Чтение онлайн

– Это долгая история, и несмотря на то, что тебя она не касается, я могу все объяснить.

– Погодите, – встревает Марченко. – Это как-то связано с красными стрингами?

– Да! – с благодарностью выпаливаю. Хоть кто-то провел логическую связь между этими событиями.

Правда, облегчение мое длится недолго. Стоит мне посмотреть на лица окружающих, я понимаю, что все сказанное за последние пару минут характеризует меня… скажем так, не с лучшей стороны.

Забытые в квартире Демида вещи, какой-то Назар, с которым я могла бы спать, и вишенкой на торте «красные трусы». Добавить к этому ревностно-разочарованный взгляд моего друга, и налицо – профурсетка, изменившая одному брату с другим. Как в эту картину вписывается Марченко, который увез меня вчера и привез утром, не знаю, но не сомневаюсь, они что-нибудь придумают.

Уверена, Демид счастлив. Но делать его еще счастливее и начинать оправдываться я не собираюсь. С силой сжимаю челюсти и, нацепив на лицо привычную маску холодной стервы, объявляю:

– Вчера я полночи изучала соцсети местной благотворительной организации, – делаю особый акцент на «полночи», чтобы хоть как-то перенаправить их мысли с моего пребывания в квартире Вяземского в нужное русло.

– Сердце планеты? – уточняет одна из девушек. Кажется, вчера мне ее представили как спеца по продажам. – Я подписана на них везде, даже деньги перевожу стабильно на всякие сборы. Честно говоря, до всей этой ситуации с утечкой у них там три калеки сидели в комментах. Но после сенсации несколько блогеров сделали репосты их статей… и понеслось.

– Да, я тоже заметила, что такая активность лишь на постах, связанных с заводом, – улыбаюсь, радуясь, что у нас сошлись мысли. – Сейчас у них висит важный опрос.

– Я видела, – грустно кивает девушка, – типа сколько нашему городу понадобится времени, чтобы восстановилась экология после утечки.

– Именно, – подхватываю. – Поэтому нужно, чтобы каждый зашел в их группу и проголосовал за второй вариант «Скоро мы об этом не вспомним».

– Я не могу, – трагично произносит Алехандро. – Они меня забанили.

– Господи, что такого надо было сделать, чтобы экоактивисты добавили тебя в черный список?

– Наверняка, дикпики им слал, – усмехается Демид.

– А если учесть, что они там все поголовно веганы, небось подумали, что этот гребаный мясоед им шлет сосиски, чтобы подразнить, – поддакивает Коля.

Фыркаю от убогого семейного чувства юмора и выжидающе смотрю на Сашу.

– У них просто чувства юмора нет, – оправдывается он. – Они там вечно топят за то, чтобы искоренить потреблядство. Ну, типа чтобы люди не покупали кучу ненужных шмоток, а ходили в одном и том же. Пару месяцев назад они создали опрос, мол, что вы делаете с рваными носками: сразу выбрасываете или штопаете, чтобы продлить жизнь изделию? А я в комментариях спросил, почему нет третьего варианта: хожу в рваных?

– И за это они тебя заблокировали? – удивляюсь я.

– Я ж говорю, чувства юмора у них нет.

– Потому что, блин, это не смешно, – возмущается Антонина. – Они там важные темы поднимают. Я, например, не знала, что биоразлагаемый пластик еще хуже обычного! Все эти производители биопакетов нас дурят! На самом деле он, наоборот, распадается на микрочастицы и остается в почве и водоемах!

– Он даже в дыхательных путях скапливается, – подхватывает девушка из отдела продаж.

– Какой ужас, – с сарказмом изрекает Николай и, видимо, устав проявлять заботушку о матушке-природе, подхватывает меня под локоток и тащит в мой кабинет. Вот из-за таких, как он, нашу планету и ждет экологическая катастрофа!

– Не забудьте проголосовать за второй вариант, – ору напоследок и, только когда за нами закрывается дверь, возмущаюсь: – Что ты творишь?

– Что у тебя с моим братом? – игнорируя мой вопрос, интересуется он.

– Ничего, разумеется, – шиплю я, гадая, что на него нашло. Между нами с Колей никогда ничего не было, поэтому повода для ревности, по идее, быть не должно. Но тем не менее он сейчас смотрит на меня как на предательницу.

– Точно? – Друг заглядывает в мои глаза. – Просто… ему достается все, понимаешь? Все!

– Завод достался тебе, – пытаюсь воззвать к его разуму. У меня, конечно, нет братьев и сестер, но о ревности между ними я наслышана. Вот только мне всегда казалось, что это проблемы родителей, а не друзей-коллег.

– И он всячески пытается его отобрать! – не унимается Коля. – Ради этого он готов пойти на всё!!

– Я так понимаю «всё» – это даже соблазнить меня? – мой голос так и сочится скепсисом. А еще этот разговор начинает меня жутко раздражать. Друг так об этом говорит, будто его бедному брату придется пойти на великие жертвы, чтобы вступить в какие-либо отношения со мной. Я что, уродина, по его мнению?

– Значит, так, Коля, давай договоримся сразу, – вздыхаю я. – Моя задача здесь – реанимировать твой завод. Моя личная жизнь тебя явно не касается.

Не то чтобы я действительно планировала спать с его братом, но и Николаю решать, с кем мне «дружить», а с кем нет, не позволю.

– Да я же о тебе беспокоюсь, дурочка, – оправдывается Николай. – Я просто знаю, каким может быть мой брат, когда ему что-то нужно… Он потом вернется в Москву к своей невесте, а ты…

Не дав ему возможности заикнуться о моем разбитом сердце, я перебиваю его:

– У твоего брата есть невеста?

– А он тебе не сказал? Вот видишь, это в очередной раз подтверждает мои слова о том, что Дема планирует тебя соблазнить. Я же видел, как он на тебя смотрит!

– Господи, Коля, – закатываю глаза. – Твой брат мне ничего не сказал не потому, что спит и видит, как бы затащить меня в постель, а потому, что мы с ним и не общались толком. Не сложилось у нас с самого начала. Он вообще считает, что ты уговорил отца меня нанять, потому что сам хочешь затащить меня в постель. Впрочем, как и твой отец… Демид еще не определился, кто именно, но в том, что я заполучила контракт не за свои заслуги, он не сомневается.

– Почему ты тогда так удивилась, что у него есть невеста? – с подозрением спрашивает Коля.

– Потому что мне сложно поверить, что хоть кто-то готов терпеть его ужасный характер, – вру я.

– Сейчас, еще минута, и она спускается, – говорит брат, убирая телефон в карман.

Кажется, я упустил момент, когда из главы крупной компании по транспортировке нефти превратился в обычного таксиста. Ладно Заноза, мы с ней живем в одном доме, но вот Коля приперся сюда с другого конца города. Официальная причина – он не хочет отказывать себе в алкоголе на благотворительном вечере, но что-то мне подсказывает, что есть и неофициальная. И именно ее мы ждем уже десять минут.

Судя по той сцене ревности, что братец закатил вчера, когда я прилюдно вернул ей шмотки, он боится оставлять нас одних. Кажется, не зря я подозревал, что между ними что-то есть. Интересно, это началось еще со студенчества или Заноза пообещала ему себя за прибыльный контракт? Неудивительно, что он мне вечером все уши прожужжал о том, что дальше они в моей помощи не нуждаются и вполне справятся без меня.

И несмотря на то, что мне не терпится вернуться к своей обычной жизни, покидать Горячев я не спешу. И нет, разумеется, совсем не из-за Занозы. Совсем!! Просто я пообещал отцу, что позабочусь о заводе, а значит, и бразды правления передам обратно братцу только после того, как выполню все задачи. Логично ведь? Логично! Сам я себе, по крайней мере, почти поверил.