Чтение онлайн

— В Приреченском университете на экономическом факультете, — родители переглянулись, — а разве это неправда?

— Нет, чистая правда, — Ведерников сделал вид, что отмечает что-то в блокноте. — Следующий вопрос: она платит за обучение?

— Лилечка окончила школу на «хорошо» и «отлично», — сказала мать заученную фразу, — она гордость нашей деревни: одна из всех выпускников школы поступила на бюджет. Иначе мы не смогли бы ее учить.

— Вы помогаете ей деньгами?

— А какие у нас деньги? — удивились родители. — Колхоз давно уже пустил нас на подножный корм. Практически с огорода и кормимся. На зарплату разве что спички и мыло покупаем.

— У вашей дочери есть красная иномарка? — задал Николай следующий вопрос.

— Есть, — кивнул головой отец.

— А откуда она у нее?

— Лилечка такая умница. — Нина Сергеевна опять сделала умиленное лицо. — Она не только учится, но и работает в какой-то фирме. Ей очень хорошо платят. Так что не мы ей помогаем, а она нам. Повезло нашей девочке, — мать быстро перекрестилась. — В наше время фирмы ценят молодых и талантливых людей.

— А мужа ее вы хорошо знаете? — Николая не удивило бы, если бы родители ничего не знали о Сейфуллине. Но здесь Лилечка не обманула.

— Ринатика? — улыбнулась Проскурина. — Как же не знать? Мы его, поди, с пеленок знаем.

— Разве он не уроженец Приреченска? — поинтересовался Ведерников.

— Не совсем, — теперь в разговор вступил отец. — Когда-то его семья жила здесь. Потом Роза и Марат переехали в Приреченск и детей забрали, а отца и мать Розы, у которых жили, оставили. Старики и поныне тут, через два дома от нас.

— Дочь с зятем часто вас навещают? — У Николая заканчивались вопросы. Он был уверен: главного родители не знают.

— Настолько часто, насколько позволяет время, — пояснил Проскурин.

— А где живут молодые? — Ответ на этот вопрос интересовал Ведерникова больше всего.

— За это тоже спасибо фирме, — улыбнулась мать. — Квартирку им предоставили. Разрешили выкупить и кредит дали на десять лет.

Николай улыбнулся наивности родителей. Не имея больше вопросов, он стал прощаться. Проскурин остановил его на пороге:

— А все-таки зачем вы приходили, уважаемый?

— Меня вот эта самая прекрасная фирма и прислала, — засмеялся Николай. — Вы правы: она большая и солидная, и кого попало туда не берут. Мы должны знать все о своих сотрудниках.

Прочитав коллегам факс, присланный Ведерниковым, Лариса заметила:

— Тайну богатства Сейфуллиных нашему коллеге из Залесска раскрыть не удалось.

— Придется нам, — засмеялся Константин. — Итак, шоу продолжается. Однако давайте подведем итоги. Может ли наша красотка заработать такие деньги на проституции?

— Нет, — решительно ответила Кулакова. — Даже если ее любовники — влиятельные в городе люди (спасибо Пете, записавшему номера машин ее клиентов, благодаря ему мы знаем, кто они). Такие будут дарить квартиру и давать большие деньги, только если девушка перейдет к ним на полное содержание. Так что с их стороны вполне возможны подарки в виде золотых украшений, подержанной машины и небольших денежных подачек. Мне кажется, источник дохода семьи в другом.

Киселев пожал плечами:

— Тогда по коням, дорогие мои. Продолжаем слежку.

Через три дня наблюдения Прохоров наизусть знал всех клиентов Лили и ее незатейливый распорядок дня. Одни и те же лица и машины наскучили ему. Он давно бы доложил начальству, что считает дальнейшее наблюдение за обыкновенной проституткой бессмысленным, однако на четвертый день заметил одну интересную вещь. Во-первых, у красотки появился новый друг на обалденной черной «Мицубиси». Во-вторых, этот друг не поехал домой к девушке, а повел ее в недавно открывшийся частный отель «Зурбаган». По виду очаровательной дамы стажер не сказал бы, что она так радовалась посещению. Девушка все время что-то объясняла своему ухажеру, но тот, не слушая, тянул ее в здание. Чем могла быть недовольна мадам? Петр сделал вывод: конечно, не тем, что ее пригласили в такое элитное заведение, пусть даже побарахтаться на кровати. Говорила же она про Семена Старовойтова: мол, тот, кроме гаража, никуда ее не водил. Прохоров показал бдительному швейцару свое удостоверение и проследовал за парой. Он был уверен: с Лилей ничего не случится, это раз, и нового он ничего не узнает, это два. Однако хотя бы посидеть на мягких диванах такого отеля — в этом Петр не мог себе отказать, и, как выяснилось, не напрасно. Прошло пятнадцать минут с момента уединения парочки в номере, когда в любезно распахнутую дверь вошел не кто иной, как Ринат собственной персоной. Прохоров похолодел. «Все-таки выследил стерву», — мелькнула мысль. Сейфуллин сказал пару слов швейцару, сунул ему зеленую бумажку и проследовал на второй этаж. Петр не знал, что ему делать. Идти за разъяренным мужем слишком рискованно: маленький отель не наполняли толпы народа, скрыться было негде. Пришлось сидеть на диване и ждать развития событий. Впрочем, никакого развития и не получилось. Вероятно, Ринат ничем не помешал молодой жене, минут через десять покинув отель. Парочка задержалась там еще на некоторое время, после чего вышла в обнимку и села в машину.

Появление Рината Петр стал наблюдать тогда, когда красотка снимала незнакомых ему кавалеров, которые вели ее не к ней домой. Пока объяснения он этому не находил.

Свободное время обманутый муж проводил в барах, бильярдных и кегельбанах, иногда цеплял девушек и уединялся с ними в комнатах отдыха. Свою автомастерскую он не жаловал. Другу Скворцова, поймавшему, по словам Лилечки, известного на весь город и прекрасного механика, хорошо зарабатывающего на ремонте машин, Ринат сказал, что вообще не чинит автомобили, а вывеска осталась от прежнего хозяина гаража. Сказка красотки об обеспечивающем ее муже не подтверждалась. Сыщиков так заинтриговала эта пара, что они решили не снимать наблюдения и выйти вопреки всему на источник их дохода. Их молитвы были услышаны. Но помогла не слежка. В конце недели Киселеву позвонила плачущая Марина Якушева. Женщина была в истерике.

— Пожалуйста, приезжайте ко мне! — умоляла она Павла. — Разбирая вещи Александра, я нашла… Господи, какая гадость, какая мерзость!

Оперативники не заставили себя долго ждать. То, что обнаружила жена покойного Якушева, оказалось обыкновенной видеокассетой. Судя по наклеенной на пустую обложку надписи, видеокассета содержала фильм под названием «За все надо платить». Марина вставила кассету в видеомагнитофон. То, что увидели оперативники, представляло собой крутейший порнофильм с Лилей и Александром в главных ролях в шикарной обстановке квартиры Сейфуллиных. Студентка-первокурсница изо всех сил старалась ублажить мужчину, и тот стонал от удовольствия. После его очередного стона раздался металлический голос:

— Получил удовольствие? А за каждое удовольствие надо платить. Поэтому будь добр, свяжись со мной по этому телефону.

Камера крупным планом высветила белый лист бумаги с написанным на нем номером.

— Кто-нибудь сомневается насчет голоса и номера? — спросил Павел.

Обыск у преданных супругов показал: вся квартира была буквально напичкана видеоаппаратурой. Поэтому красотка вела любовников домой, предпочитая родную кровать всем дорогим отелям на свете. В случае, если клиент настаивал на другом месте, верная жена звонила Ринату, и тот со скоростью гоночной собаки мчался на зов любимой с фотоаппаратом и видеокамерой, ухитряясь сделать компрометирующие снимки даже в самых труднодоступных местах. Вторая часть программы заключала в себя выкачивание денег. Сейфуллин, несомненно, любил жену и продавал ее за немалую сумму: иногда он требовал с незадачливого любовника и больше пяти тысяч долларов. Приведенные в кабинет к Ларисе любящие муж и жена без зазрения совести валили все друг на друга. Оперативники смотрели на них, и каждый думал о своем. Кулаковой было интересно, как красивая восемнадцатилетняя девушка докатилась до такого, а Киселев и Скворцов искали мотив убийства Якушева.

Лиля Проскурина родилась и выросла в деревне Малые Овражки. Ее семья не относилась к обеспеченным: мать работала дояркой, отец — механизатором. Семнадцать лет девочка ходила в старых залатанных платьях, благо деревенские жители этого не замечали: они сами одевались не лучше. С Ринатом Сейфуллиным Лиля стала дружить с десяти лет. Помимо красивой внешности, в мальчике было какое-то достоинство и представительность, короче, он выгодно отличался от долговязых деревенских юнцов с вечно сопливыми носами и грязью под ногтями. Да и мечты его были сродни ее мечтам: покинуть сей благословенный край, пахнущий сеном и навозом, и отправиться в областной город, где можно начать другую жизнь. В этом Ринат преуспел больше, чем Лиля. Один из товарищей его отца, живущий в Приреченске, тоже татарин, пообещал устроить Марата и Розу Сейфуллиных на завод, сказав, что денег они будут иметь не в пример больше. Семья Рината снялась с насиженного места, оставив наотрез отказавшихся ехать деда и бабку, и отправилась в город. Юноша не прощался со своей подругой навсегда. Каждое лето он навещал стариков, ведя разговоры с повзрослевшей и похорошевшей Лилей. Последний серьезный разговор состоялся у них накануне выпускного вечера в школе.