Чтение онлайн

– И? Что тебя держит?
– я прикусила губу, пошло облизывая ее, правой рукой нагло касаясь его чуть восставшей плоти.

– Издеваешься?

– Нет. Совсем нет, - я тут же отпрянула от мужчины, делая несколько шагов в сторону.
– Можешь ехать, куда хочешь.

Руслан завелся с пол-оборота. Осознавать, что именно я являлась причиной такой его реакции, было безумно приятно. Его дыхание сделалось сбивчивым, частым. Глаза пылали похотью.

В миг настигнув меня, он накрыл мои губы поцелуем. Горячим, глубоким, требовательным. Я отвечала ему с таким же безудержным желанием. Руслан приподнял меня, усаживая на подоконник, а я обняла его за шею, прижимаясь покрепче. Наши сердца стучали в унисон, гоняя кровь по венам с бешеной скоростью. Мои ладони нырнули под его рубашку, в ответ он ловко стащил с меня майку, затем избавил от трусиков.

Его обжигающее тело и холодящее кожу стекло за спиной дарили контрастные, незабываемые ощущения… Мы не переставали целоваться, все больше погружаясь в водоворот страсти. Его губы исследовали мою шею, плечи, грудь. Я закусила губу от удовольствия, и он улыбнулся, понимая, что я наслаждаюсь каждым его касанием.

– Хочу тебя, - пробормотала я, попутно расстёгивая ремень, затем ширинку ещё брюк.

– Моя прекрасная принцесса, - ответил он, с вожделением изучая мое тело, затем прильнул к моей груди, лаская ее языком.

Я без стеснения поглаживала его горячую плоть по всей длине, ласкала ее, затем обхватила торс Руслана ногами, направляя его головку в лоно, медленно погружая в себя.

С губ непроизвольно сорвался стон, который был тут же прерван очередным глубоким поцелуем.

Мы соединились в танце любви, оплавляя своими телами прохладный мрамор подоконника. Я чувствовала, как движения Руслана становятся более частыми, интенсивными, и я начала отдаваться полностью этому крышесносному ощущению. Все вокруг казалось нереальным, я шла на поводу своих животных инстинктов, контролируемая ими целиком. Каждое движение его тела во мне было таким же сильным, как и мои эмоции.

– Люблю тебя, - шептал на ухо Руслан, прикусывая мочку, затем зализывая укус.

В ответ я пробормотала что-то невнятное, цепляясь за его плечи.

Вместе мы стремились к сладкой разрядке и я не сдерживаясь кричала от удовольствия.

Ещё несколько толчков и внутри меня взорвался фейерверк. Тело содрогнулось, приятные мурашки рассыпались по коже, даря блаженство. Руслан последовал за мной, простонав, кончая на мое бедро.

– Люблю, люблю тебя. Навсегда, - наконец-то я смогла ответить что-то внятное, целуя его мокрый от пота лоб.

***

Через пару дней мы с Русланом поехали в отделение полиции к Махову. Каждый такой визит вызывал во мне содрогания. Нет, вовсе не потому, что я как-то предвзято относилась к следователю, мне просто было тяжело каждый раз возвращаться к разговорам о матери, а это так, или иначе, всегда происходило.

Махов принимал в темной, крохотной комнатке, где неприятно пахло сыростью и старой мебелью. Я сидела на покачивающемся стуле, хмурясь, выслушивая последние новости о нерадивой родительнице и ее банде неудачников.

Следователь сообщил, что помощникам матери, (амбалам, что участвовали в моем похищении, Громову и Жанне) грозило не более десяти лет. Рыбакову, который помогал в махинациях с финансами и подстроил убийство отца, не более двенадцати лет, а самой мамаше светила двадцатка.

Рома, мой фальшивый жених, фигурантом не являлся. Его я решила не сдавать. Пожалуй, он был единственный, кому мне искренне хотелось дать шанс на нормальную жизнь, потому что в глубине души я верила, что он исправиться и больше никогда не будет участвовать в подобном…

– Естественно, все сроки предварительны. Столько будет запрашивать прокурор, но окончательное решение примет суд. Первое заседание намечено на начало февраля, - добавил Махов, глядя в мою сторону.

Я с холодным молчанием восприняла его слова. Ни один мускул на лице не дрогнул. Считала ли я это достойным наказанием? Нет. Рыбакову я бы определенно дала больше, а мамаше бы впаяла пожизненное. От таких жестоких дум меня аж покоробило. Во мне словно боролись ангел и бес. Один кричал: «Это же твоя биологическая мать, надо сжалиться, быть добрее», а второй во всю глотку орал: «Она украла тебя, хотела выдать замуж за неизвестного парня и обобрать до самой нитки! А самое главное, она убила отца! Как такое можно простить?».

Я нахмурилась ещё сильнее.

– Я могу не присутствовать на заседаниях? Пусть все решает адвокат.

– Боюсь, что нет. Можно минимизировать ваше присутствие в суде, но исключить его совсем нельзя.

Внутри все противно сжалось. Хотелось поскорее покончить со всем этим и жить спокойно, перевернуть страницу, начать заново, но…

Так.

Вдох-выход. Соберись. Надо перетерпеть и сделать все, чтобы отец был отомщен…

– Дополнительно вас вызовут повесткой, но, полагаю адвокат будет держать в курсе событий и слушание вы точно не пропустите, - закрывая материалы дела, проговорил Махов.

– Раз вопросов к нам нет, то мы можем идти?
– спросил Руслан, поднимаясь на ноги.

– Да, конечно.

Распрощавшись со следователем, мы покинули отделение. На улице нас встретил снег и сильный ветер, который заставлял поежиться от холода. Руслан открыл мне дверь пассажирского сидения, сам сел за руль.

– Тяжело?
– спросил он, укладывая ладонь на мою руку.

Я кивнула, сжимая его пальцы, переплетая их со своими.

– По мне так сильно заметно?

– Заметно. На тебе лица нет.

– Просто ее видеть не хочется.

– Понимаю тебя.

Я крепче сжала его руку, глядя вперед через лобовое стекло, концентрируя взгляд на замёрзших и запорошенных снегом, деревьях.

– Эй, иди сюда, - Руслан притянул меня в себе, прижимая лбом к подбородку.
– Я буду рядом. Не бойся. Мы со всем справимся.

Я шмыгнула носом, прикрывая глаза. Его утешения придавали сил. Я знала, что не одна, что обязательно все преодолею.

– Веришь мне?

– Да.

Ещё пару минут мы сидели в объятиях друг друга, затем Руслан завел машину и мы поехали в сторону дома.

***

Расположившись возле трещащего поленьями камина, я пила сладкий какао, внимательно наблюдая за тем, как пламя поглощает деревянные поленья. В гостиной было темно и тихо. Едва слышно тикали часы, устремляя свои стрелки к полуночи.

Руслан возился с отчетами в кабинете, а я скучала в гордом одиночестве.

– Уже поздно, почему не спишь?
– тихонько спросил он, незаметно оказавшись позади, укладывая руки на мои плечи.

Я вздрогнула. Обернулась.

– Прости. Не хотел напугать.