Чтение онлайн

— Ордэр, говоришь? Красивый город-замок, говорят, — она закатила глаза, а потом резко перевела взгляд на противника и оскалилась. — Даже жалко его будет выжигать до тла!

Некоторое время мужчина бодался с ней взглядом, потом с участием спросил:

— У тебя там вкусные таблетки не кончились? Те, которые психиатр прописал? Или флакончик дома забыла?

— Слышал, что некие жрецы нашли способ спамить заклятиями как пальцами щелкать и чтобы мана не кончалась? Как пятерка жрецов разнесла намедни Мэнр? Одной из них была я!

Взрывы, крики, потоки огня, безумные прыжки, растекающиеся по щитам вражеские спеллы и отскакивающие стрелы. Весело! Только пробивающийся через магический фильтр запах дыма немного мешает… Брр. Вспоминается так четко, будто это в реальности с ней произошло.

— Про удар по нейтральной нубке слышал, — скепсиса в глазах Талика только прибавилось. — Но вот чтобы пятеро, да еще со жреческой профой? Не верю. Когда техномаги танк сделали, там хоть понятно было, за счет чего такой профит. Но у вас просто нет какой-то особой игровой механики.

— Все так думали, ага, — самодовольно фыркнула Ольга. — Оказалось, наверх к боженьке можно слать не только ману в чистом виде, но и сформированные спеллы. Просто нужно было придумать, как. Дальше по церквям распихали неписей, которые непрерывно хреначат заклы. И херак: в нужный момент один жрец превращается в армию колдунов! Что, съел?

— И чего, ты прям можешь выбирать, какой спелл из «облака» вынуть? — начало доходить до собеседника.

— Ну, есть некоторые ограничения, — почему-то у Присти не получилось соврать и сказать «да!». — Но в спокойной обстановке, если не торопясь, смогу достать нужное. Или сама скастовать — кроме спеллов еще и мана в чистом виде течет. А в пылу боя одни и те же щиты и атаки обычно хватаешь… Почему я вообще тебе это растрепала?

Ольга вздрогнула, внезапно обнаружив, что один из мейн-кунов забрался на стол и сидит около Талика, буравя её взглядом желто-зеленых глаз.

— Одного не могу понять: зачем было разрушать Мэнр? — почему-то собеседник теперь показался расстроенным. — Чем вам студенты и простые жители города не угодили? Зачем их убивать?

— Да не было цели никого намеренно прихлопнуть! — раздраженно огрызнулась Присцилла. — Мы ведь жилые кварталы не тронули. А били только тех, кто пытался нас остановить! Нужно было только Институт уничтожить. Чтоб студенты прикинули где лучше: на пепелище, где тебя любой разметать может — или в Семинарии Дартона, из которого выйдешь могущественным жрецом! А может и лордом-жрецом станешь, сразу со своим манором, крестьянами и прочим всяким приятным! А за побочный ущерб я не в ответе.

— Так вы с этим вашим Игорем решили новое средневековье замутить? — дошло наконец до Талика. — Нафига?! Это же стагнация, остановка развития и тупик!

Удивление и злость визави оказались неожиданно искренними, что весьма развеселило Ольгу.

— Стагнация? Магия — вот бесконечный ресурс исследования и развития! Не ремесленникам и земледельцам её изучать? Пусть лучше кормят тех, кто со временем сделает их быт лучше! И во всем слушают, вместо того, чтобы дурости лишние творить.

— Нифига себе тебе мозги промыли, Присти, — изумился Талик. — Шпаришь как по писаному без единого ругательства. И в дворянки столбовые себя уже записала.

— Чего ты несешь такое, придурок? — неожиданно для себя обиделась Присцилла. — Какое промывание? Это ж просто… игра…

Ольга вдруг заметила, что второй мейн-кун тоже сидит на столе и таращится на неё. Чт…

— Хватит, — услышала она голос Талика, хотя тот сидел перед ней и молчал. — Она попросту больше ничего не знает. Отпускайте.

Словно ворота внутри головы открылись, нет, шлюзовые створки! Поскольку внутрь разума Присциллы хлынул поток образов, воспоминания и эмоций. Игра, переставшая быть игрой, новая реальность. Мучения и одинокие скитания. Наконец — долгожданные единомышленники в Дартоне. Предложение от Игоря выступить «на все деньги» в Мэнре — которое она с искренней радостью приняла. Месть. Безудержное веселье. Незаметно подкравшаяся усталость — и «как раз вовремя» подошедшие злые и боеспособные враги. Обстрел откуда-то снизу по навесной? И темнота.

— Ах, ты-ы!!! — вскочила она на ноги и тут же получила настолько болезненный «прострел» в голове, что рухнула назад на кресло.

— Дергаться не советую, — равнодушно посоветовал ей Талик. — Мы подобрали к твоим стандартным щитам «открывашки».

Он тоже сидел напротив, а по бокам в позах египетских сфинксов застыли два здоровенных кота с кисточками на ушах… два новомировских сфинкса! Вокруг, разумеется, не было никакого павильона — большая лесная поляна, грубо выстеленный участок «пола» из досок. И люди, вернее, разумные. Несколько человек, демонов и киринов в камуфляже, балаклавах и с автоматами — все целятся в неё. И четверо джиннов — эти перекатывают на кончиках пальцев уже подготовленные спеллы.

— Нет, ну джинны — это я понимаю, — испытав еще один приступ головной боли, Ольга провела пальцами под ноздрями, но к своему удивлению потеков крови не обнаружила. — Но автоматчиков-то мне теперь внушать зачем? Котиков вместе с синенькими уже вполне достаточно. И я не горю желанием проверять, кто настоящий, а кто нет.

В этот раз мужчина буравил её взглядом добрых пять секунд. Потом сказал:

— Нет. Даже ты не можешь быть такой дурой.

Он легко сдвинул стол, стоящий между ними, в сторону. Встал, достал из кобуры здоровенный, тяжелый даже на вид пистолет. С щелчком передернул затвор. Бах! Бах! Бах! По доскам заскакали исходящие дымком гильзы, а в деревянном настиле появились дыры три пальца толщиной. Присцилла же испытала ни с чем не сравнимое ощущение, когда тебе под ноги стреляют из ручной пушки сорок пятого калибра. И оно ей не понравилось. Очень.

— Убедилась? Гильзу хочешь на память? Пробоины от пуль пощупать?

Словосочетание «дульная энергия» жрица где-то слышала краем уха. Потому то, что под даже силовой защитой лучше под стрелка с такой пушкой лучше не подставляться — она скорее почувствовала интуитивно.

— Откуда? — прохрипела она. Голос почему-то сел.

— Высокогорная Хималия освоила выпуск оружия по земным принципам, — любезно рассказал Талик. — И не только оружия. Формально все это техномагическое, но техники тут куда больше, чем магии. Правда, что-то мне подсказывает — упомянутый тобой Игорь куда более в курсе событий. И не спешит делиться с подчиненными…

— К дьяволу болтовню! — Присцилла почувствовала, что ей стало лучше. Во всяком случае — она может не только стоять, но и идти. И вдруг забрезжило некое понимание. — Я так понимаю — мне осталось жить ровно столько, сколько до ближайшего дерева идти? И жирный кукиш вместо последнего желания, конечно же. Ведь все, что можно вы из меня выдоили.

— Мужик-артельщик, которого ты половину ночи перед атакой изводила…

И об этом узнали. Сволочи!

— … Остался жив. Даже не покалечен, — медленно проговорил попаданец. — Я тебя отпущу. Даже помогу сесть на попутный корабль, пока они еще сезон не кончился. Одна просьба: доставь Игорю наше послание с приглашением за стол переговоров на нейтральной территории. Это в твоих и в его интересах. Потому что еще одна такая акция с «попутным ущербом» — и нам придется уступить право голоса дальнобойным пушкам и высотным бомбардировщикам. Физически снести все сектантские церкви на источниках, выжигая деревни и города вокруг них. Загнать выживших жрецов в самые глухие углы Нового Мира. Просто за тем, чтобы вы вот такую херню, как в Мэнре, больше нигде не сотворили.

Сугроб, он же Миротворец, человек, бистмастер, зверовед (это должность) рыцарского ордена Истребителей Скверны, правая рука главы гильдии Изыскателей, командир элитного отряда крылатой кавалерии ордена. Уник: «укрощение монстров»

В отличии от пегасов, Лапа предпочитала спать на боку, свернувшись как кошка. Она умела просыпаться от малейшего толчка, от тихого постороннего звука — но при этом даже не пыталась как-то отреагировать, если хозяин использовал её спину как подпорку. Больше того, грифон позволяла Сугробу забираться «внутрь» клубка и спать в тепле и безопасности при любой погоде и обстановке. Увы, поспать сегодня не выйдет. В сумерках, что скоро уже наступят, начнется последний бой, что должен закончить войну альянса гномов, горцев и Истребителей скверны против сатрапий сатиров. Собственно, захват дворцового комплекса Сатрапа планировался этой ночью — последней точки сопротивления. И, одновременно, самой сложной.