Ты моя боль
Шрифт:
— Привет — я улыбнулась и начала снимать свое пальто.
Он подошел ко мне, и протянул бокал, забрав вещи из моих рук. Затем положив их на диван, повернулся ко мне, и прошептал:
— Я рад, что ты здесь.
Я улыбнулась:
— Здесь очень красиво — еще раз осмотрев комнату, я перевела взгляд на Ника.
— Давай выпьем за то, что бы такие вечера у нас были всю оставшуюся жизнь- он поднял бокал и мы чокнулись.
Я выпила глоток вина, останавливая себя тем, что хочу запомнить этот вечер на всю свою жизнь. Мне не нужен ни какой алкоголь, когда Ник рядом.
— Ты не хочешь присоединиться ко мне? — спросил Ник и сняв с себя пижамные штаны, абсолютно голый залез в джакузи.
— Я не взяла купальник — сказала я, смущенная его наготой.
— Купальник здесь лишний Эшли.
Я кивнула подойдя к нему, отдала свой бокал, и начала расстегивать свое платье. С каждым моим движением и каждой оголенной областью Ник все глубже втягивал воздух, показывая мне, как он скучал. Когда, наконец я была абсолютно голой, и ступила в джакузи, Ник потянул меня к себе на колени, и я с треском упала на него. Наш с ним смех залил номер, и я запрокинула голову назад, смеясь и радуясь как маленький ребенок.
Когда я опустила голову и наши глаза встретились, Ник прошептал:
— Ты не представляешь, как я соскучился.
— Я больше — сказала я и накрыла его губы своими.
С каждыми секундами наш поцелуй становился все более страстным, а руки Ника все быстрей исследовали мое изголодавшееся по нему тело. Я очень сильно хотела его, но и торопить момент было ни к чему. Губы Ника переместились на мою шею, и я не смогла сдержать сладкий стон.
— Какая же ты красивая — прошептал Ник, и начал целовать мою грудь.
— Ник… — простонала я, не в силах больше терпеть эту пытку.
Ник, не ответив мне, продолжал спускаться своими нежными поцелуями все ниже, продолжая пытать меня. Я вцепилась ему в волосы и потянула наверх, мне нужно было, что бы его губы были на моих. Он поднялся и усади меня сверху, при этом целуя меня. Наши языки сплелись, и я в очередной раз поняла, что это именно тот мужчина, моя половинка, тот, кто мне так отчаянно нужен, тот, кого я безгранично люблю.
Ник, как будто понял мои мысли и прошептал:
— Ты нужна мне Эшли…
Я больше не могла ждать, я села на него устроившись по удобней, и наш тихий одновременный стон заполнил тишину номера. Мои движения были плавными и очень медленными, я хотела насладиться этим мужчиной. Быть может это последний раз, когда он был так глубоко во мне. Рядом с ним, я разлетаюсь на мелкие осколки, ведь ни с кем мне не было так хорошо. Наши тела двигались в такт друг другу все быстрей, а наше дыхание с каждой секундой учащалось. Громкий стон Ника разрушил тишину комнаты, и я начала двигаться быстрее, понимая, что вот-вот кончу. Вода высокими брызгами выливалась из джакузи, а наши стоны все больше заполняли комнату, так как разрядка была близко. С каждой секундой я все отчетливей понимала, что не могу больше терпеть, и Ник, видимо поняв это, подхватив меня за талию, чуть наклонил назад, и стал резкими и быстрыми толчками входить в меня. Я выгнув спину и закрыв глаза, все глубже уходила в волну удовольствий. Движения Ника становились все быстрей, а его рука гладила мою ложбинку между грудей. Это с одной стороны обычное, и с другой стороны интимное прикосновение, окончательно уничтожило всю мою выдержку, и я кончила, выкрикнув его имя. Он, недолго думая, тоже последовал за мной, выкрикнув мое.
Мы лежали в джакузи в обнимку, и потягивали вино. Эшли смотрела, как горят свечи, и улыбалась. Ей было хорошо со мной так же, как и мне хорошо с ней. Я рад, что наши чувства взаимны.
— Что ты скажешь Ребекке? — спросила она, нарушив тишину.
— А что я должен ей сказать?
— Я имею ввиду, почему ты не ночевал дома — уточнила Эшли и сделала глоток вина.
— За день до свадьбы я сказал Беке, что наши отношения не будут как у среднестатистических пар, которые только поженились. То есть, я корректно дал ей понять, что у нее своя жизнь, а у меня своя. Она, конечно, была не в восторге от такой идеи, но я сказал, либо так, либо я не женюсь на ней вовсе.
— Почему ты так груб с ней? — спросила Эшли, немного привстав, что бы видеть мои глаза.
— Я не верю, что Ребекка любит меня, и я прекрасно понимаю, что для нее это брак по расчету, как в принципе и для меня. Только вот брать с нее нечего — я пожал плечами.
— Ты любил ее? — спросила Эшли, пристально смотря в мои глаза.
— Я думал, что да…
Она невольно поежилась, как будто от холода, и я обнял ее сильнее.
— Когда я встретил тебя, то понял, что никогда не любил Беку — закончил я.
Мимолетная улыбка тронула ее губы, и я потянулся, что бы поцеловать Эшли, но она резко встала.
— Я принесу нам еще вина — сказала она, и вылезла из джакузи.
Она наполнила наши бокалы, и села обратно в пену.
Я подвинулся ближе к ней и посмотрел ей в глаза. Я должен видеть ее лицо, когда скажу ей это.
— Со мной никогда не было такого Эшли… я не знаю как это объяснить, но то, что я чувствую к тебе, не выразить словами. Ты должна чувствовать это, но если ты до сих пор не поняла этого, я постараюсь каждый день доказывать тебе это.
Теперь ее улыбка стала шире, и она потянулась, чтобы обнять меня. Я поцеловал ее в лоб и спросил:
— Как тебе отдыхалось без меня на Мальдивах?
— Ужасно — ответила она — Я не могла выбросить тебя из головы. Вообще, тот день, когда Ребекка ворвалась в твой номер в Нью-Йорке, до сих пор не выходит из моей головы.
— Прости меня, я должен был сказать тебе сам, но ты не давала мне шанса что-либо объяснить. Вообще я не должен был делать ей предложение, но на тот момент мне казалось, что так будет лучше для нас обоих.
— Кейт — прошептала Эшли — Она сказала тебе, то, что не должна была говорить. Она вообще не должна была лезть в мою жизнь.
— Ты слишком грубо обошлась с ней на свадьбе.
— Ник. она наговорила тебе кучу ерунды, в которую ты поверил. Как я должна была отреагировать на это?
— Я действительно должен был отвести тебя сам, а не давать эту чертову машину- я опустил голову, в надежде, что Эшли поймет, как я сожалею.
— Ты не виноват в этом Ник. Хватит винить себя за то, чего не совершал. В этом виноват Майкл, а не ты. Это Майкл похитил меня, и это он пытался меня убить. Он — не ты! — Эшли была заведена до предела, и я не хотел, что бы она злилась.
Я поцеловал ее, дабы она успокоилась. Затем я чуть отстранился и провел рукой по ее шраму на груди, он был совсем маленьким, но служил напоминанием, что этот чертов ублюдок сделал, а я позволил ему это сделать. Я наклонился и поцеловал шрам, и ее тихий стон, был одновременно знаком протеста, и одновременно знаком того, что она снова хочет меня. Я поднял ее на руки, и понес на кровать, что бы там, показать ей как сильно я скучаю, когда она не рядом со мной. Эту ночь, Эшли должна запомнить навсегда!