Чтение онлайн

Так не о том только он говорит, что было и будет, но и то самое, что между людьми считается прискорбным, именно: судилища, заключение, смерть, угрозы, голод, пытки, сковороды, печи, разграбление, войны, осады, сражения, возмущения, состязания - и это он поставляет в число даров и благодеяний; потому что не о том только, что выше сказано, должно радоваться и восхищаться, но и этим нужно хвалиться, как говорит он: "ныне радуюсь в страданиях моих за вас и восполняю недостаток в плоти моей скорбей Христовых" (Кол.1:24). Видишь ли душу твердую, ум высокий, дух непоколебимый, который восхищается не венцами только, но утешается и подвигами, радуется не наградам только, но восторгается и трудами, веселится не от воздаяний только, но хвалится и самою борьбою? Не говори мне о царстве небесном, о тех нетленных венцах, о наградах, но и самое настоящее, исполненное скорби, трудов и великих страданий, поставь на вид, и я могу доказать, что этим должно хвалиться еще более. Во внешних подвигах борьба доставляет труд, а венцы - удовольствие; но здесь не так, а еще прежде венцов сами подвиги приносят великую радость. Чтобы вы убедились, что это действительно так, вспомните каждого из святых, из каждого поколения, как говорит апостол: "в пример злострадания и долготерпения возьмите, братия мои, пророков, которые говорили именем Господним" (Иак.5:10). И тот самый апостол, который сегодня предложил нам этот подвиг и составил настоящее духовное зрелище, т.е. Павел, после того, как он исчислил бесчисленные бедствия каждого из святых, которые неудобно пересказывать теперь, прибавляете "скитались в милотях и козьих кожах, терпя недостатки, скорби, озлобления; те, которых весь мир не был достоин", и при всем том радуясь (Евр.11:37,38). Тоже самое можно видеть и тогда, когда апостолы, после заключения в темнице и злословий, получив бичевания, были изгоняемы. В самом деле, что говорится о них? "Они же пошли из синедриона, радуясь, что за имя Господа Иисуса удостоились принять бесчестие" (Деян. 5:41).

4. Это было и у нас; если кто хочет знать, о чем я говорю, то пусть припомнит, что случилось во время гонений. Выступила девица нежная и не знавшая брака, имеющая тело нежнее воска; потом, привязанная к дереву со всех сторон, была мучима и терзаема скоблением по бокам и истекала кровью, но как бы невеста, сидящая в брачном чертоге, благодушно переносила совершаемое над нею, для царства небесного, получая венцы в самих подвигах. Представь же, каково было - видеть властителя с войсками, изощренными мечами и столь многим оружием, побеждаемого одного девицею. Видишь ли, что и сама скорбь сопровождается величайшею хвалою? Свидетели сказанного - вы сами. В самом деле, тогда как мученики еще не получили воздаяний, ни наград, ни венцов, но разрешились в пыль и прах, мы стекаемся в честь их со всем усердием, составляем духовное зрелище, прославляем их и увенчиваем их за раны и кровь, за пытки и мучения, за их скорби и воздыхания: так сами скорби сопровождаются хвалою еще прежде воздаяния! Представь, каков был Павел тогда, когда он жил в темницах и был приводим в судилища, как славен, как блистателен и знаменит являлся он пред всеми, особенно же пред теми, которые нападали и враждовали против него. Но что я говорю: был славен пред людьми, - если он и для бесов был страшен более тогда, когда был бичуем? Когда он находился в узах, когда подвергался кораблекрушениям, тогда и совершал величайшие знамения, тогда особенно и побеждал противные силы. Поэтому, зная хорошо пользу, происходящую для души от этих скорбей, он говорил: "когда я немощен, тогда силен"; и потом прибавлял: "посему я благодушествую в немощах, в обидах, в нуждах, в гонениях, в притеснениях, чтобы обитала во мне сила Христова" (2Кор.12:10,9). Поэтому и говоря к некоторым, жившим в Коринфе, и укоряя тех из них, которые высокомудрствовали о себе, а других осуждали, он, соблюдая характер послания и находясь в необходимости представить нам изображение своих подвигов, составил его не из знамений, не из чудес, не из почестей, не из удовольствий, но из заключений в узы, судилищ, голода, холода, борьбы, козней, и говорил им так: "Христовы служители? (в безумии говорю:)"; - и, объясняя это выражение: "я больше", и свое преимущество, продолжал: "я гораздо более был в трудах, безмерно в ранах, более в темницах и многократно при смерти" и пр.: "если должно мне хвалиться, то буду хвалиться немощью моею" (2Кор.11:23-30).

Видишь ли, что этим он хвалится гораздо более, нежели восхищается блистательными венцами, и потому говорит: "и не сим только, но хвалимся и скорбями"? Что же значит: "и не сим только"? Не только, говорит, мы не падаем духом, испытывая скорби и бедствия, но как бы более и более преуспевая в чести и славе, особенно хвалимся среди приключающихся бедствий. Далее, сказав, что от скорбей происходит величайшая слава, хвала и радость, - а известно, что слава доставляет и удовольствие, потому что где удовольствие, там конечно есть и слава, и где такая слава, там конечно есть и удовольствие, - показав, что терпение скорбей сопровождается славою, знаменитостью и радостью, он говорит о другом величайшем их следствии, о некотором величайшем и дивном плоде их. А какой этот плод, посмотрим. "Зная, что от скорби происходит терпение, от терпения опытность, от опытности надежда, а надежда не постыжает", (Рим.5:3,6).Что значит: "от скорби происходит терпение"? От этого происходит тот величайший плод, что человек, подвергающийся скорбям, делается более крепким. Как из дерев те, которые стоят в местах тенистых и безветренных, бывают, хотя цветисты по виду, но изнежены и слабы, и скоро повреждаются от всякого напора ветров, а те, которые стоят на высоких вершинах гор, колеблются многими и великими ветрами, переносят частые перемены воздуха, потрясаются жесточайшими бурями и засыпаются обильным снегом, бывают крепче всякого железа; подобно тому, как тела, воспитываемые во многих и различных удовольствиях, украшаемые нежными одеждами, часто омываемые и намащиваемые и с излишеством изнеживаемые разными родами пищи, делаются совершенно негодными к подвигам благочестия и к трудам и достойны величайшего наказания, - так точно и души: те, которые ведут жизнь, чуждую бедствий, наслаждаются удовольствиями, приятно занимаются настоящими предметами и жизнь беспечальную предпочитают терпению скорбей для царства (небесного), по примеру всех святых, бывают нежнее и слабее всякого воска и готовятся в пищу вечному огню; а те, которые подвергаются опасностям, трудам и бедствиям скорби для Бога, и воспитываются в них, бывают крепче самого железа или тверже адаманта, от частого перенесения бедствий делаясь неодолимыми для нападающих и приобретая некоторый непобедимый навык к терпению и мужеству. И как те, которые в первый раз вошли на корабль, чувствуют тошноту и головокружение, смущаясь, испытывая неприятное ощущение и подвергаясь умопомрачению; а те, которые часто и долго бывали на морях, плавали по бесчисленным волнам и испытывали частые кораблекрушения, смело решаются на такое путешествие: так точно и душа, претерпевшая много искушений и подвергающаяся великим скорбям, привыкши к трудам и приобретши навык к терпению, бывает не боязлива, не робка и не смущается приключающимися скорбными обстоятельствами, но от постоянного упражнения в случайностях и частого испытания разных приключений делается способною переносить с великою легкостью все случающиеся бедствия. Это самое и выражает мудрый устроитель небесной жизни, когда говорит: "и не сим только, но хвалимся и скорбями", потому что еще прежде царства и небесных венцов мы получаем отсюда величайшую награду, так как от частых скорбей душа наша делается более крепкою и помыслы становятся более твердыми. Итак, зная все это, возлюбленные, будем мужественно переносить приключающиеся печальные обстоятельства, как происходящие по воле Божией и для нашей пользы, не будем унывать и падать духом при встрече с искушениями, но, стоя со всем мужеством, будем непрестанно благодарить Бога за все оказанные нам благодеяния, чтобы нам и насладиться настоящими благами и удостоиться будущих даров, благодатью, щедротами и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу, со Святым и Животворящим Духом, слава и держава, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

1. Как будто спустя долгое время я возвратился к вам, - в таком расположении: духа нахожусь я сегодня. Хотя я был заключен дома по причине телесной болезни, но как будто был отлучен далеко от вашей любви, так я чувствовал себя. Кто умеет любить искренно, но не может быть вместе с тем, кого любить, тот, хотя бы жил с ним в одном и том же городе, будет чувствовать себя нисколько не лучше живущих в чужой стране. Это знают те, которые знают любовь. Поэтому простите нам, прошу вас: не от лености нашей происходила эта разлука, но болезнь телесная была причиною молчания. Знаю, что теперь все вы радуетесь, что мы избавились от болезни, а я радуюсь не только тому, что избавился от болезни, но и тому, что опять могу видеть вожделенные ваши лица и утешаться вашею любовью по Боге. Как многие из людей, по избавлении от болезни, ищут сосудов, чаш и прохладительных напитков, так для меня приятнее всякой радости ваше собрание; оно для меня и причина выздоровления и источник радости. Итак, теперь, когда по благодати Божией мы опять встретились друг с другом, заплатим вам долг любви, если только можно когда-нибудь заплатить его. Этот один долг не имеет конца, но чем более уплачивается, тем более возрастает; и как в деньгах мы хвалим тех, которые ничего не должны, так здесь мы ублажаем тех, которые должны много. Поэтому и учитель вселенной Павел в послании говорит: "не оставайтесь должными никому ничем, кроме взаимной любви" (Рим. 13:8), желая, чтобы мы и постоянно платили этот долг, и постоянно оставались должными, и никогда не уплачивали этого долга, пока не окончим настоящую жизнь. Как быть должным деньгами тяжело и неприятно, так не быть постоянно должным этим долгом - достойно осуждения. А дабы тебе убедиться, что это действительно так, послушай мудрости дивного учителя, как он предложил увещание. Сказав наперед: "не оставайтесь должными никому ничем", "кроме взаимной любви", желая, чтобы всякий наш долг здесь был уплачен, а этот долг оставался постоянно неуплаченным, потому что это особенно поддерживает и скрепляет нашу жизнь. Итак, когда мы знаем, сколько пользы от этого долга и что он, уплачиваясь, больше возрастает, постараемся теперь и мы, сколько можно, отдать долг, которым остаемся должными вам не по лености или по какой-нибудь невнимательности, но по приключившейся болезни, предложив краткую беседу вашей любви и заимствовав предмет беседы от того же самого дивного учителя вселенной; о чем он говорил сегодня в послании к Римлянам, то и мы, представив, припомним, и после долгого времени (молчания) предложим вашей любви духовное угощение. Но необходимо сказать, что было прочитано, дабы вы, припомнив сказанное, с большею легкостью усвоили себе наши слова. "Знаем", говорит он, "что любящим Бога, все содействует ко благу" (Рим.8:28). Для чего сказано такое вступление? Ничего напрасно и без цели не говорит эта блаженная душа, но всегда прилагает представляющимся болезням соответственные духовные врачевства.

Что же означают слова его? Так как многие искушения со всех сторон окружали тогда обращавшихся к вере, и беспрерывные были ухищрения со стороны врага, непрестанные козни, и не успокаивались противники проповеди, одних ввергая в темницы, других, подвергая изгнаниям, иных, увлекая во многие другие пропасти, то, подобно тому, как отличный военачальник, видя противника, дышащего великою яростью, обходит своих везде, ободряет их, укрепляет, приготовляет, располагает к мужеству, делает готовыми поднять руки против врага и не бояться его нападений, но с твердым духом стоять против него, поражать его, если можно, в самое лицо его, и не страшиться противодействия ему; - таким же образом этот блаженный, эта достигающая до небес душа, желая ободрить души верующих и стараясь восстановить лежащий долу, так сказать, ум их, начал речь свою так: "Знаем, что любящим Бога, все содействует ко благу". Видишь ли апостольское благоразумие? Он не сказал: я ведаю, но: "знаем" - присоединяя и их к изъявлению согласия на сказанную мысль, что любящим Бога все содействует ко благу. Заметь точность выражений апостольских. Он не сказал: любящие Бога избегают бедствий, освобождаются от искушений; но: "знаем", говорит, т.е. мы уверены, мы убеждены, на самом опыте получили доказательства, "знаем, что любящим Бога, все содействует ко благу".

2. Какая, думаете вы, сила заключается в этом кратком изречении? "Все", говорит, "все содействует ко благу". Не указывай мне здесь на приятное, не представляй только покой и безопасность, но и противное тому, темницы, скорби, козни, ежедневные нападения, и тогда увидишь в точности силу изречения. Чтобы не отвлекать любовь вашу слишком далеко, - если хотите, мы представим немногое из того, что происходило с этим блаженным, и вы увидите силу изречения. Когда он, ходя всюду, сея слово благочестия, исторгая плевелы и стараясь насадить истину в душе каждого, был в одном городе Македонии, как повествует нам блаженный Лука, составивший книгу Деяний, то встретил некоторую служанку, имевшую злого беса и не могшую молчать, но ходившую и хотевшую посредством этого беса сделать апостолов известными везде, и, прогнав его с великою властью, словом и повелением, как бы какого-нибудь негодного раба, избавил ее от злого беса. После этого жителям того города следовало бы смотреть на апостолов как на благодетелей и спасителей и всякого рода почитанием воздать им за, такое благодеяние, а они воздают противным. Послушай, чем они воздают им. "Видя", говорит дееписатель, "что исчезла надежда дохода их, схватили Павла и Силу и повлекли на площадь к начальникам, а воеводы, сорвав с них одежды, велели бить их палками и, дав им много ударов, ввергли в темницу, приказав темничному стражу крепко стеречь их" (Деян.16:19-23). Видите ли крайнее нечестие жителей того города? Видите ли терпение и твердость апостолов? Подождите немного, и вы увидите и Божие человеколюбие. Он, как премудрый и провидящий, не вначале и при первом случае избавляет от бедствий, но когда усилятся все меры врагов и когда делами доказано будет терпение подвижников Его, тогда и являет собственную помощь, чтобы никто не мог говорить, будто они потому решаются на опасности, что уверены, что с ними не случится ничего неприятного. Поэтому Он некоторым и попускает терпеть бедствия, по своей неизреченной премудрости, а некоторых избавляет от них, чтобы ты из всего познал чрезмерное человеколюбие Его, и то, что Он, соблюдая для них большие награды, часто попускает усиливаться бедствиям. Так Он поступил и здесь. После такого чуда и благодеяния, которое оказали изгнавшие бесстыдного беса, Он попустил им получить удары и быть посаженными в темницу, потому что отсюда особенно и открылась сила Божия. Поэтому-то блаженный Павел и говорил: "потому я гораздо охотнее буду хвалиться своими немощами, чтобы обитала во мне сила Христова"; и еще: "когда я немощен, тогда силен", - называя немощью непрестанные искушения (2Кор.12:9,10). Но, может быть, здесь кто-нибудь недоумевает, почему они изгнали беса, который не говорил ничего противного им, но еще делал их известными. Потому что он много дней кричал, говоря: "сии человеки - рабы Бога Всевышнего, которые возвещают нам путь спасения" (Деян.16:17). Не удивляйся, возлюбленный: и это было делом благоразумия апостольского и благодати Духа. В самом деле, он не говорил ничего противного им, но дабы, чрез это сделавшись достойным доверия, бес не мог и в других делах увлекать людей более простых, для того апостол заградил ему уста и изгнал его, не допустив ему говорить то, что выше его достоинства. Это сделал он, подражая своему Господу, потому что и к Нему приступая говорили: "знаю Тебя, кто Ты, Святый Божий" (Лк.4:34); однако Он изгонял говоривших так. А совершалось это в обличение бесстыдных иудеев, которые, видя каждый день происходившие чудеса и бесчисленные знамения, не верили, между тем как бесы признавали и исповедовали Его Сыном Божиим.

3. Впрочем, возвратимся к предмету нашей речи. Чтобы вы знали, как любящим Бога все содействует ко благу, нужно прочитать вам весь рассказ об этом событии, чтобы и отсюда вы увидели, как после ударов, после темницы, все во благо им обратила благодать Божия. Но посмотрим, как излагает это блаженный Лука. "Получив такое приказание", говорит он, темничный страж "ввергнул их во внутреннюю темницу и ноги их забил в колоду" (Деян.16:24). Заметь, как усиливаются бедствия, чтобы и терпение апостолов сделалось блистательнейшим и неизреченная сила Божия стала явною для всех. Выслушай и дальнейшее. "Около полуночи", продолжает он, "Павел и Сила, молясь, воспевали Бога" (Деян.16: 25). Посмотри на возвышенную душу, посмотри на бодрствующий ум; не будем, возлюбленные, оставлять этих слов без внимания. Не напрасно обозначил он нам и время, сказав: "около полуночи", но, желая показать, что тогда как над всеми другими тяготеет приятный сон и смежает их вежди, - особенно же те, которые обременены многими скорбями, обыкновенно предаются в это время сну, - тогда как, говорит, сила сна господствовала везде, тогда они, "молясь, воспевали Бога", представляя величайшее доказательство своей любви к Нему. Как мы, страдая телесными болезнями, ищем общества людей близких, чтобы разговором с ними утолить силу боли, так и эти святые, пламенея любовью к Господу и вознося священные песни, даже не чувствовали своих скорбей, но всецело предавались молитве и возносили свое дивное песнопение, так что темница сделалась церковью, и всякое место освящалось песнопением этих святых. И можно было видеть чудные и дивные дела, как люди, связанные колодкою, не встречали никакого препятствия к песнопению. Так, человеку бодрствующему, внимательному и имеющему пламенную любовь к Богу ничто никогда не может препятствовать беседовать с Господом. Бог, говорит Он, "разве Я - Бог только вблизи, говорит Господь, а не Бог и вдали?" (Иерем.23:23); и еще в другом месте: "возопиешь, и Он скажет: "вот Я!" (Ис.58:9). Где душа бодрствующая, там ум окрыляется и освобождается, так сказать, от уз тела, возлетает к предмету любви и, презирая землю и становясь выше всего видимого, стремится к Нему. То же самое было и с этими святыми. Посмотри на внезапное действие их песнопений и как они, находясь в темнице, будучи связаны колодкою и поставлены наряду с мошенниками и преступниками, не только не потерпели никакого вреда, но еще больше просияли от этого и светом собственной добродетели озарили всех, бывших в темнице, потому что голос священных песней их, входя в душу каждого из узников, изменял ее, так сказать, и преобразовывал. "Вдруг", говорит дееписатель, "сделалось великое землетрясение, так что поколебалось основание темницы; тотчас отворились все двери, и у всех узы ослабели" (Деян. 16:26). Видишь ли силу песнопений Богу? Не только сами, возносившие песнопения, получали утешение, но и сделали то, что со всех оковы спали, чтобы на самом деле видно было, как "любящим Бога, все содействует ко благу". Вот и удары, и темница, и колодка, и пребывание с преступниками, - и, однако все это сделалось причиною благ и поводом к славе, не только для апостолов и бывших в темнице узников, но и для самого темничного стража. "Пробудившись", говорится, "темничный страж и , увидев, что двери темницы отворены, извлек меч и хотел умертвить себя, думая, что узники убежали" (Деян.16:27). Посмотри здесь на человеколюбие Божие, которое превышает всякое слово. Для чего все это совершается "около полуночи"? Не для чего иного, как для того, чтобы дело устроилось без шума и спокойно, и чтобы совершилось спасение темничного стража. В самом деле, когда сделалось землетрясение, и двери отворились, оковы спали со всех, там находившихся, никому из них не было допущено уйти оттуда. Заметь здесь и с другой стороны премудрость Божию. Все прочее, т.е. землетрясение и открытие дверей, произошло для того, чтобы все на деле узнали, каковы были находившиеся тогда в темнице, что они были не простые люди, но выйти оттуда никому не было допущено, чтобы это не подавало повода к опасностям для темничного стража. А что это справедливо, послушай, как темничный страж, лишь только заметил случившееся и подумал, что некоторые разбежались, не дорожил самою жизнью своею. "Извлек меч", говорится, "и хотел умертвить себя". Но везде бодрствовавший и предусмотрительный, блаженный Павел, собственным голосом исторгнул агнца из пасти дикого зверя. Он "возгласил громким голосом, говоря: не делай себе никакого зла, ибо все мы здесь" (Деян.16: 28). О, крайнее смиренномудрие! Он не думал высоко о себе при таком событии, не напал на темничного стража, не позволил себе произнести что-нибудь надменное, но в числе узников, преступников и злодеев поставил и себя самого, сказав: "все мы здесь".

Видишь ли, сколь великое показывает он смиренномудрие и не приписывает себе ничего больше находившихся там злодеев? Посмотри затем и на темничного стража, который приступает к нему уже не как к одному из прочих. Ободрившись, он "потребовал огня, вбежал в темницу и в трепете припал к Павлу и Силе, и, выведя их вон, сказал: государи мои! что мне делать, чтобы спастись?" (Деян.16:29,30)? Видите ли, как "любящим Бога, все содействует ко благу"? Видите ли, как уничтожена хитрость диавола, как недействительными оказались козни его? Когда они изгнали беса, то он устроил, что они были посажены в темницу, думая чрез это поставить препятствие распространению проповеди. Но вот и темница послужила для них поводом к духовному приобретению.

4. Так и мы, если будем внимательны, можем получать пользу, не только находясь в благоприятных обстоятельствах, но и в скорбях, и тогда еще более, чем при благополучии, потому что благополучие, как бывает по большей части, делает людей беспечными, - а скорбь, заставляя быть внимательными, делает достойными и вышней помощи, особенно когда мы в надежде на Бога оказываем терпение и твердость во всех приключающихся скорбях. Не будем же сетовать, когда постигают нас бедствия, но будем более радоваться, потому что это бывает поводом к нашей славе. Поэтому и Павел говорил: "Знаем, что любящим Бога, все содействует ко благу". Но посмотрим на пламенную душу тех святых. Когда они услышали слова темничного стража: "что мне делать, чтобы спастись?", то медлили ли они, отложили ли, пренебрегли ли оглашением? Нет; но что сказали они ему? "Веруй в Господа Иисуса Христа, и спасешься ты и весь дом твой" (Деян.16:31). Посмотри на апостольскую попечительность. Они не довольствуются его спасением, но чрез него хотят и всех домашних его уловить учением благочестия, нанося диаволу смертельную рану. "И немедленно крестился сам и все домашние его" и "уверовал в Бога" (Деян.16:33,34).

Отсюда мы научаемся никогда нисколько не медлить в делах духовных, но всякое случающееся время считать удобным. В самом деле, если эти святые не хотели отложить дела ночью, то, какое оправдание будем иметь мы, пренебрегая духовною пользою в другое время? Видишь ли темницу, сделавшуюся церковью? Видишь ли жилище преступников, внезапно обратившееся в молитвенный дом, и священнодействие, там совершаемое? Так важно - бодрствовать и никогда не пренебрегать духовною пользою, но всякое время считать удобным для такого приобретения. Поэтому хорошо говорил этот блаженный в послании: "любящим Бога, все содействует ко благу". Это изречение будем и мы, увещеваю вас, иметь начертанным в душе нашей и не будем никогда сетовать, когда подвергнемся в этой жизни каким-нибудь прискорбным обстоятельствам, или телесным болезням, или каким-либо другим печальным случаям; но, руководясь великим любомудрием, будем противиться всякому искушению, зная, что если мы будем внимательны, то можем получать пользу от всего и еще больше от искушений, чем от благоприятных обстоятельств; не будем никогда падать духом, представляя, сколько пользы от терпения, равно не будем питать ненависти и к тем, которые подвергают нас искушениям, потому что хотя они делают это, имея собственную цель, но общий Владыка попускает это, желая, чтобы мы и чрез это приобретали духовные блага и получили награду за терпение. Итак, если мы будем в состоянии с благодарностью переносить приключающиеся бедствия, то изгладим не малую часть грехов наших. Если Господь, видя такое сокровище и учителя вселенной подвергающимся каждый день опасностям, допускал это, не потому, чтобы Он презирал своего подвижника, но потому, что приготовлял для него пространнейшее поприще, дабы даровать ему блистательнейшие венцы, то, что можем сказать мы, исполненные бесчисленных грехов и за это часто впадающие в искушения, чтобы, получив за них наказание здесь, удостоиться, хотя малого милосердая и, получить в тот страшный день неизреченные блага? Размышляя об этом в самих себе, будем мужественно принимать все, чтобы нам и получить награду за терпение от человеколюбивого Господа, и изгладить множество грехов наших, и сподобиться вечных благ, благодатью и человеколюбием Господа нашего Иисуса Христа, с Которым Отцу, со Святым Духом, слава, держава, честь, ныне и присно, и во веки веков. Аминь.

1. Нисколько, кажется, мы не имели успеха, предложив вам недавно пространную речь о ревности к собраниям (церковным); церковь у нас опять остается без чад. Поэтому опять я принужден быть строгим и тяжелым, - укорять присутствующих, осуждать отсутствующих; последних за то, что они не оставляют своей лености, а вас за то, что не радеете о спасении братий. Я принужден быть тяжелым и строгим не для себя и собственного своего приобретения, но для вас и вашего спасения, которое для меня дороже всего. Кто хочет, пусть огорчается и называет меня тяжелым и бесстыдным; но я не перестану постоянно твердить об одном и том же, потому что для меня нет ничего лучше такого бесстыдства. Может быть, подлинно может быть, что вы, устыдившись если не другого чего, то, по крайней мере, этого, чтобы не слышать непрестанно напоминания об одном и том же, будете когда-нибудь иметь попечение о ваших братиях. Какая мне польза от похвал, если я не буду видеть вас преуспевающими в добродетели? И какой мне вред от молчания слушателей, если я буду видеть возрастающим ваше благочестие? Похвала проповеднику - не рукоплескание, но ревность слушателей о благочестии, не шум во время слушания, но усердие во всякое время. Шумное одобрение, как только вышло из уст, то рассеиваясь в воздухе исчезает, а исправление слушателей доставляет неоскудевающую и бессмертную награду и говорящему и слушающим. Крик вашего одобрения делает из говорящего славным здесь, а благочестие вашей души доставляет учителю дерзновение пред престолом Христовым. Поэтому, если кто из говорящих желает чего-нибудь, то пусть желает не рукоплесканий, но пользы слушателей. Немаловажное зло - нерадение о братиях, но достойное крайнего мучения и неизбежного наказания. Это показал пример зарывшего талант в землю. Он не подвергся никакому осуждению за собственную жизнь и не сделал ничего худого в скрытии таланта, потому что возвратил его целым; и однако, оказался виновным в способе употребления денег. Он не удвоил вверенного, и за это был наказан. Отсюда видно, что, хотя бы мы были усердны и внимательны, хотя бы имели великую охоту к слушанию божественных Писаний, этого не достаточно для нашего спасения. Должно удвоять вверенный залог; удвоенным же он делается тогда, когда вместе с собственным спасением мы принимаем на себя попечение и о других. Тот сказал: "вот тебе твое" целым; но этого недостаточно было для его оправдания.