Чтение онлайн

– Так…как там Вас зовут? Извините, забыл. Любите ли Вы книги, как мой брат?

– Не думала, что в столь раннем возрасте может прогрессировать Альцгеймер. Но я отвечу. Мне не сложно. Ольга. Запомните? Я могу написать, если хотите. А насчет книг… Согласна с вашим братом. Было время, когда я их ненавидела. Очень давно. Сейчас это хорошая пища для ума и души. Ох, простите. Душа… Вам, наверное, не знакомо это слово.

Девушка понимала, ее, что говорится, «понесло», однако высокомерие Макса бесило ужасно. Ну, да, они тут все богачи. Не вопрос. Могут позволить себе то, о чем она, например, даже не мечтала, но это не делает Демона лучше остальных. Неужели нельзя вести себя нормально, по-человечески.

– Макс, у девочки острые зубы. Осторожнее.

К удивлению, Никита, чье мнение волновало Ольгу в первую очередь, не разозлился, а наоборот, словно получая удовольствие от того, что кто-то осмелился перечить его брату, улыбался, наблюдая их пикировку. А вот, судя по злости в глазах Демона, такое действительно бывало не часто.

– Зубы это хорошо. Гораздо хуже, когда их нет.

Бросив последнюю фразу, Макс собрался, было, выйти из комнаты, но, видимо, вселенная решила во что бы то ни стало, превратить его неприязнь к Ольге в ненависть.

В общем-то, она ничего подобного не планировала. Все вышло случайно. Решив успокоится и не реагировать на комментарии Демона, Ольга отвернулась к стеллажу, чтоб посмотреть книги. Она оперлась рукой на перегородку между полками и тут же почувствовала, как эта чертова балка словно поехала сама по себе.

Буквально одно мгновенье девушка смотрела, как медленно, но верно кренятся полки, причем не в ту сторону, где находились она и Никита, а ровно вслед отвернувшемуся Максу.

– Ешкин кот!

Это все, что она успела сказать, так как потом в комнате стоял отборный, красивый, исконно русский мат. Да такой, заслушаться можно. Макс, в спину которому полетели все эти рухнувшие книги, заворачивал удивительно интересные фразы, большинство из которых, даже Ольга слышала впервые. Могла бы, покраснела от смущения.

Особенно впечатляюще красавчик высказался, когда два весомых фолианта прилетели ему ровно в голову, причем последний, раскрылился, словно крыша скворечника, а затем шлепнулся на затылок пытающегося уворачиваться Демона, да там и остался.

– Ты… Ты специально!

Сжав кулаки, он сделал шаг в сторону Ольги.

– Ну, в общем-то, считаю, нечего тратить время на всякую болтовня. Что ж мы трепемся то, а время тик-так. Да. Идет времячко-то. Денежки капают. Ваши, кстати. Так что я того…пойду… Пойду спрошу, где моя комната. Кого-нибудь. Не провожайте. Спасибо. Сама разберусь.

Ольга рванула с места, перескочив от испуга сваленные горой книги, словно трепетная лань, и чудом, увернувшись от Макса, который зачем-то тянул руки в ее сторону. Не иначе хотел обнять в честь начала рабочего дня. Поздравить, наверное. По крайней мере такая версия выглядела значительно спокойнее, чем предположение, что просто-напросто планировалось убийство через удушение.

Метаться по этому огромному дому, словно загнанная котом мышь, она могла до бесконечности. Благо, просторы и масштабы позволяют. Однако рано или поздно встреча с Максом была бы неизбежна. К счастью, на втором этаже, куда Ольга взлетела, перескакивая ступеньки, потому что за спиной ей чудилось злое сопение Демона, одна из дверей немного приоткрылась, явив окружающему миру лохматую, взъерошенную голову и сонное лицо наглого малолетки.

– О! Ниче се! Бамбина с классной задницей.

Не долго думая, девушка рванула в сторону возможного спасения, попутно чуть не сбив подростка с ног.

– Ого! Не, ну я знал, конечно, привлекательность и умопомрачительная сексуальность – наш семейный козырь, но чтоб вот так кидались девушки, это впервые. Бамбина, я даже не против того, что ты старше. Наоборот исключительно «за». Говорят, в этом есть большой плюс. Тем более, ты офигеть, какая красивая.

– Закрой дверь, клоун. Быстрее!

– Огонь, а не девочка. Просто рвет на части.

Петька, наконец, щелкнул замком, встроенным в ручку, а затем походочкой, «вразвалку», видимо, ошибочно считая, что именно так ходят крутые парни, направился к Ольге. На самом деле это выглядело, будто пацану что-то где-то натерло или прищемило.

– Только попробуй распустить свои руки. Оторву их к чертям собачьим. Усек? – Она, для достоверности и значимости своих слов, на всякий случай, показала ему средний палец, а потом, выдохнув облегчённо, потому как закрытая дверь, отделяющая ее от Макса, вызывала покой в душе, рухнула спиной на огромную кровать, стоявшую рядом.

– Бамбина, ты жарко дышишь.

– Угу. Побегала от твоего братца, как кролик в поле.

– О, Боже! Чудо! Ты смогла сделать так, что Ник не просто пошел, а побежал? Вот это эффект.

Петька завалился рядом, только в отличие от Ольги, на живот. Это позволяло ему беспардонно разглядывать девушку с удобного ракурса.

– Не юродствуй. Я о другом брате.

– Оооо… Еще интереснее. Обычно девушки бегают за ним, а не от него. Ты особенная, малышка. Хочешь заманить Макса ролевыми играми?

– Послушай, Казанова малолетний, прекрати использовать все эти нелепости. «Бамбина», «малышка»…. Где ты набрался подобной пошлости, ребенок?

– Я не ребенок! – Петька смешно надул губы, – Да ты знаешь, как много у меня было девочек?

– О, господи. Нет. Не знаю. И знать не хочу. Сколько лет тебе?

– Почти семнадцать.

Ольга с усмешкой покачала головой.

– Почти не считается. Шестнадцать, значит. Так вот. Правильно вчера твой психованный братец сказал. Думай об уроках, о том, как стать достойным человеком. Бабы никуда не денутся.

– Кстати. Братец, – пацан поелозил на животе, подползая ближе, – Что случилось? Почему ты в свой первый рабочий день не находишься рядом с Ником, а прячешься в моей комнате? Ну, такое себе ты сиделка, если честно. Хотя, я не против испробовать твои способности первым.

– Форс-мажор. Случайно уронила на твоего хамоватого брата стеллаж.

– Что? Погоди. – Петька потряс головой, будто не веря услышанному, – Уронила что? Еще раз.

– Стеллаж с книгами. Чего не понятного? Случайно! Но Макс…. То есть, Максим Сергеевич, чтоб ему там икнулось, почему-то решил, будто я нарочно. Ну и знаешь, не стала объясняться, предпочла дать ему время остыть. Какой-то он нервный.