Ты изменяешь ей со мной
Шрифт:
Инга убегает, а я остаюсь со странными чувствами.
Она утверждает, что у нее с этим мужчиной несерьезно, но ей хорошо.
Может, и я так смогу? Может, мне стоит дать шанс Руслану? Расслабиться, поняв, что с Вадимом нам больше не по пути? Он любит меня, и не предаст. Я это всегда чувствовала, я это и сейчас знаю. А Вадим переходит в атаку.
Начинает говорить про прошлое, аварию еще эту упоминает.
Да какая разница, что было? Если он все равно сделала выбор в пользу Златы?
Не было бы настолько обидно и больно, будь он сейчас с кем угодно!
Но не с ней.
И пусть сейчас Соколовский передумал и хочет общаться с детьми, но он сам от них отрекся совсем недавно. А если он снова передумает?
Меня выматывают эти «качели». Я должна ненавидеть Вадима за все, что он натворил.
И все равно еле держусь.
Если Вадим начнет действовать через детей, показывать себя хорошим отцом, попытается реабилитироваться, что буду делать я? Так ли будет сильна моя ненависть, если я и сейчас с трудом отбиваюсь от чувств?
Я смогу не поддаться лишь в одном случае – если буду в отношениях.
Потому что изменить я не смогу – знаю, как это больно.
А с Русланом… С Русланом у нас может быть все серьезно. Несмотря на то, что сама я погрязла в чувствах к другому. Которые определенно точно ни к чему хорошему меня не приведут.
Я укладываю Алису и Аришу, Артем засыпает сам, я лишь выключаю свет, находясь в его комнате.
Иду в душ, а выйдя, кусаю губы и затягиваю полотенце на груди. Несколько шагов босыми ногами по мягкому ворсу, моя комната рядом, но я прохожу мимо.
Внутри все отчаянно скручивает, бьется, оглушает.
«Ты знаешь, где моя комната», – звучит в голове все громче голосом Руслана.
«Просто дай мне знать».
Шаг, еще один. К ногам словно гири привязаны.
В ушах стоит звон.
Еще шаг.
Я замираю у двери в комнату Руслана.
Собственный ритм оглушает, решайся же, Лиза. Или уходи.
Сейчас же.
Я делаю глубокий вздох и берусь за холодную ручку.
Глава 27
Вадим
– Привет, ты пришел…
Оборачиваюсь на Злату. Я только вернулся после встречи с Лизой и детьми в торговом центре. На душе так паршиво, что, как только в квартиру вхожу, к бару тянусь. Хочу заглушить всю ту хрень, что в голову врывается.
Я чуть не признался, про аварию сказал. Но не уточнил, какие последствия случились после катастрофы.
«Рада, что с тобой все в порядке».
Холодный тон Лизы до сих пор на повторе в башке. Честно говоря, мне вообще сейчас не до Златы, но, видимо, она наконец готова к разговору.
– Ты вернулась? – все-таки достаю бутылку с полки. – Где Федя?
– Спит уже. Ему в школу, мы не стали задерживаться у матери.
– Зачем уезжала?
Наливаю жидкость в бокал, бросаю лед.
– Хотела разобраться в себе, – звучит тихо за спиной – Дать нам время. Там, на вечере… мне было плохо Вадим, а ты… Ты меня не поддержал.
Наверняка я сейчас должен сказать девушке что-то приободряющее, но у меня нет для Златы хороших новостей. Я не люблю ее, чувства ко мне не вернулись, если они вообще были. Все, что я сейчас испытываю относится не к ней.
В моих мыслях другая. И пусть для Лизы то, что мы сорвались, ошибка. Я не сожалею. Черт возьми, наверно, должен. И это было бы правильно. Но сейчас, спустя время, понимаю, что повторил бы все вновь, если бы возможность представилась.
Вот только, как я понимаю, Лиза теперь с Русланом. У них серьезно? Не хочу в это верить, с ума сводят эти мысли.
Я беру стакан в руки и теперь вновь стою лицом к Злате. Она наклоняет голову:
– У тебя что-то произошло?
Поднимаю брови, а девушка указывает на бутылку. Пожимаю плечами:
– Сложный день.
– Ты с ней был? Ты был с ней, Вадим?
Я делаю шаг к Злате, но она поднимает руку.
– Прости, я сорвалась, – не дожидается она ответа, словно не хочет сама слышать правду. – Просто я тебя не понимаю. У нас семья, сын, а ты, Вадим, не из тех, кто ведется на дешевый развод. Я знаю, что нужно Лизе. Ты и сам наверняка понимаешь, она вернулась, чтобы отобрать тебя у меня. Она злится, что ты меня выбрал, вот и… Ладно, прости. Просто сегодня, когда мы вернулись, я решила, что ты… у нее.
– Лиза живет у Руслана, тебе наверняка это известно.
Злата кивает.
– Я просто переживала, не знала, что и думать. Так где ты все-таки был?
– Сегодня я был с Лизой, – говорю правду. – С Лизой, детьми и Русланом.
Испуг в светлых глазах сменяется на непонимание.
– Ты общаешься с…
– С Ариной и Артемом? Да. Это не секрет.
– Они… ты считаешь их своими, но…
– Но?
– Прости, раз ты решил, я не буду вмешиваться.
– Что значит, я считаю их своими? – теперь я прищуриваюсь, делаю еще шаг, Злата поднимает на меня глаза. Мы с ней не обсуждали эту тему, я не считал это необходимым, и она сама ее не касалась.
– Ты сам мне говорил, что у тебя есть сомнения. Давно, до того, как Лиза уехала. Ты и сам знаешь, что она творила за твоей спиной.
– Я разберусь, – отрезаю.
– Ладно, ты прав, – снова включает покладистость. – Но Федя начинает задавать вопросы.
– Я уделяю ему достаточно времени, Злата.
– Да, но он чувствует, что у нас с тобой… разлад. Может… Вадим, давай не будем ссориться? Я много думала, у тебя сложный проект, тебе пересекаться с Лизой приходится, и меня это беспокоит, но я… Обещаю, больше не напирать. У Аксенова я сорвалась, но…
Я делаю несколько глотков из бокала и оставляю его в сторону на столик со звуком, и Злата замирает от громкого жеста. Подхожу близко и беру ее за плечи, она в глаза заглядывает, ждет, надеется, но с большой вероятностью уже понимает, что ответ ей не понравится.
– Я не люблю тебя, Злата, – признаюсь совсем не в том, что она хотела бы сейчас услышать. – И я не помню этих чувств к тебе. Прости.
– Но Вадим, – отчаянно шепчет девушка в ответ: – Я тебя люблю. Я…
– Прости, – повторяю, и пальцы разжимаю, но Злата цепляется за мою руку.