Чтение онлайн

— Слышал! — недовольно отвечает. Пойло какое-то купят, под элитку смахивающе, а потом ресторан по судам тягают. Еда уж точно там не при делах, они знали кто там будет. А одно из топовых заведений теперь из-за этих уродов закрыть могут, уж те точно постараются. — зло цедит папа. В отельно-ресторанном бизнесе он лучший, двадцать лет опыта как-никак.

— Хорошо, что всё так сложилось, — довольно мурлычу я, допивая чай. — Мам, я у себя буду. Спасибо за завтрак.

— Хорошего дня тебе, папуль! — выбегаю к нему и в щеку целую, как всегда делала когда он подвозил. Держу нить. Удачно. Папа улыбается и чуть возле себя придерживает.

— Отдыхай. Заслужила!

Навалившуюся негу и счастье сдерживать катастрофически сложно, но я и не пытаюсь. Я парю и ликую, даже горящий красным классный чат о всё новых и новых пострадавших не смог на землю опустить, наверное даже наоборот: от правильности произошедшего. Не с ними. Со мной!

На ватных ногах к себе подымаюсь. От улыбки щеки болят.

Прекрасный вечер.

Прекрасная ночь. Лучшая. Самая.

На кровать валюсь и сообщение набиваю.

"Поверили. А ты говорил, что слишком отфотошопленная." — показывающий язык смайл добавляю. Улыбаюсь, вспоминая как Олег к совести призывал. Предлагал даже самому поехать сфотографировать рассвет, который я маме пообещала.

Ну что за человек он? Уставший, разнеженный, но был готов среди ночи к руинам переться. Ради меня.

А я его ни на минуту отпускать не хотела. Не после того, что произошло. Надо было видеть, касаться, чувствовать… чтобы убедится что это всё не сон. Продлить эйфорию хотелось. Нашу с ним нирвану. Потому что слишком все нереально, запредельно.

"Ты им что-то подсыпаешь" — в голос хохочу. Обожаю.

"Как себя чувствуешь?" — в ту же секунду приходит.

А как? Действительно, как?

Прислушиваюсь, телефон откладываю, чтобы на ощущениях сконцентрироваться. Для большего эффекта закрываю глаза и лицом в покрывало ныряю.

Боли, рези, жжения — всё о чем читала и слышала ничего этого нет. Чуть ощущается дискомфорт, его характер сложно описать, но он у меня был и до… до того как мы оказались у Олега дома. Точнее, там это ноющее внутри чувство стало таким невозможным, на стену лезть хотелось. Но рядом был объект поинтереснее, поэтому залезла на него, на Олега.

Таким потерянным, изнемогающем мне еще видеть его не приходилось. И это еще больше заводило и раскрепощало. Не знаю откуда во мне это поселилось.

Возможно зная, что я точно у него не первая не хотелось показаться неумехой или как сказал Федя бревном.

Я просто отключила мозг и отдалась поглотавшим меня эмоциям и ощущениям. Так как не отдаться им просто было невозможно. Это была какая-то сумасшедшая крышесносная буря. Мы целовались, обнимались, жались к друг другу, целовали куда попадали, сдирали одежду и дрожали от нетерпения наконец-то дорвавшись.

Я понимала что он тянет намеренно. Но как он мог устоять передо мной?

Не мог конечно! Точно не там. Мозги отключились как только в квартиру зашли, они и до это слабо работали, но там произошел сплошной умственный беспредел.

Такой готовой и уверенной я не была никогда. И абсолютное отсутствие боли и крови тому главное подтверждение. Мы сами удивились. Мы — потому что Олег так переживал, что бы мне было не больно, был таким нежным и терпеливым, что в какой-то момент мне даже захотелось того буйства и страсти, что были у нас когда мы только вошли. Но он вел, сдерживал, целовал, успокаивал, гладил, и я доверилась, под действием взорвавшихся гормонов сама себе навредить могла. Потом уже поняла, но в моменте сама себя пугалась.

В футбол поиграем? — шепчет мне на ухо Тим и я чуть к потолку не подлетаю.

Я вырубилась. Натурально уснула. Боже.

Оглядываюсь. Солнце жарит, в комнате духота, Тим стоит, как всегда, непроницаем. Хотя по-любому видел что сплю.

Хватаю телефон. А там как раз звонок от Олега. Я же даже звук отключила.

— Привет. — хрипло выходит. — Привет, — уже лучше.

— Мила! Мила, блин! Где ты? Ты почему не отвечаешь? — несется разъярённая череда вопросов.

— Отодвигаю от уха чтобы на время посмотреть. Обед. Хорошо поспала, — смеюсь.

— Я уснула. Прости. — виновато выдаю.

— Спускайся, давай, через две минуты буду. Ну даешь!

Довольно потягиваюсь на кровати, растягиваюсь. Все же не в удобной форме отрубилась, ноги с кровати свисали, а на щеке вмятина от пальцев.

— Олег приедет? — спрашивает брат, и я вспоминаю о нём.

— Да. — улыбаясь отвечаю.

— Ура. — чуть потянув уголок губы говорит Тим и идёт вниз.

Чувствую я за время с Варом еще драться с Тимом будем.

Вар? Серьёзно?

— Какая работа? Если ты не отвечаешь, Мил. — клюет меня в щеку чуть прислонившись.

— Там тебя Тим ждет, может зайдешь? — умоляю в глаза заглядывая, он еще вчера сказал что за выходные работы тьма собралось, но нет у меня сил вот так просто взять и отпустить его.

— О, я уже несколько недель это с собой вожу. Позовешь? — ныряет тот в свой рюкзак на пассажирском и достает небольшую коробку.

— А что там? — беру его под руку и за собой увожу. И он идет. Ура.

— Ты говорила он ящериц любит. Там яйца.

— Олег! — останавливаю его рукой в грудь упираюсь. — Не настоящие хоть? — на игрушку это не похоже. Просто серая коробка. Кто его знает.

— Нет конечно. — посмеивается. — Привет, парень. — вытягивает руку вперед когда на крыльце со своим любимым мячом Тим появляется.

Даже то, что он быстро подходит и охотно ударяет по ней — это уже его максимум. Сколько он его видел, раз пять-шесть?

А, ну еще подойти и на секунду сзади обнять. Но это только с мамой и папой такое, даже меня так не тискал еще.

— Это тебе. — Чуть склонившись и оперевшись рукой на одну ногу другой подарок вручает. — Тебе потом будет. — улыбаясь меня с приятного шока выводит. Я помню как мама раньше злилась, когда папины друзья в гости приходили и даже шоколадку мне не приносили. Несмотря на то, что она всегда делала им замечания. Собирались ведь они на покер каждую пятницу. И все прелести их посиделок приходилось всегда убирать ей.

— Да уж надеюсь. — возвращаю улыбку и любуюсь взволнованными и немного резкими движениями брата, который с разных сторон подарок рассматривает.