Ты идешь меня искать?
Шрифт:
А КРОВАТЬ БЫЛА МЯГКОЙ?
Сведённая к фарсу драма,
И именно этой рукой,
А кровать была мягкой?
Подгнила от времени рама,
И падая твой покой,
Пыталась нарушить.
Город чужой,
Чужой вокзал,
И молчания ночь и день,
Это я, оставляя тебе покой,
И помня до мелочи всё, что сказал,
Ушла, улетела!
И вот я здесь,
Хотя бы одно знакомое лицо,
Врага б целовала, как друга,
Боже, как жалка моя месть,
Оставайся ж примерным отцом,
А мой удел неизвестность!
Там семнадцать часов,
Здесь десять.
Между нами такая же пропасть!
ЗАПРЕТНЫЙ КЕКС
Ах, как же там темно,
Сегодня ветер злой,
Шторой закрой окно,
Я остаюсь с тобой!
Ах, мне нет дела до них,
Тех, кто за этой стеной,
Вот уж и ветер утих,
Но я остаюсь с тобой!
Ах, всё бы снова вернуть,
Не совладать мне с тоской,
Но я отправляюсь в путь,
Я расстаюсь с тобой.
СМЕРТЕЛЬНО БЛЕДНЫЙ ДЕНЬ
Позвонят к соседям,
Лифта стукнет дверца,
День смертельно бледен,
Успокойся, сердце!
Вот шаги, всё ближе,
Губы искусала!
Вьюга окна лижет,
Буду ждать… сначала!
В каменной коробке,
Телевизор лгущий,
Вне – бело, ни тропки,
Снег всё гуще, гуще!
Мне б сейчас заплакать,
Иль другим заняться,
Но никак не хочет,
Счастья забываться.
Я НЕ МОГУ СЕБЯ ДОГНАТЬ
Мне себя никогда не догнать,
Если только бой сердца унять!
Но это не выход.
А сознание шепчет:" Беги!
Видишь,
Вкруг тебя встали враги?
Тепло, покой и комфорт»
А я очень тепло люблю,
А я время не тороплю!
Но сознание сердце сильней.
И я снова по кругу бегу,
И догнать я себя не могу.
Ох, скорей бы второе дыханье!
ЧУЖАЯ, УЙДИ
Я помню, пустые стены,
Кричали:" Чужая, уйди!»
Здесь ссоры, изгнанья, измены,
И мало, так мало любви!
А я лишь смеялась:" Неправда,
Моя любовь так сильна!»
И стены сфальшивили:" Ладно!
Останься, узнаешь сама!»
Я стены заклеить пыталась,
Любовью углы расцветив,
Но в воздухе боль оставалась,
Все чаянья быстро разбив!
ВЫ ХОТЕЛИ МОЕ ТЕЛО
Вы хотели моё тело?
Вам душа моя мешала?
Руки в бой рванулись смело,
Я ж смертельно вдруг устала!
Свет померк, мне тяжко стало.
Дверь закрыла за собою.
Про себя:" Я так устала!»
«Дура, что ли? "– за спиною.
«Что ещё ей в жизни надо?»
А действительно что? Что же?
Может быть моя отрада,
Чтоб душа стелила ложе?
СТИХИ ИЗ ТОЙ ТЕТРАДИ
Тихо скрипят половицы,
Это духам не спится.
Или мне это снится?
Чьи-то мелькают лица.
Страшные, синие маски,
Все вы из жуткой сказки.
Вии, вампиры, черти,
Все вы посланники смерти.
Я верю в сказки, власть они имеют надо мной,
Я знаю, в полночь, тихий, белый домовой,
Хранитель дома от беды и горя,
Приходит и с часами тихо спорит.
Со старым шкафом долго говорит
Чья дверца так от времени болит,
Прикуривает он от лунного луча,
По дому ходит что-нибудь ища.
Нам шепчет в уши сотни былей, небылиц,
А мы во сне считаем это скрипом половиц.
Какая унизительная роль – быть третьей!
Две дамы и один король. Ответь мне!
Куда картонку занесет, как карта ляжет?
Ко мне? А вдруг наоборот!?
Куда судьба прикажет?!
Сколько лет, боже мой, сколько лет,
Под чужие голоса открываю рот,
Уберите звезды, потушите свет,
Отключите набор дивных нот!
Иначе не выбраться из сети,
Я – раба черного диска,
Как о чуде мечтают дети,
Так мне грезится, что я артистка!
16 ноября 1983 года
Через…
Я обращаюсь к себе будущей,
Которая будет через 20 лет!
Слышишь: «Не смей становится будничной!
Не смей тушить в себе праздника свет!»
Может наивным покажется,
Через столько времени это,
Кто же из взрослых отважится,
Гореть своим собственным светом?!
«Лучше не выделяться!»
Это привычный девиз!
Стараются им прикрываться,
И движутся, падают вниз!
Неужели такой же я буду?
О подлости буду молчать?
О сегодняшней «я» позабуду,
И совесть спокойно моя будет спать?
106—18,106-18 Набатом, набатом, набатом во мне!
Во сне, наяву ли, не смею отдаться,
Желанью прорваться сквозь трубку к тебе!
Опять набираю и снова бросаю,
Услышав твой голос до боли родной!
Я помню любимый, я знаю, я знаю,
Идти ты не можешь моею тропой!
Дари огонь мне лунный свет,