Твоя на год
Шрифт:
Когда Рина наливает ярко-голубую жидкость через сито в стакан, я задаюсь вопросом, что, черт возьми, за отраву она мне приготовила?
– Пожалуйста, Данила Федорович.
Я с опаской смотрю на напиток.
– Это «жидкая Виагра»?
– Нет. Это «Прощай, ублюдок».
С этими словами она ухмыляется, разворачивается и приступает к обслуживанию следующего клиента. А я почему-то улыбаюсь.
Я беру свой бокал и поднимаюсь в кабинет, который мы делим с Сергеем. Кабинет, к моему счастью, пуст, поэтому я спокойно сажусь за компьютер и нахожу во внутренних документах анкету Рины.
Я морщусь, увидев, в каком районе она живет. Там не слишком безопасно. Мне хочется найти больше информации о женщине, которую я одновременно хочу и ненавижу.
Возраст, рост, вес – ничего интересного. Я мотаю анкету вниз и нахожу более интересную для себя информацию. Спасибо Беку, настоявшему на вопросах о личной жизни и мотивах участия в подобном аукционе. Бек хотел быть уверенным, что у нас не будет проблем с ревнивыми бойфрендами и родственниками.
Дрожь восторга загорается в моей груди, когда я вижу, что у Рины нет парня, и не было его последние два года. Мысль о Рине с другим мужчиной все еще заставляет меня кипеть от гнева. Я знаю это ощущение с тех времен, когда мы встречались подростками. Она была первым и единственным человеком, разбившим мне сердце. После этого я никого не подпускал к себе близко.
Я с раздражением закрываю анкету Рины. Я не люблю эту женщину, я не хочу с ней быть. Меня просто одолевает ностальгия. И недотрах.
Надо ехать домой.
У меня звонит телефон. Мама. Я не хочу ни с кем сейчас разговаривать, но мамины звонки я игнорировал уже несколько раз, и, если не отвечу сейчас, она приедет искать меня.
– Привет, мам.
– Дорогой, ты наконец-то ответил на мой звонок.
Я провожу рукой по лицу, мне стыдно.
– Да, извини. Я был занят работой.
– Ты слишком много работаешь. Тебе нужно почаще отдыхать, радоваться жизни.
Один и тот же разговор из года в год.
– Радостей мне хватает.
– Когда ты в последний раз улыбался?
– Вообще-то, сегодня вечером, – отвечаю я, радуясь тому, что мне не нужно ей лгать.
– О, расскажи мне!
Я слышу радость в ее голосе, что бывает нечасто. Моя мать, несмотря на свою роскошную жизнь и подружек, одинока. Я вижу это, когда она думает, что я не смотрю. Мой отец – свинья, он не заслуживает свою жену. Все чаще и чаще он оставляет мою мать в одиночестве, бегая за очередной шлюхой. Я понятия не имею, почему мама с этим мирится, но я устал уговаривать ее уйти.
– Я мимоходом увидел Катю Михайлову, и мы поболтали. – Понятия не имею, зачем я это сказал.
– О, моя маленькая Катюша. Как она?
– Хорошо.
Что еще я могу сказать? Рина более привлекательна, чем когда-либо? Я не могу избавиться от стояка в штанах с тех пор, как встретил ее? Она собирается выставить свою девственность на аукцион?
Моя мать смеется:
– О мой дорогой, это самое простое описание. Она замужем?
– Нет, мам.
– Знаешь, я всегда думала, что вы двое могли бы быть вместе.
– Правда? – удивленно спрашиваю я.
– Да. Ты всегда смотрел на нее, как на звездочку в небе, а она, кажется, готова была отправиться за тобой на край света.
– Мы были детьми.
– О, я знаю, милый, но все же. Она была прелестной девушкой. Я так грустила, когда они ушли от нас. Как поживает ее мать?
В этот момент я понимаю, что ничего не спросил у Рины о ее жизни. Слишком сосредоточился на своем стояке.
– Понятия не имею.
– Жаль. – Я слышу разочарование в голосе матери.
– Я спрошу ее, когда увижу в следующий раз.
– Ты снова с ней встречаешься?
– Нет, мама. С чего бы?
Глава 7. Рина
С той ночи, когда я приготовила Даниле коктейль «Прощай, ублюдок», он держался от меня подальше. С одной стороны, я наконец-то смогла выдохнуть. С другой – мне было немного грустно. И за эту грусть я себя ненавидела.
Из хорошего. Меня все же выбрали одной из пяти девушек для аукциона девственниц. Сегодня я поднимусь на третий этаж.
Желудок сводило от переживаний, но я старалась не думать о плохом.
Сегодня ночью я надену короткое серебряное платье с открытой спиной. Сергей сообщил, что мне придется неделю поработать на третьем этаже, где будет проходить аукцион. Я мало что знала об этой части клуба, пока он не объяснил, что это секс-клуб.
Я была, мягко говоря, шокирована, хотя могла бы догадаться, учитывая, какой аукцион объявили в клубе. Я подписала соглашение о неразглашении относительно всего, что я увижу на третьем этаже. Но кому бы я могла что-то рассказать? У меня нет другой жизни, кроме клуба, кафе и Коли, а я скорее умру, чем расскажу ему, что я делаю.
Выходя из раздевалки, я сталкиваюсь с человеком, которого меньше всего хотела бы видеть.
– Данила Федорович.
Он выглядит шикарно в своем сером костюме-тройке, его стальные глаза блестят, а волосы растрепаны.
– Рина.
Мгновение мы пристально смотрим друг на друга. Между нами растет напряжение.
Его взгляд скользит по мне, и я стараюсь не двигаться, даже когда чувствую, как напрягаются мои соски под тонким платьем. В его взгляде я ничего не могу прочитать. Теперь он закрытая книга, совсем не тот мальчик, который рассказывал мне о своих мечтах и желаниях.
Я всегда знала, что Данилу ждет большое будущее, и все, что я прочитала о нем за последние несколько недель, подтвердило это. Нила успешен сам по себе, а не только благодаря семейному бизнесу. А еще Данила жертвует очень много средств благотворительным фондам.
– Мне пора идти.
– Это твоя неделя на третьем этаже?
– Да.
Он кивает, но я вижу, как напрягается его челюсть.
– Я отпущу тебя. Хорошего вечера.
– И тебе.
Я сжимаю руки, наблюдая, как Данила отворачивается от меня и уходит. У меня непреодолимое желание окликнуть его, но какой в этом смысл? Нашу дружбу уже ничто не восстановит.
Третий этаж совсем не такой, каким я его себе представлял. Там есть небольшая барная стойка со стульями. Широкий ассортимент элитного алкоголя, а бокалы здесь все из настоящего хрусталя. Бар выходит на небольшую танцплощадку со сценой и огромным крестом посередине. По периметру помещения расположены кабинки.
Декор полностью черный, а освещение приглушенное. Я стараюсь не пялиться, когда вижу кинозвезду. Еще здесь отдыхает множество богатеев, мужчин и женщин.
Сегодня вечером я буду тенью Оли, которая проработала на этом этаже шесть месяцев. Она прелестна, у нее рыжие волосы и карие глаза. Каждая частичка ее миниатюрного тела буквально кричит о сексе.