Чтение онлайн

Агата

— Милая, я соскучился.

Раньше мне нравилось слышать эту фразу от Володи, а сейчас после его голоса по коже ползут какие-то неприятные мурашки.

Я отхожу подальше от двери, чтобы Яну было сложнее расслышать все, что я говорю, и отвечаю:

— Как у тебя дела?

— Зашиваюсь с проверками. Но сегодня решил освободить вечер и посвятить его тебе. Приедешь?

— Я… Я не могу. Не хочу пока Диану оставлять одну.

— Агат, ну ей же не пять лет. Уж как-нибудь пару часов посидит одна, ничего с ней не случится, — его голос наполнен раздражением.

— Она моя сестра. Моя семья. И если ей плохо, то я должна быть рядом.

Не складывается у нас в последнее время. Я не хочу думать, с чем это связано. Как будто внутри меня постепенно что-то исчезает. Бабочки умирают.

Одни умирают, а другие появляются. И вот вторых мне самой хочется удавить.

Смотрю на Яна. Он не сводит с меня взгляда, сжимая кулаки. В очередной раз дергает дверь, и она подозрительно трещит. Кажется, он способен выдрать щеколду с мясом.

— То есть ты не хочешь провести время со мной? Хорошо, я тебя понял.

И Володя просто отключается. Я растерянно продолжаю прижимать телефон к уху, губы шевелятся в немых вопросах.

Так просто? А я вообще что-то значу для него?

Я убираю телефон на небольшой узкий подоконник и отодвигаю шпингалет. Ян вихрем врывается на балкон.

— Это был он? — он встает слишком близко ко мне. Меня не трогает, но я все равно словно в капкане.

— С чего ты решил, что я буду перед тобой отчитываться?

— Не зли меня, чудо.

В этот момент я вспоминаю драку, которая случилась в клубе. Ян может быть другим. Жестоким. Беспощадным.

Я отвожу взгляд, не выдерживая напряжения.

— На меня смотри, — его пальцы впиваются в мой подбородок. — Зачем он тебе сдался, Агата?

— Не твое дело, — несмотря на страх, который сейчас испытываю, все равно огрызаюсь.

— Любишь его? — Ян кривится, пальцы больнее впиваются в скулы.

— Люблю.

Я вижу, как дергается кадык на мощной шее. Плечи напрягаются, разворот как будто становится больше. Ян заполняет собой все свободной пространство, которого здесь и так не сильно много.

— Повтори, — серьезно приказывает, не отпуская меня.

— Я люблю его. Доволен? Теперь ты от меня отстанешь?

Ян отшатывается. Окидывает меня брезгливым взглядом, открывает окно и высовывается наружу, положив руки на раму. Я посильнее кутаюсь в плед, когда холодный ветер пронизывает до костей.

— А со мной зачем кувыркалась? — хрипловато спрашивает.

— Проблемы в раю, — горько усмехаюсь, намеренно использую эту фразу, чтобы позлить Яна. Зачем я это делаю? Кто бы мне самой рассказал.

У него на руках проступают мышцы, и мне хочется обвести их контур пальцами. Снова прикоснуться к нему…

— Ну и сука же ты, Агата Юрьевна.

Я дергаюсь как от удара.

— А ты, можно подумать, праведник? Сколько у тебя было женщин, Ян? И сколько из них после тебя не могли спать из-за душащих слез?

— Я им ничего не обещал и никому не изменял. А ты, детка, играешь на две линии. Кончаешь на мои пальцы, а потом бежишь к своему этому с внеземной любовью. Самой не противно?

От безысходности я ударяю кулаком в его плечо. Закусываю губу тут же, потому что рука начинает ныть.

Ян оборачивается и в два шага прижимает меня к тому самому подоконнику. Плед летит на пол, он заменяет его на свои руки, окутывая меня теплом со всех сторон.

Я оказываюсь на подоконнике, сзади у меня окно, а спереди сильное натренированное тело Яна. Если бы он не стоял так близко, я бы соскользнула. Но теперь мне приходится обвивать ногами его бедра.

— Спецом меня драконишь? — он трется носом о мою щеку. Замираю и совсем не дышу, руки безвольно висят по сторонам.

— Я ничего не делаю.

— Да тебе и не надо, — одной рукой Ян упирается в стекло, а второй оттягивает лосины и большим пальцем скользит по тазобедренной косточке.

Почему я опять не могу ничего сделать? Мне так приятно, что хочется просить еще…

— Откуда только взялась такая? — сейчас подушечки скользят по моим губам, Ян немного давит на нижнюю. — У меня же крышу рвет от тебя. Себе хочу забрать. Присвоить. Вообще не слезать с тебя, чудо.

— Так нельзя… — выдыхаю приглушенным шепотом, мне резко стало очень жарко.

— Почему нельзя?

— Это всего лишь гормоны. Ты поиграешься, и у тебя все пройдет. А я не хочу рушить свою жизнь из-за какого-то… — осекаюсь, чтобы не назвать Яна сопляком.

— Замуж за своего папика хочешь? Настругаешь ему детишек и будешь сидеть дома в застиранном халате с синяками под глазами от недосыпа, пока он будет хер пойми с кем шляться? О такой жизни мечтаешь?

— А даже если и так? Что в этом плохого? — я цепляюсь за прежнюю себя.

За ту девушку, которая действительно хотела родить малыша и посвятить себя ему. Проводить весь день с дочкой или сыном, а вечером встречать мужа с работы. Та девушка и подумать не могла, что очень скоро в ее жизнь ворвется ураган «Кострова» и перевернет здесь все с ног на голову.

— Ничего, — Ян хмыкает, наклоняется еще ближе. — А ты уверена, что ему от тебя нужно то же самое?

— Не лезь, куда тебя не просят.

— А меня не надо просить, малышка, — он проводит языком по своим губам, а потом жестким поцелуем впивается в мои.

Не дает мне отстраниться, сразу положив ладонь на мой затылок. Вторая рука бессовестно гуляет под футболкой, пальцы скользят по ребрам, поднимаясь к груди, зажатой обычным спортивным топом.

Ян отрывается, зажимает мне рот ладонью и нападает на шею. Зубы царапают кожу, я благодарна ему за то, что он глушит мои стоны, потому что у меня не получается сдерживать их.

Щеки горят, шею покалывает от жесткой щетины, которая невероятно идет этому наглому засранцу.

Он вообще весь как из женских постыдных фантазий. И это бесит сильнее. Как вообще сопротивляться, когда перед тобой практически идеал?

Особенно если он не открывает рот для очередной гадости, а оставляет им влажные поцелуи на коже.

Во внутреннюю сторону бедра упирается твердая эрекция. Я хихикаю, вспоминая свою выходку.

— Почему ты не стал мне мстить? — поддаюсь порыву и начинаю перебирать волосы на мужском затылке.