Чтение онлайн

Внезапно дверь открыла медсестра.
– К вам посетитель, - тихо сказала она и отошла в сторону, пропуская мужчину внутрь.

Это был высокий, крепкий мужчина с лысой головой и пронзительными карими глазами. На нем была полицейская форма, и он казался очень раздраженным.

Патрик тут же поднялся, и я тоже встала, опираясь на одну ногу, положив руки на кровать Питера, готовая защитить его любой ценой.
– Это ты во всем виноват, - яростно сказала я, не в силах совладать с собой, - это ты во всем виноват!

Аластер пристально посмотрел на меня.
– Наглая девчонка, - прорычал он, - убирайся с моих глаз.

– Или что?!- Закричала я, ненавидя его всеми фибрами души.
– Ты наложишь на меня запрет? Знаешь что, это наименьшая из моих гребаных проблем после всего, что случилось... Ты чертов ублю...

– Пейдж!
– Патрик резко оборвал меня.

Но я не собиралась молчать.

– Ты избивал моего брата больше года, больной, пьяный ублю...док!
– Закричала я, ненавидя этого человека еще больше, чем своего отца.
– И ты осмелился явиться сюда после того, как твоя оплошность привела сюда моего брата?!

– Пейдж...
– прошептал Питер, больше не прикрывая глаза рукой и глядя на меня.

Я отрицательно покачал головой.

– Если бы он был хорошим приемным отцом, ты бы не был в таком состоянии! Если бы он не угрожал мне направо и налево судебными запретами, я бы могла быть рядом с тобой! Только не говори мне, что ты на его стороне!

– Заткнись, - рявкнул Аластер, его лицо покраснело.
– Ты думаешь, это моя вина, что твой брат такой же, как его отец? Ты думаешь, это я виноват, что твой брат такой же мерзкий, такой же идиот, как и ты.

– Питер совсем не похож на нашего отца!
– Закричала я на него.
– И ты ему тоже не отец, так что лучше заткнись...

В палату вошли медсестры.
– Они должно быть взвинчены, - сказала одна из них, мягко положив руку на плечо Аластера.
– Давайте выйдем, офицер.

Он оттолкнул ее от себя. Буквально швырнул ее, так как она упала на пол.

– Я не уйду, пока эту мелкую суч...ку не отведут в другую комнату, - яростно сказал он.

– Я его сестра!- Крикнула я, уже плача от злости.
– Ты для него никто.

В этот момент в комнату ворвался доктор и положил сильную руку на плечо Аластера.

– Давай поговорим в коридоре, - сказал он твердым голосом, - оставь детей отдыхать.

Аластер сердито посмотрел на меня и неохотно последовал за доктором. Патрик бросился помочь упавшей медсестре подняться, а потом снова посмотрел на меня.
– Верь мне, - сказал он, и его глаза наполнились пламенной решимостью, которую я не видела в них так долго, что это вызвало новую волну слез на моих глазах.

И после всего, что случилось, я все поняла. Я знала, что он наконец-то во всем разберется. Я знала, что он никогда больше не захочет терять Питера из виду. И доверие пришло так легко, как глоток свежего воздуха, и я одарила его дрожащей слабой улыбкой и сказала: - Я верю тебе.

Он тяжело вздохнул и вышел, закрыв за собой дверь.

Было что-то странно успокаивающее в том, чтобы сидеть в инвалидном кресле, когда меня везут по красивой территории больницы на другую сторону от того места, где я проводила свое время в последние дни. Рядом со мной в кресле лежала пара костылей, и я не возражала бы воспользоваться ими, чтобы добраться до места назначения, но поскольку мои руки все еще заживали от ожогов, и я все еще чувствовала слабость, было лучше взять инвалидное кресло.

Патрик был тем, кто помогал мне сегодня. Питер тоже хотел пойти с нами, но доктор отказался, что неудивительно, ведь ему было гораздо хуже, чем мне. Так что по просьбе Патрика компанию ему составила одна из медсестер.

Теперь, когда Патрик вступил в полную судебную тяжбу за право опеки над Питером, поддерживаемый несколькими друзьями-юристами, которых он приобрел в своей юридической фирме, он был главным. В больнице, похоже, тоже так думали, потому что запретили Аластеру посещать ее снова, и это было огромным облегчением.

Мы подошли к высокому зданию, и Патрик вкатил туда инвалидное кресло, направляясь к стойке регистрации. Вестибюль здесь был огромный и красивый, как в пятизвездочном отеле, с огромной люстрой, свисающей с потолка и сверкающей хрусталем.

– Мы здесь из-за Диего Риверо.

Секретарша кивнула.

– Он находится на десятом этаже.

Патрик поблагодарил ее и повел нас к лифту, который прибыл слишком быстро, демонстрируя, насколько высокотехнологичным было это отделение, а затем мы уехали.

Мы с Патриком не разговаривали. С каждым этажом, который мы миновали, я становилась все более и более озабоченной. А что, если Диего вообще не захочет со мной разговаривать? А что, если он обвинит меня в том, что я втянула его во все это дерь...мо? Я винила себя за то, что втянула его в эту историю, но не знала, смогу ли вынести его злость на меня...

Когда мы достигли назначенного этажа, я была странно смущена. Я была одета в больничный халат, мои волосы были в беспорядочных волнах, и я щеголяла некоторыми серьезными травмами. Я выглядела не лучшим образом, и чувствовала себя еще хуже, и это было так глупо, так глупо с моей стороны быть застенчивой после всего, что я пережила, все, что я все еще переживала.

Коридор был таким же шикарным, как и вестибюль, и лишь несколько дверей вели в отдельные комнаты. Еще один вопрос, который нужно было добавить к загадке Диего Риверо: как, черт возьми, ему удалось остаться в VIP-палате?

Патрик перестал меня катить, когда мы подошли к двери с табличкой "Риверо". Я наклонилась вперед и постучала, и из глубины комнаты раздался низкий, низкий голос: - Входите.

Открыв дверь, Патрик вкатил меня внутрь и закрыл за нами дверь. Он помог мне подняться на ноги, протянул костыли, и я выпрямилась, глядя на мужчину, который лежал на единственной кровати в большой комнате, рядом с ним было окно, за которым виднелся город Гринвич. Диего сидел на кровати, его волосы были спутаны темно-каштановыми локонами вокруг лица, его красивые карие глаза смотрели на меня. Рядом с глазами у него был порез, еще один-на подбородке, и я увидела, что он не прислонился к спинке кровати. Патрик рассказал мне, что, когда он накрыл меня и Питера своим телом, его спина приняла удар взрыва.

Он оглядел меня с головы до ног, его лицо темнело с каждой новой раной, которую он замечал. Когда его взгляд вернулся к моим глазам, он был полон безымянных эмоций.

Мы смотрели друг на друга целую вечность, пока Патрик не откашлялся и не сказал: - Можно присесть?

Диего коротко кивнул, и Патрик убедился, что я добралась до ближайшего стула, а он сел рядом со мной. Я оглянулась на Диего, как только мои костыли оказались на полу, и увидела, что за те короткие мгновения, что я не смотрела, он не отводил своего взгляда.