Чтение онлайн

— Думаю тебе нужно пойти на хрен, Наташ! — по-детски хотелось плюнуть ей в лицо, но перед глазами заплясали черные мошки и пришлось сделать глубокий вдох, чтобы не потерять последний контакт с реальностью.

— Олеся, пойми, мы с Русланом любим друг друга. Это не просто интрижка, я… я хочу от него ребенка и хочу за него замуж!

— Отлично, скажи об этом ему, только желательно до того момента, когда член окажется у тебя во рту. Мешать будет говорить членораздельно. А пока что он не собирается давать мне развод, и это сильно снижает твои шансы стать еще одной миссис Макаровой. Многоженство в нашей стране все еще вне закона. Уж ты-то, отличница, должна знать. — Издевательски прошипела я, смотря как лицо бывшей подруги искажает гримаса злости.

Сильный порыв ветра ударил в лицо. Наташа сделала шаг вперед и крепко вцепилась когтями в предплечья. Она стала трясти меня с такой силой, от которой черные мошки превратились в белые искры.

— Это не правда! — Истерически вскрикнула она. — Руслан меня любит, понимаешь! Он на все ради меня готов и ты ему давно не нужна. Он сам говорил — ты бесполезная, глупая, фригидная… — С каждым словом она трясла все сильнее, а я пыталась вырваться.

От приложенных усилий становилось только хуже и прежде чем потерять сознание, поняла — Наташа меня отпустила и я падаю прямо на раскаленный июльским солнцем асфальт, а Анатолий Щербинский так и не дождется меня в том кафе.

Я провалилась в темноту.

А когда пришла в себя на меня внимательно смотрела пара зеленых глаз.

— Она в сознании, — пробасил мужчина и его лицо, показавшееся мне очень смутно знакомым, исчезло из поля зрения.

В голове все еще стоял гул, а тело явно находилось в горизонтальном положении. Разве я не упала? Боли не чувствовала, и это казалось странным.

Вокруг пахло… как в больнице. Лекарствами. Я этот запах ни с чем не перепутаю. Даже в дорогой клинике, где мне делали операцию, в отдельной платной палате никто не мог от него избавиться и выветрить.

Повернув голову налево, я обнаружила штатив и пакет с прозрачной жидкостью на нем. Мне поставили капельницу? Надеюсь они изучили историю болезни прежде, чем назначать что-то из лекарств. Но как бы они её изучили, если у меня при себе даже паспорта не было?

— Как вы себя чувствуете? — Я услышала женский голос, но не видела ту, кому он принадлежит. — Помните, что случилось? — Голос был приятным и успокаивающим. К нему добавилось прикосновение. Уверенное и теплое. — Помните как Вас зовут?

— Макарова Олеся Владимировна, — ответила я, и в ту же секунду раздался неприятный мужской смешок и комментарий “Ну, конечно!”.

— Выйди вон, — врач шикнула на мужчину и тот, продолжая недовольно ворчать, подчинился. — Что произошло помните? — снова обратилась она ко мне.

В этот раз я смогла поймать ее в поле своего зрения.

Красивая — это первое, что приходило на ум. С острыми чертами лица, каштановыми волосами, собранными на затылке в тугой хвост и ярко-зелеными глазами. Она носила очки в круглой оправе, хотя с линзами могла бы выглядеть более эффектно. Кажется доктор старалась не выставлять свою красоту напоказ, чтобы не выглядеть легкомысленной среди коллег. С другой стороны вводить в заблуждение зазнавшихся снобов, а потом эффектно ставить их на место было всегда приятно.

— Я помню, что мне было не хорошо и я потеряла сознание на парковке недалеко от работы, — врач достала из нагрудного кармана халата диагностический фонарик. Взгляд успел зацепиться за имя — Алёна. Ни фамилии не специализации я не разглядела.

— Следите за светом, — она проверила зрительные рефлексы и, удовлетворительно кивнув, взяла планшет.

— Где я? — у меня появилась возможность задать вопрос, и я не собиралась её упускать.

— В восьмой городской больнице. — Коротко ответила доктор Алена, продолжая заполнять формуляры в программе. — Наверно у вас тысячи вопросов, но давайте сначала я.

Врач, конечно, заметила мой шрам — такое уродство было сложно упустить из виду — и подробно расспросила про операцию, когда она была сделана, где и по какой причине. К её удивлению к моей общедоступной истории болезни, которая пробивалась по медицинским базам, этих данных приложено не было.

— Это просто невозможно, — изумление в ее голосе было красноречивее любых ругательств. — Либо это конкретный сбой в системе, либо кто-то намеренно исказил данные о вашем здоровье. Так или иначе, сейчас ваше состояние кажется стабилизировалось. Мы взяли кровь на анализ, все основные показатели также в норме. И вы не беременны, это не могло стать причиной слабости. Поэтому я должна спросить — что именно привело к тому, что вы упали в обморок, Олеся?

Я вздохнула и призналась, что за целый день ничего не ела. Доктор Алёна покачала головой в недовольстве и сделала дополнительную запись в моей электронной карте.

— Простите, я на халате разглядела только ваше имя, а вот ни отчества ни фамилии не получилось. Как к вам обращаться? — Мне казалось вежливым хотя бы уточнить этот вопрос, прежде, чем я начну спрашивать что-то еще.

— Можно просто Алена, — улыбнулась она. — Моё отчество настолько длинное, что во-первых не все могут его выговорить даже с третьей попытки, а те кто выговаривают, почти засыпают в процессе.

Я хихикнула от неожиданности. Это было забавно. Теперь я точно обязана его узнать.

— И все же? — настаивала.

— Все-во-ло-дов-на, — произнесла она по слогам и очень медленно. Комично, как для ребенка. Видимо не раз тренировалась и как минимум слышала сотню вариаций произношения. Не было в нем в общем-то ничего необычного. — Я Алена Всеволодовна Щер…

— Долго вы еще будете здесь любезничать? — нас прервал тот же строгий мужской голос, который известил ее о моем пробуждении.

Я повернула голову, чтобы взглянуть на того нахала, который так нетактично врывается в больничную палату, да еще и с явной претензией и, кажется на минуту забыла как дышать.

Это был он! То есть. ОН!

Язвительный и дерзкий мужлан из кафе, который оплатил мой завтрак. Я не спутаю его холодный изумрудный взгляд ни с кем больше. Он выглядел иначе — более презентабельно. Одет не в спортивный костюм и кроссовки, а идеально сидящую “тройку” и туго повязанный галстук. Дорогие часы, которые показались на запястье, как только он сложил руки на груди и все та же борода.

Черт!

И это ему я была обязана своим спасением?

— Разве адвокатам не свойственно терпение, Толь? — взъелась моя доктор.

— Разве врачам не нужно делать обход всех своих пациентов, Алён?

Они стояли по разные стороны от моей больничной койки и сверлили друг друга взглядами, а я хватала ртом воздух, не понимая должна ли я рассмеяться или расплакаться от нехорошей догадки, возникшей в моей голове. Но прежде, чем я успела задать свой вопрос, Алена решила его представить.