Ты – мой капкан
Шрифт:
— Ну… На свидание тебя позвал?
— Нет. Просто подвозил меня, и я отдала ему свою вещь. Всё, — пытаюсь закончить разговор, и тут же перевожу тему. — А о чём вы говорили там? Какой дополнительный рот…
Тётя молчит и напряженно стряхивает руки от воды с психом. Будто я задела какую-то очень нелёгкую и личную для неё тему. Вот они скрытные, капец… Нет сразу рассказать! Я тоже вообще-то родня! Даже если не дочь…
— Тёть…
— Не тётькай мне тут. Иди давай, Амелия! Я сама закончу! — гонит меня, и я расстраиваюсь. Но если она не хочет говорить, то из неё клешнями не вытянешь…
Приходится идти в свою комнату и грустить. Наверное, это ещё одна причина почему я работаю так много. Когда руки заняты, сердцу не до тоски… Когда я работаю, я не думаю о том, как много в этой жизни потеряла… Порой хочется хотя бы не секунду вернуться в детство, окунуться в атмосферу чистой материнской любви. Почувствовать её запах, который я, кажется, до сих пор помню. У меня всегда был бзик на запахи. Еды, духов… Ещё чего-то… Я очень остро всё воспринимаю и запоминаю, кажется, навечно. Так вот мамин запах был особенным, конечно. Я до сих пор бы его узнала, если бы хотя бы раз снова услышала.
Неожиданно мой телефон издаёт звук, и я смотрю на экран.
Две заявки в друзья. Максим Воробьёв и Назар почему-то не Грек, а Солнцев. Не знаю уж с чем это связано, но точно знаю, что это он, хотя на аватарке у него просто картинка тачки и больше ничего.
Но весь абсурд в том, что они чуть ли не одновременно мне это скинули…
Офигеть… И что мне прикажете со всем этим делать???
Они так издеваются что ли, не пойму? Или же это проделки вселенной?
Глава 8
Амелия Андреева
Ни одну заявку, конечно же, не принимаю. Потому что для меня это значит, что я даю кому-то из них шанс, а мне по одному месту общение с ними. Вообще пофиг как бы.
Что Максим не внушает доверия, что этот заносчивый мерзкий тип в брендовом шмотье и с серьгой в ухе. Сразу невольно вспоминаю ту шутку про пирата и корабль, смеюсь с самой собой…
И порисовав на своём графическом планшете, я ложусь спать с мыслями о маме. На всё остальное мне просто на-чи-хать!
Только вот сон ни в какую не идёт. И ничего удивительно в этом нет… Сегодня потрясение за потрясением.
То Назар, то драка Максима, то какая-то конфликтная ситуация, связанная с родными, о которой они мне не рассказывают, будто я чужая. Порой мне хочется просто уметь отвлекаться… Завтра у меня действительно выходной. Тот придурок был прав… Потому что узнал за меня у Марины, судя по всему.
Но у меня планы на учёбу. Нужно много что сделать. Подготовить казусы по теории государства и права, сделать доклад по экологическому праву и просто почитать предыдущие лекции, чтобы быть готовой ко всем вопросам, которые могут задавать преподаватели.
У нас на юридическом с этим строго. Я только месяц с небольшим учусь, а уже поняла, что нужно заниматься регулярно, чтобы что-то в голове оставалось. Без этого никак… Вот я и стараюсь, чтобы всё было хорошо, и мне не пришлось исправлять оценки потом, тратя дополнительное время, которого у меня и так, к сожалению, не хватает…
Ранним утром всё, как всегда, за исключением непрочитанных сообщений. От Максима, кстати… Назар ничего не писал, а я продолжаю делать вид, что выбросила телефон в окно и не знаю о существовании онлайн общения…
— Мелаааааа, — приоткрывает Мирослав дверь и зовёт меня. — Иди завтракать…
— М-м-м… Сейчас. Я поздно легла… — копошусь, приоткрывая один глаз. У меня достаточно длинные и очень густые волосы. Поэтому с утра, когда я встаю у меня целая грива на голове, как у льва… Братик, как всегда, смотрит на меня и смеётся, а я пытаюсь поймать его в фокус, приподняв башку от подушки.
— Мела, а можно спросить? — тут же спрашивает меня, и я напрягаюсь.
— Что такое?
Он прикрывает за собой дверь и заходит внутрь комнаты ближе к моей кровати.
— Ты давно с Никой общалась?
— Я… Ну… Давно… А что?
Если так вспоминать, то она звонила мне месяца два назад. Просила занять денег. Но у меня тогда было всего пятьсот рублей. Их я перевела ей и сказала, что не нужно возвращать. А больше мы с ней и не списывались даже. Всегда очень мало общались. Не знаю почему. Она как-то никогда ко мне не тянулась, и я быстро поняла, что мне тоже не стоит этого делать… Ведь получается игра в одни ворота.
— Я звонил ей вчера, чтобы рассказать, что папа приехал… А она даже трубку не взяла.
Блин, мне так горестно слышать, что его родная сестра его игнорирует… Какой-то кошмар. В груди сразу жжёт.
— Слушай, Мир… Она, наверное, занята на учёбе очень. Дело такое, сам знаешь… Я вот, видишь, как зашиваюсь.
По сути я ищу отговорки… Но я не хочу, чтобы он расстраивался.
— Ага, — лыбится он в ответ. — Я вижу… — смеётся, потому что время десять утра, а я всё ещё в постели. Дурачок, а… Я же так не всегда, блин. Впервые за долгое время. Просто много стресса в жизни в последние дни.
— Ладно, иди давай… Сейчас я приду и поговорим…
— А по поводу игры? Имей в виду, я уже пацанам рассказал! — тут же выдаёт он мне как обязательное условие.
— Мир… — вздыхаю я вслух.
— Позови его на треню, обязательно! — командует мне, ну и вот что мне остаётся???
— Только если вы его там побьёте, — бурчу себе под нос обиженно.
— Что? — спрашивает он перед уходом.
— Ничего… Говорю чай там без меня пьёте…
— Нет, я тебя жду! — довольно сообщает он и выбегает из комнаты… Приходится силой отдирать себя от кровати. Потому что обычно-то я нормально встаю, а тут прям как поезд переехал. Остаётся только начать хрустеть как палочке твикс, и всё… Можно смело идти за каким-нибудь Вольтареном в аптеку…
Дальше всё, как обычно. Только дядя с тётей какие-то молчаливые. Он пьёт горячий чай и прячется за своей кружкой в траурном молчании, а тётя… У меня ощущение, что она проплакала всю ночь, потому что опухшая и отёкшая, но ни слова не говорит.
— Всё в порядке? — спрашиваю я напряженно. Атмосфера стоит совсем не как обычно. Ведь когда дядя Петя приезжает, все обычно счастливые, а тут… Прям сидеть за столом опасно. Того и гляди прилетит заряд тока от тёти.
— Да, ешь…
— Да, я ем. Спасибо… Ты, кажется, устала? Давай я сейчас поем, за всеми уберу и пойду заниматься… А ты отдохни…