ради вас и ради тех, которые в Лаодикии" (2:1). Чтобы не показалось, что причиной такого желания их слабость, он присовокупил и других, и еще не упрекает (их). "Кто не видел лица моего в плоти". Здесь ясно показывает, что они постоянно видели его духом, и свидетельствует им великую любовь свою. Потому и прибавил: "Дабы утешились сердца их, соединенные в любви для всякого богатства совершенного разумения, для познания тайны Бога и Отца и Христа, в Котором сокрыты все сокровища премудрости и ведения" (ст. 2, 3). Вот уже он спешит и заботится перейти к учению, и не обвиняя, и не освобождая их от обвинения. "подвиг", – говорит, – "имею". С какой целью? Чтобы соединиться. Это значит: чтобы они твердо стояли в вере. Но он не говорит так, устраняя все, клонящееся к обвинению. Это для того, чтобы они соединились по любви, а не по необходимости, или насилию. Он, как я сказал, неутомимо и постоянно поучал их. Потому и говорит: "подвизаюсь", потому что я хочу, чтобы (это сделалось) по любви и добровольно. Я хочу не того только, чтобы было собрате, не уста только, но "дабы утешились сердца их, соединенные в любви для всякого богатства совершенного разумения", то есть, чтобы они ни в чем не сомневались, чтобы во всем были убеждены. Он говорит о том убеждении, которое происходить от веры. Бывает убеждение и вследствие умозаключений; но оно не имеет никакой цены. Я знаю, говорит, что вы веруете; но хочу, чтобы вы были убеждены не в одном богатстве, но "для всякого богатства", чтобы вы были убеждены и во всем и твердо. Смотри, какое благоразумие у блаженного Павла. Он не сказал им: вы худо делаете, что не имеете убеждения, – не обвинил их; но: вы не знаете, как забочусь я о том, чтобы вы были убеждены разумно, а не безотчетно. Так как сказал о вере, то и прибавляет: не думайте, что я сказал просто и необдуманно; нет, – разумно, с любовью. "Для познания тайны Бога и Отца и Христа". Следовательно, привлечете (к Отцу) через Сына есть тайна Божья. "И Христа, в Котором сокрыты все сокровища премудрости и ведения". Если же они в Нем, то Он премудро пришел ныне (на землю). За что же обвиняют нас некоторые неразумные? Смотри, как он говорит людям малосведущим: "в Котором сокрыты все сокровища": Он все знает. "Ведения". Не думайте же, что вы уже имеете все: "ведения" и от ангелов, не только от вас. Значит, у Него должно всего просить; Он дает премудрость и знание. Итак, словом: "сокровища" показывает множество, словом: "все" – что Он (все) знает, а словом: "ведения" – что Он один знает. "Это говорю я для того, чтобы кто-нибудь не прельстил вас вкрадчивыми словами" (ст. 4).

3. Видишь, говорит, я это сказал для того, чтобы вы не искали (знания) у людей. "Прельстил", – говорит, – "вкрадчивыми словами". Что же, если (кто-нибудь) говорит убедительно? "Ибо хотя я и отсутствую телом, но духом нахожусь с вами" (ст. 5). Последовательность требовала бы сказать: хотя я и отстою плотью, тем не менее знаю обманщиков; но теперь он оканчивает похвалой. "Радуясь и видя ваше благоустройство и твердость веры вашей во Христа" (ст. 5). Чином он называет благоустройство. "И твердость веры вашей во Христа". Это величайшая похвала. И не сказал: веру, но: "твердость", как будто говорит воинам, стройно и твердо стоящим. Кто тверд, того не поколеблют ни обольщения, ни искушения. Вы, говорит, не только не пали; но у вас никто не расстроил и чина. Он поставил себя между ними, чтобы они боялись его, как бы он при них находился, потому что через это сохраняется чин (благоустройство). Сплоченность – от твердости. Твердость же происходить тогда, когда ты, собрав много (вещей), склеишь их плотно и неразрывно; тогда происходить твердость, как, напр., в стене. То же делает любовь. Когда она плотно совокупить и соединить людей, живущих отдельно, она делает их твердыми. То же делает и мера, когда она не позволяет господствовать в нас размышлению, потому что как размышление разделяет и колеблет, так вера укрепляет и утверждает. Так как Бог даровал нам блага, превышаются человеческое разумение, то Он по справедливости требует веры, потому что не может быть твердым тот, кто ищет объяснений. Все наши важнейшие (догматы) чужды умствований и доступны только вере. Бог нигде и везде: что непонятнее этого для разума? И в том, и в другом содержится много необъяснимая. Он не заключается в месте, и в Нем нет места. Он не произошел (ни от кого), ни сам Себя не сотворил, и не начинал своего бытия. Какой разум принял бы это, если бы не было веры? И не показалось ли бы это смешным? А не иметь конца, – разве это не труднее всякой загадки? Он безначален, нерожден, неописуем и беспределен, – и это также непостижимо. Не можем ли мы, по крайней мере, объяснить умом бестелесность Его? Посмотрим. Бог бестелесен. Что такое – бестелесен? Одно голое слово; ум ничего не извлекает из него, и ничего себе не представляет. Если бы он представил себе что-нибудь такое, то перешел бы к вещественному, к тому, из чего образуется тело. Значит, когда уста говорят о бестелесном, ум не понимает, о чем они говорят, или понимает только то, что бестелесное – не тело. Да что я говорю о Боге? Что такое бестелесность нашей души, имеющей начало, заключенной (в теле), описуемой? Скажи, покажи! Но ты не можешь. Она воздух? Но воздух – тело, хотя и нетвердое; из многих явлений видно, что он есть жидкое тело. Она огонь? Но огонь – тело; а действие души бестелесно. Почему? Потому, что она всюду проникает. Если же она – не тело, то бестелесное в (определенном) месте; поэтому и описуема; описуемое же имеет фигуру; фигура же состоит из линий; линии же – принадлежность тел. Опять, что значит бесформенный? Не имеющий ни формы, ни вида, ни образа. Видишь, как путается мысль! Еще: природе (Божьей) несвойственно зло; но добрым каждый бывает только по своей вол; следовательно, зло свойственно ей. Но этого сказать нельзя, да не будет! Еще: по воле (Бог) имеет бытие, или по неволе? Но и этого нельзя сказать. Еще: ограничивает (Он) вселенную, или нет? Если не ограничивает, то сам ограничивается ею; если же ограничивает, то Он беспределен по природе. Еще: ограничивает ли Он сам себя? Если ограничивает, то, значит, Он и безначален не в отношении к самому Себе, а в отношении к нам; следовательно безначален не по природе. Везде приходим к противоречивым заключениям. Видишь, какой мрак и как везде нужна вера! Одна она тверда. Но, если хотите, перейдем к меньшим предметам. Существо (Божье) действует. Что же такое в нем деятельность? Движение какое-нибудь? В таком случае оно не изменяемо, потому что движущееся изменяется, из состояния неподвижности переходить в состояние движения. Однако же (существо Божье) движется и никогда не бывает в неподвижном состоянии. Какое же это движете, скажи мне? У нас есть семь различных движений: вниз, вверх, внутрь, наружу, вправо, влево и вокруг. Кроме этого бывает: увеличение, уменьшение, рождение, разругаете, изменение. Но то движете несходно ни с одним из этих движений, а совершается подобно движению ума? Вовсе не так, – да не будет, – потому что ум движется иногда глупо. Действие (Божье) есть желание? Но Он хочет, чтобы все люди были добродетельны и спаслись: почему же это не исполняется? значит, желание – не то, что действие? В таком случае для действия недостаточно одного желания. А как же говорит Писание: "Творит все, что хочет" (Пс. 113:11)? Как и прокаженный говорит Христу: "Если хочешь, можешь меня очистить" (Мф. 8:2)? Скажу и другое, если хотите. Каким образом сущее произошло из несущего? Каким образом оно обращается в ничто? Что выше неба? И опять: что выше того высшего? И что выше этого? И что за тем? И так до бесконечности. Что ниже земли? Море. А ниже его что? И ниже этого опять что? А вправо, влево, – разве не такая же неизвестность?

4. Но это – невидимое. Хотите, скажу о предметах видимых, о том, что было? Скажи мне, как иона был во чреве зверя и не погиб? Разве это согласно с разумом? Не напрасно ли (старание) объяснить это? Как (кит) пощадил праведника? Как не задушил его жар? Как не сгноил? Если трудно быть только в глубине моря, то. гораздо труднее находиться во внутренностях (кита) и в таком жару. Как иона дышал там? Как доставало вдыхаемого воздуха для двух живых существ? Как (кит) изверг пророка невредимым? Как говорил (иона)? Как он сознавал себя и молился? Разве вероятно все это? Если будем исследовать разумом, невероятно; если же верой, то весьма вероятно. Скажу нечто более этого. Зерно в недрах земли гниет и восстает. Смотри, (тут два) противоположных чуда, и одно другого удивительнее. Удивительно и то, что зерно не истлевает, и то удивительно, что гниющее восстает.

Где неверующие воскресению и говорящие: как эта кость соединится с этой? и вводящие тому подобные басни? Скажи мне: как Илия вознесся на огненной колеснице (4 Цар. 2:11)? Огню свойственно жечь, а не возносить. Как (Илия) живет (на небе) столько времени? В каком находится месте? Для чего это случилось? Куда переселен Енох? Вкушает ли такую же пищу, как мы? Что мешает быть ему здесь? Но он не вкушает нашей пищи? Зачем он взять отсюда? Смотри, как Бог постепенно наставляет нас. Он переселил Еноха; это по очень важно: то же показал нам в вознесении Илии. Заключил Ноя в ковчеге; но и это не очень важно: тому же научил нас, заключив пророка в ките. Так и ветхозаветные события имели нужду в предтечах и прообразах. Как в лестнице первая ступень ведет ко второй, а нельзя с нее ступить на четвертую, и эта (имеете отношение) к той, чтобы та служила путем к этой, и прежде первой нельзя ступить на вторую, – так и здесь. Замечай знаки знаков, и увидишь это в лестнице, которую видел Иаков. Вверху, говорится, утверждался Господь, а внизу восходили и нисходили ангелы. Это предвозвещало, что Отец имеет Сына. Надлежало верить этому. Откуда показать тебе знаки этого? Как ты хочешь: сверху ли вниз, или снизу вверх? Нужно было показать, что (Отец) родит бесстрастно; и вот сначала родила неплодная. А лучше начнем сверху. Надлежало веровать, что (Сын рождается) от Отца. Что же? Было и это (предвозвещено), хотя неясно, как бы в образе и тени, однако же было; а с течением времени становится несколько яснее. Жена (Ева) из одного человека, и он остается целым. Кроме того, надлежало быть какому-нибудь знамению рождения от Девы. Рождает неплодная, и не однажды, но дважды, трижды и многократно. Итак, неплодная была прообразом рождения от Девы и побуждает наш разум к вере. (Рождение от неплодной) было знамением и того что Бог (Отец) один может рождать. Если человек, совершеннейшее существо, рождается и без него (бесстрастно), то тем более он рождается из существа, которое совершеннее (человека). Есть и другое рождение, которое есть образ истины, наше (рождение) от Духа. Неплодная была образом и этого рождения, потому что оно не из кровей. А это (рождение от Духа) есть образ высшего рождения (Сына от Отца). То рождение показало бесстрастие, а это – что может родиться от одного (Бога Отца). Христос есть Владыка, выше всех; надлежало веровать этому. Это показано в (образе) земли при (сотворении) человека: "Сотворим", – сказано, – "человека по образу Нашему [и] по подобию Нашему, и да владычествуют они над" всеми бессловесными (Бт. 1:26). Так (Бог) научил нас не словами, но делами. Рай показал различие в природе и превосходство человека пред всеми (тварями). Христу надлежало воскреснуть, – смотри же, сколько прообразов этого: Енох, Илия, Иона, отроки в печи, потоп во дни Ноя, семена, растения, рождение, как наше, так как (сомнение) о воскресении все могло подвергнуть опасности, то воскресение имело много прообразов, – гораздо более, чем все прочее. Что все происходить не без провидения, об этом можно заключать из того, как у нас бывает: у нас ничто не остается без надзора; и для стада и для всего другого нужно, чтобы кто-нибудь управлял. А что неслучайно все произошло, показывает геенна, показал потоп при Но, огонь, потопление египтян, (чудеса), совершившиеся в пустыне. Нужно было многое, что служило бы предзнаменованием крещения; и (предзнаменования) были: то, что совершено в воде, и многое другое, что было в ветхом завете, что было в купели, очищение больного, самый потоп, крещение Иоанна. Надлежало веровать, что Бог предаст (на смерть) Сына своего: наперед сделал это человек. Кто же это? Патриарх Авраам. Таким образом, мы найдем прообразы всего этого, если захотим, если поищем в Писании. Но не будем утомлять себя; ограничимся этим; будем иметь твердую вру, и постараемся об исправление своей жизни, чтобы, благодаря Бога о всем, удостоиться благ, обещанных любящим Его, благодатью и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу и Святому Духу слава, держава, честь, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

БЕСЕДА 6

"Посему, как вы приняли Христа Иисуса Господа, так и ходите в Нем, будучи укоренены и утверждены в Нем и укреплены в вере, как вы научены, преуспевая в ней с благодарением" (Кол. 2:6,7).

1. Опять предваряет их собственным свидетельством, говоря: "Посему, как вы приняли". Мы, говорит, не вводим ничего чуждого; поэтому и вы не должны вводить. "ходите в Нем", потому что Он есть путь, приводящий к Отцу. Такой путь не в ангелах, – этот не ведет туда. "Укоренены", то есть, утверждены; не увлекаясь то на тот, то на другой путь, но "укоренены"; а укорененное никогда не передвигается. Видишь, какие точные выражения употребляет (Павел)! "И утверждены", говорит, то есть, возносясь к Нему умом. "И укреплены" в Нем, то есть, держась на Нем, как устроенные на основании. Показывает, что они пали, это видно из слова: "научены". Вера, действительно, есть здание, требующее крепкого основания и прочного построения. Оно колеблется, если кто построить его не на крепком основании; а если и на крепком построить, но не утвердить, не будет стоять. "Как вы научены". Словом: "как" опять показывает, что он ничего не говорит нового. "Преуспевая", – говорит, – "в ней с благодарением". Так поступают благомыслящие люди: я не говорю просто: благодаря, но с великим избытком, более, чем научены, если можно, и с великим соревнованием. "Смотрите, братия, чтобы кто не увлек вас" (ст. 8). Видишь, как он показал татя, чуждого и тихо входящего! Он представил его уже входящим. И хорошо сказал: "увлек" (, обкрадет). Как иной, подкапывая снизу насыпь, не дает себя заметить, а насыпь ослабляет, так и он поступает. Итак, берегитесь: он всегда так делает, – не дает даже заметить себя. "философией". Но так как философствовать кажется делом похвальным, то прибавил: "и пустым обольщением". Лесть (обман) бывает и добрая; такой были прельщены многие, и ее не должны называть лестью; о ней говорит Иеремия: "Ты влек меня, Господи, – и я увлечен" (Иep. 20:7). Этого не должно называть лестью. Так, когда Иаков прельстил отца, – это не была лесть, а (Божье) устроение. "Философией", – говорит, – "и пустым обольщением, по преданию человеческому, по стихиям мира, а не по Христу" (ст. 8).

Теперь начинает обличение в наблюдении дней, называя стихиями мира солнце и луну, подобно тому, как сказал в послании к галатам: "Для чего возвращаетесь опять к немощным и бедным вещественным началам" (Гал. 4:9)? И не сказал: в наблюдении дней, но: всего настоящего "мира", – чтобы показать ничтожество его. Действительно, если мир – ничто, то еще более ничтожны стихии его. Итак, показав сначала, сколь великие получили они благодеяния, какими великими благами насладились, потом начинает обвинение, чтобы дать ему больше силы и тронуть слушателей. Так всегда делают и пророки. Они показывают сначала благодеяния (Божьи), и тем увеличивают силу обвинения, как говорит Исайя: "Я воспитал и возвысил сыновей, а они возмутились против Меня" (Ис. 1:2); и опять: "Народ Мой! что сделал Я тебе и чем отягощал тебя?" (Мих. 6:3); и Давид говорит: "из среды грома Я услышал тебя", и еще: "открой уста твои, и Я наполню их" (Пс. 80:8,11). И везде найдешь это. Итак, что бы ни говорили они (обольщающие), не должно верить; ныне и без (напоминания) о благодеяниях должно избегать стихийных мудрований). "А не по Христу", – говорит. Если бы даже и так было, что вы могли бы служить пополам и тому и другому, – и этого не должно бы быть; ныне же этого не позволяет вам то, что "по Христу", – оно удерживает вас от них (суеверий). Поколебав сначала эллинские суеверия, затем разрушает иудейские. У эллинов и иудеев было много суеверий, у первых они происходили от философии, а у последних от закона. (Павел) прежде обращается к тем, которые подлежать большему осуждению. Как же "не по Христу; ибо в Нем обитает вся полнота Божества телесно, и вы имеете полноту в Нем, Который есть глава всякого начальства и власти" (ст. 9 и 10).

2. Смотри, как, обличая их, он опровергает сказанное (заблуждение): сначала предложил решете, а потом возражение. Такое решение устраняет подозрение, и слушатель скорее соглашается, когда говорящий не о том заботится, чтобы опровергнуть возражение. В последнем случае, слушатель старается о том, чтобы не быть побежденным; а тут – не бывает этого. "Ибо в Нем обитает", то есть, так как Бог живет в Нем. Но чтобы ты не подумал, будто Бог заключен в Нем, как в теле, говорит: "Вся полнота Божества телесно, и вы имеете полноту в Нем". Некоторые говорят, что (апостол) называет здесь церковь исполненной божества Его, как в другом месте говорит: "Полнота Наполняющего все во всем" (Еф. 1:23), а слово: телесно значит здесь: как в голове тело. Почему же в таком случае не прибавил он: яже есть церковь? другие думают, что он говорит здесь об Отце, что полнота Божества живет в Нем. Но это несправедливо: во-первых, потому, что слово: жить не в собственном смысле говорится о Бог; во-вторых, потому, что полнота не есть то, то принимается: "Господня земля и что наполняет ее" (Пс. 23:1), и апостол говорит: "Пока войдет полное число язычников" (Рим. 11:25); здесь исполнением называется целое. Потом, что значит слово: "телесно"? Как в глав. Для чего же опять говорит то же: "И вы имеете полноту в Нем"? Что значат эти слова? То, что вы имеете столько же, сколько и Он; как жило в Нем, так и в вас живет. Павел постоянно старается приблизить нас ко Христу, например, когда говорит: "Воскресив Его из мертвых и посадив" нас (Еф. 1:20), и: "Если терпим, то с Ним и царствовать будем" (2 Тим. 2:12), и: "Как с Ним не дарует нам и всего?" (Рим. 8:32), и называет (нас) "сонаследниками" (Рим. 8:17). Затем (говорит) о достоинств: "Который есть глава всякого начальства и власти" (ст. 10). Ужели Тот, Кто выше всего, причина всего, не единосущен (Отцу)? Потом он прекрасно присовокупил здесь о благодеянии, даже лучше, чем в послании к римлянам: там н говорит: "обрезание, которое в сердце, по духу, а не по букве" (Рим. 2:29); а здесь: по Христе. "В Нем вы и обрезаны обрезанием нерукотворным, совлечением греховного тела плоти, обрезанием Христовым" (ст. 11). Смотри, как он приближается к делу. "Совлечением", – говорит, – не сказал: снятии. "Греховного тела", – говорит о прежней жизни. Это он постоянно и различно выражает, как и выше сказал: "Избавившего нас от власти тьмы" (Кол. 1:13), "И бывших некогда отчужденными примирил, чтобы представить нас святыми и непорочными" (ст. 21, 22). Теперь, говорит, обрезание не от ножа, но от самого Христа; не рука, как там (в ветхом завете), совершает это обрезание, но дух; обрезывается не часть, но весь человек. тело и это, тело и то; но то обрезывается плотью, а это духовно, – не так, как иудеи (обрезывали), – потому что вы совлеклись не плоти, но грехов. Когда и где? В крещении. Что (Павел) называет обрезанием, то называет и гробом. Смотри, как он опять переходить к оправданию. "Греховного", – говорит, – "тела плоти", т. е., грехов, сделанных во плоти; говорит более, чем об обрезании, так как (иудеи) не отвергли того, что обрезано, но потеряли и повредили. "Быв погребены с Ним", – говорит, – "в крещении, в Нем вы и совоскресли верой в силу Бога, Который воскресил Его из мертвых" (ст. 12). Но (крещение) есть не гроб только: смотри, в самом деле, что говорит: "в Нем вы и совоскресли верой в силу Бога, Который воскресил Его из мертвых". Хорошо сказал, – потому что все от веры. Вы поверили, что Бог может воскресить, – и через это воскресли. Затем (присовокупляет) достоверное: "Воскресил", – говорит, – "Его из мертвых". Уже показывает воскресение. "И вас, которые были мертвы во грехах и в необрезании плоти вашей, оживил вместе с Ним" (ст. 13). Вы были повинны смерти. Но если вы и умирали, то не напрасно, – смерть была полезна вам. Смотри, как он опять показывает, чего они были достойны, в словах, которые присовокупляет: "Простив нам все грехи, истребив учением бывшее о нас рукописание, которое было против нас, и Он взял его от среды и пригвоздил ко кресту; отняв силы у начальств и властей, властно подверг их позору, восторжествовав над ними Собою" (ст. 14 – 15). "Простив нам", – говорит, – "все грехи". Какие? Т, которые произвели смерть. И что же? Позволил им остаться? Нет; истребил их; не только даровал, но совсем истребил, чтобы они никогда не показывались. "Учением", – говорит. Какими учениями? Верой. Следовательно, (для спасения) достаточна вера, (Павел) присоединил не дела к делам, но дела к вере. Что же затем? К отпущению опять присоединяет истребление (грехов). "И Он", – говорит, – "взял его от среды"; но не сохранил его, а разорвал, "и пригвоздил ко кресту; отняв силы у начальств и властей, властно подверг их позору, восторжествовав над ними Собою" Никогда он не говорил так сильно!

3. Пилишь, как он заботился об уничтожения рукописания? Так как все мы были под грехом и наказанием, то Он, претерпев наказание, освободил нас и от греха, и от наказания. Наказание же Он претерпел на кресте. К нему-то и пригвоздил (рукописание), а потом, как имеющий власть, и совсем разорвал его. Какое рукописание? (Павел) говорит о том рукописании, которое (израильтяне) дали Моисею, говоря: "Все, что сказал Господь, сделаем [и будем послушны]" (Исх. 24:3). Если же не об этом, так о том, что мы обязаны повиноваться Богу. Если же и не об этом, то о том рукописании, которое держал дьявол, которое изрек Бог Адаму в словах: "Ибо в день, в который ты вкусишь от дерева, смертью умрешь" (Быт. 2:17). Это рукописание было у дьявола. И Христос не отдал его нам; но сам разорвал его, как свойственно прощающему с радостью. "Отняв силы у начальств и властей". (Апостол) говорит это о силах дьявольских, или потому, что они были облечены человеческой природой, или потому, что (Христос) держал их как рукоятку меча, и, сделавшись человеком, обнажил их. Это и значит: "Подверг их позору". И хорошо это сказано, потому что дьявол никогда так не бесчинствовал. Он наделся овладеть Им (Христом), а лишился и тех, кого имел; в то время, когда тело (Христа) пригвождалось, мертвые воскресали. Тогда дьявол потерпел поражение, получив смертельный удар от мертвого тела. Как борец, считающий своего противника пораженным, сам получает от него смертельную рану, так и Он показал, что умереть с спокойным духом значит посрамить дьявола. Если бы мог, дьявол сделал бы все, чтобы уверить людей в том, что (Христос) не умирал. Но, так как доказательством воскресения служило все последовавшее затем время, а для доказательства смерти не было другого времени кроме этого, то Он и умер открыто, в виду всех, но воскрес не открыто, зная, что последующее затем время засвидетельствует истину. Что в виду всего мира, на высоте, на древе был умерщвлен змий, – это достойно удивления. И чего не сделал дьявол, чтобы только (Христос) умер тайно? Послушай, что говорит Пилат: "Возьмите Его вы, и распните; ибо я не нахожу в Нем вины" (Иоан. 19:6); и потом иудеи говорили Ему: "если Ты Сын Божий, сойди с креста" (Мф. 27:40). Но Он уже получил смертельный удар; но сошел (со креста), и потому предан был гробу. Он мог тотчас же воскреснуть; но (не сделал этого), чтобы уверены были в смерти Его. И в смерти людей обыкновенных малодушие предосудительно; здесь нет его. Даже и воины "не прибили Ему голеней", как другим, чтобы очевидно было, что Он умер. Известны и те, которые погребли тело Его; поэтому сами же иудеи, вместе с воинами, запечатывают камень. Здесь преимущественно старались о том, чтобы (смерть Его) не была сокрыта. Свидетели – из врагов, из иудеев. Послушай, что они говорят Пилату: "обманщик тот, еще будучи в живых, сказал: после трех дней воскресну; итак прикажи" воинам стеречь "гроб" (Мф. 27:63). Это и сделано было; они еще запечатали гроб. Послушай, как они и после говорят это апостолам: "Хотите навести на нас кровь Того Человека" (Деян. 5:28). Он не попустил, чтобы образ креста Его был посрамлен. Да и ангелы ничего такого не перенесли бы. Он исполняет на кресте все, показывая, что смертью совершено великое дело. Это было похоже на единоборство: смерть поразила Христа; а Христос, пораженный ею, потом умертвил ее. Мертвым телом умерщвлен тот, кто казался бессмертным. Вселенная это видела. И, что удивительно, не поручил этого другому; дано новое рукописание, не такое, какое было прежде.