Чтение онлайн

— Как вкусно пахнет, — говорю, едва оказавшись у накрытого слова. — Так быстро доставили...

— Вообще-то сорок минут прошло, — смеётся Женя. — Теперь ты хотя бы не такая бледная. И глаза блестят.

Улыбнувшись, забираю кусочек огурца и отправляю в рот. За столом Карельский делится воспоминаниями студенческих времён, рассказывает, как поднялся по карьерной лестнице. Я же восхищаюсь им, потому что в отличие от Кости, Женя добился всего сам. Своим трудом.

Буквально через полчаса мы уже сидим на диване перед телевизором. Женя включает фильм, который выбираю я.

— Красивая девушка, — имею в виду главную героиню — высокую брюнетку с голубыми глазами и модельной фигурой. Прямо на маму мою похожа. Правда она у меня блондинка.

— Это тебе так кажется, — хрипловатый баритон звучит прямо у уха. По телу мгновенно разбегаются сотни мурашек, дыхание учащается.

Я поворачиваюсь к Жене и ловлю его пристальный взгляд. Он сидит настолько близко, что я чувствую его дыхание.

— Что мне кажется? — шепчу я, нервно сглатывая.

— Ты гораздо красивее.

Мгновение, и рука Карельского оказывается на моем затылке, притягивает к себе. И сразу же впивается в мои губы глубоким поцелуем, который выбивает весь воздух из легких.

Обвиваю его шею руками и прижимаюсь плотнее, отвечаю на поцелуй. Однако он длится недолго, поскольку приходит осознание того, что я творю.

Я беременна. От чужого мужчины. И об этом факте Карельский не знает. Возможно, он даже не захочет иметь со мной ничего общего, расскажи я ему об этом.

— Жень, подожди, — часто дыша, я слегка отстраняюсь и заглядываю в темные глаза глаза мужчины. — Мне нужно тебе кое-что...

— Давай потом, — перебивает, обхватывая мое лицо руками.

— Нет, Женя. Нет. Сначала я расскажу... Может, тогда ты не захочешь продолжить это... Безумие.

Карельский хмурится, но никак не комментирует мои слова. Лишь смотрит в недоумении.

— Что не так, Эмилия?

— Я... Я беременна, Жень.

Руки, которые обхватывали шею Жени, холодеют, кончики пальцев покалывает. Тело становится ватным, непослушным. Меня начинает выворачивать наизнанку от одного взгляда Карельского.

Он против. Он не хочет этого ребенка.

Губы Жени поджимаются в тонкую линию. Шумно сглотнув, он встряхивает головой и, посмотрев в мое лицо ещё раз, хмурится.

— От него? От Кости?

— От кого же ещё... — Хватка слабеет. Я опускаю руки и потираю колени, не находя места. Ничего плохого не сделала, но хочется спрятать взгляд и не смотреть на Карельского. В его глазах, где секунду назад полыхал огонь, столько недовольства.

— Ты... Когда узнала?

— Несколько дней назад, — признаюсь, глубоко вдыхая и медленно выдыхая.

— Я так и знал, что ты что-то скрываешь. Вот и узнали, что именно. — Он поднимается и отходит к окну. — И что? Оставишь этого ребенка?

Шумно сглотнув ком в горле, прикладываю ладонь к груди, чувствуя, как меня начинает трясти. Ожидала ли я этого вопроса? Скорее всего, да. Но не в таком тоне. Женя сейчас слишком груб и резок, это задевает меня не на шутку.

— Я думала, ты успел понять мой характер за короткий срок. И то, что я оставлю этого ребенка… Это вообще не должно обсуждаться. Я так давно о нем мечтала... Думаешь, решусь сделать аборт? Ни за что.

Я тоже встаю и ватными ногами иду к лестнице. Нужно подняться, переодеться и просто свалить, оставив Женю наедине с мыслями. Видимо, я слишком поспешила. Восхищение этим человеком затуманило сознание. Я быстро поддалась эмоциям, испытывая незнакомые мне ощущения. Не стоило подпускать к себе Карельского так близко, чтобы не бороться с болью, которая сейчас разрывает грудную клетку.

Слез нет. Абсолютно. Однако разочарование меня уничтожает. Хотя... Любой мужчина отреагировал бы точно так же. Это у женщин, наверное, иначе. По крайней мере, я сужу по себе. Узнай я, что у Жени есть дочь, не стала бы давать заднюю. Значит, чувства у него не такие сильные, раз он сразу рубит с плеча.

— Эмилия, куда спешишь? — Темные глаза Карельского смотрят в мои. И теперь они поблескивают, словно от слез.

Женя не сводит с меня взгляда, даже приближается. Но я не хочу продолжать этот неприятный для меня разговор. Все, что надо было, я услышала.

Я поднимаюсь на верхний этаж, игнорируя его вопрос.

Натягиваю одежду, в которой приехала сюда. Оставив на спинке дивана рубашку Жени, некоторое время пялюсь на нее, как ненормальная.

Вот так вот, Эми. Слишком быстро ты расслабилась. Оказывается, удар от Кости был всего лишь цветочками. Хотя Женя, по сути, ничего ужасного не сделал, однако его категоричная реакция причиняет мне куда больше боли, чем все выкрутасы бывшего мужа.

Говорят, когда закрывается одна дверь, то обязательно открывается другая. Где-то там, в глубине сознания я все же верила, что открывшаяся — это как раз и есть Карельский. Но нет. Нужно просто взять себя в руки, смириться и жить ради малыша. Свобода тоже хорошая штука. Надо ее ценить.

— Давай поговорим! — Женя останавливает меня, сжимая мою руку, едва я оказываюсь внизу. — Эмилия, ты сейчас как ребенок сбегаешь.

Сглотнув очередной раз, я жмурюсь. А когда открываю глаза, вижу перед собой Женю, но сейчас он стоит буквально в сантиметрах от меня и смотрит встревоженным взглядом.

— Жень, ну давай не будем тянуть. Пожалуйста, — шепчу, освобождая руку от хватки Карельского. — Я тебя понимаю... Я просто не подумала... Вообще-то, я должна была знать, что ты не отреагируешь спокойно и, естественно, не захочешь...

Вздох, выдох. Слова даются с трудом. Почему я предполагала, что Карельский примет этого малыша? Откуда была такая уверенность? А ведь это нормально — не хотеть в своей жизни ребенка от человека, которого ненавидишь. Точно так и Женя не хочет.

А вот я наоборот. Малыш под моим сердцем — единственное, ради чего я буду стойко стоять на ногах и бороться за справедливость. Не позволю больше никому лезть в мое личное пространство и пользоваться моим доверием. Пусть этот малыш и от лицемера Кости, который, как оказалось, все три года брака пользовался мной.