Чтение онлайн

Потребовалось совсем немного времени, чтобы чадар скинул с себя одежду и лег сверху, жарко целуя.

Руки заскользили вниз по телу, лаская, не пропуская ни одного уголка.

— Выйдешь за меня?

— Нет, — сквозь зубы процедила я.

От ласк перехватывало дыхание, в голове мутилось.

Спустившись ниже, он пробежался ласками по самому чувствительному месту и слегка проник внутрь одним пальцем. Едва он это сделал, тело бессознательно ответило ему, а у меня вырвался стон.

Лукаво улыбаясь, Раш ласкал меня, я задыхалась, стараясь приподнять бедра настолько, насколько позволяли путы.

— Не передумала? — промурлыкал он. — Выйдешь за меня?

Я лишь отрицательно замотала головой.

Чадар прищурился, мышцы на его груди и руках напряглись. И он изменил ласки на медленные движения — внутрь-наружу…

— Ты и так уже моя, — напомнил он мне. Возбужденное состояние предательского тела не вызывало никаких сомнений. — Твое сопротивление лишь отсрочивает неизбежное, — и добавил второй палец, заставив меня задохнуться.

Его слова эхом отдались в голове.

— А если я соглашусь, а едва выйдя за дверь этой комнаты, брошу тебя?

Раш добавил третий палец, дразня увеличением давления, но мы оба знали, чего хотим в действительности.

— Сама-то в это веришь?

Я стояла перед непростым выбором — или не давать согласия на брак и тогда Раш может ласкать меня так часами, или согласиться. Но я пока не уверена, что готова связать свою жизнь с его.

Поэтому мотнула головой, отвечая:

— Нет.

— Значит, продолжим, — заключил он.

Мое сердце часто забилось при этих словах, и я застонала от очередного движения Раша. Он и не думал прекращать ласки.

Тело замерло в диком напряжении. Чадар довел меня до грани, еще одно движение — и я перешагну черту, и он это знал.

Слегка лаская, он специально не прикасался ко мне в других чувствительных местах. Тело уже дрожало…

— Пойдешь за меня?

Я снова мотнула головой, мои ноги напряглись и задрожали от возбуждения, дыхание стало резким. Сладкая мука, которая могла длиться всю ночь.

Я всхлипнула. И начала шептать, что хотела бы сделать с Рашем. Тот продержался пару минут, а потом, усилив ласки, перебросил меня в наслаждение.

Мне кажется, я была уже не в себе, потому что от удовольствия слезы навернулись на глаза.

И из меня начали вырываться слова. Я обещала ему все, что он только хотел, а ощутив внутри, едва не сошла с ума, прижимаясь к этому мужчине, как никогда в жизни. И пусть катятся мои опасения, я не в силах больше бороться с собой и с ним.

Раш замедлил движения, страстно целуя и спускаясь губами вниз по шее к плечу, где и поставил засос.

Во мне все задрожало, откликаясь на его движения, и я погрузилась в блаженство во второй раз.

Раш замер, присоединившись ко мне, не в состоянии отвести от меня взгляда.

Отвязав и поцеловав меня, чадар шепнул:

— Помни, ты дала мне слово. — А я в ответ, счастливо улыбаясь, куснула его за плечо.

Я сидела на граве и смотрела на танцующие пары. Свадьба сестры была, как и подобает, красивой и пышной. Много гостей, много родственников, вокруг цветы. Столы чуть в стороне завалены подарками, различными яствами и трофеями. На мой взгляд, так себе, но…

К общему веселью я не присоединилась: после прошлой ночи тело болело. Она была очень… волнующей. И сегодня я сидела в закрытом платье, выбранном, дабы прикрыть все засосы, и совсем не танцевала. Раш, насмешливо на меня посматривая, отошел положить себе еды. Коварный расчетливый чадар.

За прошедшую ночь я наобещала ему лет на десять вперед, и с утра он счастливо сообщил всей моей родне, что теперь я — его невеста. А те и рады, что есть новый повод погулять и что меня пристроили.

Неожиданно ко мне подбежали племянники — дети другой двоюродной сестры, по отцовской линии. Они «убивали чудовищ». Соседские мальчишки играли вместе с ними, пока родители праздновали и отдыхали.

Прислушавшись, я расслышала, как один из них сказал:

— Я тебе говорю, он самым сильным был. И убила его моя тетя. Она в Дозоре работает и напарница самого Сонхи!

— Да сочиняй! — ответил ему приятель.

Я закатила глаза. За последнее время прорывы прекратились. Я не заблуждалась насчет того, что они совсем исчезнут, законы мира не изменить, но теперь они будут снова в определенных местах, по одному и в срок.

Задумавшись, не заметила, как детвора подкралась ко мне ближе. Самый старший мой племянник, выйдя вперед, спросил:

— Тетя Риса, а почему начались прорывы? И правда, что их теперь не будет?

Я улыбнулась:

— Будут, конечно, но… не так часто, как раньше. Теперь Дозор снова сможет их сдерживать. А вот почему начались… — понизила я голос. — История эта давняя.

Дети притихли.

— Первое прорвавшееся чудовище убил силач-чадар, — я решила рассказать им байку нашего управления. — Чадары — самые сильные, а он был сильнее всех. И вот, покрывшись броней и убив большое чудище, тот герой спас свою деревню и прославился. Тогда же он сказал, что ткань мира начала рваться, чтобы подготовить мир к чему-то большему, к будущему, в которое нас направит Дозор и поведет за собой, охраняя.

Вся детвора смотрела на меня, затаив дыхание. А я седьмым чувством ощутила, что Раш рядом, но не показывается.

— Вот так спас нас от первого чудовища чадар, который был сильным снаружи и ранимым внутри.

— Чадары ранимые? — спросил один из мальчиков. — Они ведь такие большие! И с броней.

— А броня им нужна именно для того, чтобы скрывать свою чувствительность. Их так легко ранить, они такие нежные.

Ребята засмеялись и, выкрикивая какие-то имена своих друзей и то, что их, нежных, надо уронить, понеслись дальше. А рядом со мной опустился нежный чадар.

— Значит, нежный и ранимый?

— Подслушивать нехорошо, — ответила я, пытаясь не улыбнуться.

— О да, я могу быть очень нежным… — протянул Раш. По моей спине побежали мурашки от возбуждения.

— Сейчас я встану и больно тебя уроню.

Рассмеявшись, Сонха обнял меня и притянул к себе.

Как и свою тарелку с едой.

— Кстати, ты ничего не забыл?

— Ум-м? — промычал Раш, грызя мясо.

— Ты обещал: если я соглашусь выйти за тебя, рассказать про то, откуда у тебя чувства ко мне.