Чтение онлайн

Что могло сравниться с новостями о Лоле Бори?

Девушка медленно огляделась, чтобы убедиться, что ее не поймают. По ночам на коммутаторе отеля работало вполовину меньше телефонисток, чем днем, поэтому рядом с ней никого не было.

Эмма подключилась к линии. В висках у нее стучало от волнения. Это наконец случилось! Как только Барни принесет долгожданные сенсационные снимки, ему прибавят зарплату, и она сможет надеть подвенечное платье. Она чуть не подпрыгнула, когда Барни снял трубку.

— Барни, — ее голос был непривычно тихим. — Ты помнишь, о чем мы с тобой договаривались?

Услышав звонок из 614-го номера, Элизабет-Энн заторопилась по коридору к комнатам Лолы Бори. Она не страдала звездоманией. С ранних лет миссис Хейл приходилось бороться за существование, поэтому в ее голове оставалось маловато места для мечтаний о героях фильмов. Но она смотрела несколько лент с участием Лолы Бори и не смогла устоять перед очарованием актрисы. Но в тот момент, когда Элизабет-Энн увидела звезду перед собой, все иллюзии — если таковые у нее имелись — рассеялись.

Сначала Элизабет-Энн в изумлении подумала, что это не могла быть одна и та же женщина. Эта пьяно покачивающаяся ведьма с распущенными белесыми волосами, опухшими глазами, одетая в бледно-голубой атласный халат, сползающий с плеч, не могла быть той изысканной очаровательной леди, увиденной ею на экране.

Лола Бори уперла одну руку в бедро и рассматривала Элизабет-Энн сверху вниз.

— Ко мне должны прийти. — Она высоко подняла голову, вытягивая лебединую шею. — Я хочу, чтобы вы сказали об этом охране и встретили джентльмена, когда он появится.

Элизабет-Энн наклонила голову:

— Да, мадам.

— Моего гостя зовут Лэрри. К нему следует обращаться по имени. Никакой охраны. Он будет один. Никого больше не пропускать. — Лола покачнулась, потом осторожно прислонилась к косяку. — Вам все ясно?

— Абсолютно, — заверила ее Элизабет-Энн.

Элизабет-Энн стояла у лифта. Ночной портье позвонил и сказал, что человек по имени Лэрри поднимается наверх. Когда двери открылись, у горничной от изумления брови поползли вверх: маленький человечек с квадратной сумкой, прикрытой пальто, вышел из кабины. Он был одет в такую рвань, что никак не походил на гостя, ожидаемого Лолой Бори. Но и сама звезда не очень-то соответствовала ожиданиям.

— Я Лэрри, — представился мужчина, переступая порог лифта.

— Сюда, пожалуйста, — вежливо сказала Элизабет-Энн. — Мисс Бори ждет вас.

Она провела гостя по коридору, потом постучала в белую дверь номера 614.

— Войдите, — раздался изнутри приглушенный голос.

Элизабет-Энн открыла незапертую дверь, отступила в сторону, чтобы дать дорогу мужчине, и быстро ее захлопнула.

Лола Бори стояла перед зеркалом, расчесывая волосы в пьяном отупении.

— Немного рановато, Лэрри, — проворчала она. — Ты сказал, что придешь через час. Я даже не успела привести себя в порядок…

Актриса повернулась к гостю, и кровь отлила у нее от лица.

— Кто вы такой? Что вы здесь делаете? — изумленно выдохнула она.

Барни отбросил в сторону пальто, прикрывавшее камеру, сверкнула вспышка, и искры полетели на ковер. Бесстрастный фотоаппарат запечатлел для вечности трагическое падение погасшей звезды.

За все годы, что миссис Уинтер проработала в «Савой плаза» сначала в качестве горничной, потом помощницы экономки, а затем и экономкой ночной смены, никто не видел ее в таком возбуждении. От гнева ее лицо побагровело. Она шагала взад и вперед перед Элизабет-Энн и Джоном Холмсом, ночным портье.

В тени у нее за спиной стоял высокий незнакомец. Его черные волосы блестели, только на висках серебрились седые нити. Элегантный вечерний костюм и шелковый плащ не могли скрыть широких плеч и узких бедер. Лицо было приятным, но черты резкими, с внушительным носом и пухлыми чувственными губами. Правый глаз был синим, а левый прикрывала черная повязка. Он потерял глаз во время несчастного случая на охоте, и повязка придавала ему вид пирата, смелого, но утонченного. Мужчина стоял очень прямо, не мигая наблюдал за Элизабет-Энн и Холмсом. Повязка мешала Элизабет-Энн разглядеть выражение лица.

Миссис Уинтер проговорила сквозь зубы:

— Вот этого джентльмена ждала мисс Бори. Я не могу понять, как вы могли принять того мерзавца за этого джентльмена.

Холмс понурил голову, а Элизабет-Энн держала подбородок поднятым. Взгляд у нее был непреклонный. Ее чувства выдавали только порозовевшие щеки, что было неправильно понято миссис Уинтер. Элизабет-Энн не испытывала ни страха, ни стыда Она сердилась на старуху, выговаривавшую им перед незнакомцем.

— Доктор дал мисс Бори успокоительное, — продолжала экономка, нахмурившись и сложив руки на груди. — Не представляю, как мы сможем объяснить происшедшее. — Она перевела дух и обрушилась на Холмса: — Как ты мог свалять такого дурака? Как ты мог пропустить фотографа наверх? — Потом повернулась к Элизабет-Энн: — А вы! Провести его в комнату мисс Бори! Это скандал. Скандал, — миссис Уинтер с отвращением покачала головой. — За все годы моей службы в отеле не происходило ничего подобного.

— Я же не знал, что он фотограф, — жалко пролепетал Холмс, его лицо посерело. — Он назвал себя Лэрри.

— Мисс Бори сама приказала мне отвести «Лэрри» в ее номер, как только он появится, — спокойно добавила Элизабет-Энн. — Как посторонний мог узнать, что надо назвать это имя?

Миссис Уинтер опустила руки, игнорируя вопрос горничной.

— Главное, что никто из вас не заподозрил подвоха. Мне в это поверить чрезвычайно трудно.

— У нас не было оснований подозревать, будто прессе известно, что мисс Бори ждет гостя, — возразила Элизабет-Энн. — Во всяком случае, мисс Бори известна своей… эксцентричностью. Как мы могли ожидать появления самозванца?

В эту минуту вошли два одетых в униформу охранника, и миссис Уинтер повернулась к ним.

— Мы закончили обыскивать отель, — сказал один из них с видимым смущением. — Этого фотографа нигде не нашли. Некоторые говорят, что видели, как он уходил через выход на Пятьдесят девятую улицу.

— Благодарю вас, — холодно сказала экономка. — Вы оба были в холле, когда он входил, и не смогли перехватить его. Можете войти и присоединиться к нам. То, что я намереваюсь сказать, касается и вас тоже.

Заметно нервничая, охранники встали рядом с Элизабет-Энн и Холмсом.

— С этой самой минуты, — миссис Уинтер показала на часы, — все четверо уволены. И я постараюсь, чтобы вас никогда больше не приняли сюда на работу. — Она зловеще улыбнулась. — Никаких рекомендаций вы не получите.

— Но это не наша вина! — воскликнул портье. — Мне нужна эта работа. У меня жена, она должна вот-вот родить.

— Надеюсь, что в следующий раз вы будете более осмотрительны.

— Мадам!

Голос был мягкий, но властная нотка явственно слышалась в нем. Красивый незнакомец заговорил впервые и вышел из полумрака на свет.