Чтение онлайн

– Ты ненавидишь себя за то, что чувствуешь ко мне, – в это я поверю. Сложно быть дочерью бывшего мента и принять свои чувства к человеку, которому закон не писан.

Закон всегда был под ним. Будто он им руководил. Ему невозможно ничего сделать. От него невозможно защититься. Только рискнуть сбежать. Но теперь он стал угрожать. Может, стоит сменить тактику?

– Похоже, мой последний побег разозлил тебя не на шутку. Но не стоило так нагло ко мне приставать. Я бы не…

– Разозлил?! – рявкнул Адам. – Ты соображаешь, чем все могло обернуться?! Ты могла сорваться и упасть! Ты могла погибнуть! Что я бы тогда делал… Я…

Его голос оборвался. Послышался тяжелый напряженный вздох. Его пальцы дрогнули на моей шее. Я понимала, что перелезать на соседний балкон опасно. Но в тот момент мне казалось, что оставаться с Адамом еще опаснее. Что, если бы мой рассудок окончательно уплыл, как раньше? Этому мерзавцу покажи лишь на миг, что хочешь его, лишь на миг откройся, и он заберется внутрь, все разгромит, перевернет и заберет самое ценное.

Сейчас он продолжал крепко стискивать мое запястье – так сильно, словно я не стояла рядом, а висела над обрывом. Руку ломило. Он разозлился потому, что испугался за меня.

– Ты доводишь меня до таких поступков… – пробормотала я.

– Хочешь свалить вину на меня? – хмыкнул он. – Ладно. Тогда ты не будешь против, если я за это свалю вину на тебя?

– За что?

Его рука двинулась с шеи к затылку, сжала там волосы у корней, надежно фиксируя мне голову, чтобы не отвернулась, чтобы не улизнула. Я уперлась свободной ладонью ему в грудь, но он с легкостью преодолел сопротивление. У меня перехватило дыхание. Сердце возбужденно застучало. Адам с яростным жаром впился в мои губы. Я сцепила зубы, напряглась всем телом, чувствуя нестерпимое желание укусить его до крови, треснуть чем-то тяжелым. И вырвать, вытурить этот мучительный трепет из своей груди.

Наконец он отпустил мое запястье, и в занемевшую кисть хлынула кровь. Его рука, словно тяжелая цепь, обернула меня вокруг талии и резко притянула к мощному телу. Казалось, горячая патока стекается вниз моего живота. Я таяла? Меня с головой окунуло в бурлящий котел ярких ощущений. Не выбраться. Не спастись.

Губы Адама с напором меня целовали. Я даже не заметила, в какой момент его рука отпустила мои волосы и надавила пальцами на скулы, заставляя разомкнуть зубы. Наглый язык вторгся в мой рот. Откусить его. Не могу. Меня разрывало на части. Тело заколотило. Мне нужно попытаться выбраться из кольца его рук. Не могу. Мысли начали ускользать от меня… В голову ворвался хмельной туман.

Перед внутренним взором, как назло, пробуждались картины наших ночей. Диких. Горячих. Безумных. В них так много наслаждения, что можно потерять рассудок, забыть свое имя. И они звали к себе, манили. Вот, прямо сейчас, в этой комнате, стоит лишь отбросить напряжение, ненависть, отдаться эмоциям – и будет награда. Острое удовольствие, сладкое блаженство.

Его руки комкали на мне тонкую ткань футболки-платья, с жадностью, до красных отметин. Мне правда казалось, я вишу над пропастью, держусь за хлипкую веточку и вот-вот сорвусь. Голова кружится, как пьяная. Безнадежно надеяться спастись. Между ног жгуче покалывало. Адам задрал край платья и врезал ладонью по моей ягодице, сжал ее пальцами. Меня пронзило болью на грани с кайфом. Я замычала или застонала Адаму в губы, и он начал собой напирать на меня, заставляя отступать, пока моя спина не врезалась в стену.

Он подхватил меня под бедра, и я невольно ухватилась за его плечи. С яростью впилась в стальные мускулы. Адам сильнее вжал меня своим телом в стену.

Сознание ускользало, но там ярким красным пламенем горело: это плохо закончится, я обещала себе не сдаваться, я на самом деле не хочу быть с ним, что бы он ни говорил.

Тонкий ремешок сумочки, в которой лежала флешка, вонзался в плечо. Я сюда пришла отдать ее и изо всех сил стараться больше не видеться. Влажные губы спустились к шее, я начала хватать ртом горячий воздух, пропитанный его запахом. Где моя хлипкая веточка? Я еще держусь?

– Флешка… – пробормотала я непослушными губами. – Я ее принесла.

Адам замер. И через секунду поставил меня на ноги и треснул по выключателю ладонью. В глаза хлынул колючий свет.

– Где она? Покажи быстро!

Я проморгалась и полезла дрожащими пальцами в сумочку.

– С тебя пять тысяч.

Этот гад вырвал сумочку из моих рук и быстро выудил оттуда золотистую флешку. Уголок его губ пополз вверх.

– Надо же, какая ты быстрая, малышка. – Одержимый взгляд черных глаз заскользил по моему телу, пока я пыталась разгладить складки на платье. Сволочь, даже не признается, что в действительности не терял флешку. Ну что ж. Подыграть?

– Я старалась, – улыбнулась.

Он достал бумажник из кармана, отсчитал пять купюр и протянул их мне.

– Честно заработала. Не забудь похвастаться успехами отцу.

– Обязательно! – Пришлось приложить усилие, чтобы выдрать деньги из пальцев Адама. Я покосилась в сторону двери. Чем я поплачусь за то, что сейчас сделаю ноги? Стопы будто приросли к полу.

Адам вернул сумочку. И поправил мне платье на плече.

– Беги уже.

Я в недоумении впилась взглядом в его глаза – там плескалось удовлетворение. Конечно, он доволен тем, что урвал. И явно трахать меня в какой-то комнате клуба не так интересно, как на его огромной кровати в каюте. Или он намеренно меня дразнил? Чтобы я сегодня мучилась в постели ночью, сжимая одеяло между ног.

Но раз отпускает – надо скорее удирать, пока не передумал. Я вылетела из комнаты и быстрым шагом поспешила по коридору.

Скоро у него найдут алмазы, и он перестанет быть довольным. А если это не сработает – у меня припасено еще несколько способов, как его могут вытурить с лайнера. Больше нельзя оказываться с ним наедине. Ни в коем случае.

Ибо я совсем себя не контролирую… Еле сдерживалась, чтобы по дороге к каюте не начать плакать и тереть губы рукой. Ну почему я такая слабая… Я ведь могла не поддаваться. Могла.

Подозрительно, что он меня отпустил. Возможно, уже знал, когда мы останемся наедине в следующий раз в более интимной обстановке? Ловушка… О которой не подозреваю. Но я больше не собираюсь никуда ходить в одиночестве.

В каюте брат накинулся на меня с вопросами. Конечно, мне следовало бы дать ему пару ответов, хоть что-то рассказать про флешку, но я хотела только в душ, только драить себя мочалкой под ледяной водой часами.

– Что это? – Ростик осторожно взял меня за предплечье и поднял его на уровень глаз. От жесткой хватки Адама остались слабые, но заметные синяки. – Марта, что случилось?

Я в растерянности потупилась, словно была не старшей, а младшей сестрой. Выложить ему все?

– Знаешь, Ростик, после того как ты меня шантажировал моей тайной, охота тебе что-либо рассказывать вообще пропала!

– Мартуш, ну прости! – Брат свел брови домиком. – Я бы не стал никому на самом деле рассказывать! Ты же меня знаешь, ну? Просто ты не соглашалась помочь, и я не знал, как мне быть… Само как-то с языка сорвалось.

И что с ним теперь делать? Лицо такое виноватое. Ореховые глазки печальные.