Ты моя! И это не обсуждается. Часть 1
Шрифт:
Когда комнату осветил тусклый оранжевый свет, страх темноты отступил, и теперь казалось, что я могу хоть весь дом облазить. Огонь подарил призрачную веру в то, что монстры и тени боятся света, а, значит, и не подойдут.
В кабинет я вошла, когда часы на главной башне на площади пробили час ночи. Света фонаря не хватало, чтобы полностью рассмотреть кабинет. Были видно только стол и потертый пыльный ковер.
Я зашла в кабинет, оставив дверь открытой на случай, если придется быстро уходить. Лампа едва мигнула, на мгновение погрузив меня в темноту, потом снова загорелась. Свет стал даже чуть ярче. Он выхватил из тьмы белую статуэтку на столе.
Если не ошибаюсь, то это именно так фигурка.
Я смутно помнила, как выглядит Посланник жизни. Помниться профессор рассказывал про него небылицы и страстно увлекался историей об этих созданиях. Он рассказывал, что Посланники – чистейшие существа, которые дарят людям веру в настоящие чудеса. Необыкновенное выздоровление, люди, спасшиеся чудом от смертельных ран, слепые ставшие зрячими, дети, которые по глупости залезали на деревья и падали с них, но не разбивались. По его мнению, это была их работа.
Я поставила фонарь на стол и притронулась к статуе, похожей на человека, только с большими орлиными крыльями и перьями вместо волос. Фигурка была удивительно легкой, когда я ее подняла. На дне, как говорил профессор, никаких тайников не оказалось.
Может, не та фигурка?
– И как ты открываешься? – прошептала я.
– Попробуй разбить.
Я вздрогнула всем телом. Фигурка выскользнула из моих рук и с грохотом упала на пол. Резко развернувшись, я увидела роса. Он стоял на пороге и с интересом рассматривал меня, светящимися в темноте зелеными радужками. За его спиной в коридоре стоял один из близнецов, чьи радужки светились красноватым светом.
Черноволосый рос вступил в комнату и стремительно подошел ко мне. Не успела я даже набрать в грудь воздуха, как он схватил меня за шею и заставил опереться спиной о стол. Давил рос не сильно. Я могла дышать, но показ силы выглядел внушительно.
– И как ты узнал, что она вернется? – со смехом в голосе спросил рыжий.
– Я знал, – завораживающим голосом ответил рос.
Его зеленые глаза светились в темноте, как у кошки, и гипнотизировали не хуже амулетов.
– Скажешь правду или продолжишь утверждать, что ты ни при чем? – спросил он меня, продолжая удерживать за горло. В его голосе слышались стальные нотки. Если бы он пошутил с таким голосом, не посмели бы рассмеяться даже близнецы-росы.
– Я просто пришла за амулетом, – ответила я.
В глазах роса мелькнуло удивление и… разочарование. Он, видимо, думал, что буду сопротивляться до последнего.
– Что за амулет?
– Чтобы связаться профессором Гройтом, – хрипло ответила, чувствуя, что рука роса заметно ослабила хватку.
Отдаленно в доме послышался шум. Кажется, кто-то вскрикнул, но меня опять же не волновало это. Мужчина сейчас привлекал куда больше внимания.
Зеленоглазый отпустил меня и поднял с пола фигурку Посланника жизни. Рос внимательно изучил ее, потом нажал на какую-то выемку и из донышка выскочила коробка размером в половину ладони.
– Вот это?
– Да.
Рос повертел в руках коробку, внимательно рассматривая ее. Когда он уже собрался открыть, я вскрикнула:
– Не открывай.
Мужчина замер и перевел на меня взгляд.
– Почему?
– Его нельзя открывать здесь, – вдохновенно соврала я, чувствуя, что правдоподобности в моей истории не больше, чем в историях про Посланников жизни. – Профессор оставил сообщение и попросил связаться с ним через амулет. А пользоваться им можно только при помощи специального устройства, которое находится в Академии.
Конечно же, никакого устройства там не было. Как и вся история была чистейшим враньем. Я искренне надеялась, что рос поверит и позволит мне покинуть дом.
– И ты думаешь, я в это поверю? – спросил он.
– Это правда.
Мужчина хмыкнул и поставил фигурку на стол. Коробку он все еще держал в руках, но открыть уже не пытался.
– А я-то уже разочаровался, – вдруг сказал он. – Подумал, что выложишь все начистоту. Единственная правда в твоих словах только то, что коробку действительно нельзя открывать. И почему?
Я пожала плечами.
– Тоже правда, – довольно кивнул тот.
Рос пытался манипулировать и это виднелось не только в его словах, но и в движениях.
В голове сложилась другая история, которая выглядела куда естественнее. Я чувствовала, что тот поверит и только собралась произнести вслух, как услышала:
– Отпусти меня, громила!
Зеленоглазый на некоторое время утратил ко мне интерес. В комнату вошел второй близнец. На плече он нес девушку, которая активно брыкалась и била роса по спине кулаками. Когда он опустил ту на пол, я готова была громко выругаться, потому что рыжий принес Мори.
– Что ты себе позволяешь?! – воскликнула она. – Так приличные люди не поступают!
Девушка обернулась, наткнулась взглядом сначала на зеленоглазого, потом на меня.
– О, Амелия, так вот зачем ты читала про росов.
По голове словно обухом стукнули. Тело покрылось холодным потом, а лицо вспыхнуло.
Глаза командира росов сверкнули в полутьме. На его губах появилась многозначительная улыбка. Он всем видом так и говорил: «Что? Интересовалась мной?»
Стоило бы развеять его самонадеянные мечты. Чистое любопытство – не более того.
– Мори, мы говорили с тобой об этом, – процедила я.
Рыжая округлила глаза и напугано посмотрела на зеленоглазого.
-Ой, прости, Амели.
Командир росов теперь интересовался исключительно мной. Он подкинул в руке коробочку и повертел ее в руках. Всякий раз как он так делал, мое сердце подскакивало в груди от страха. Что там лежит я не знала.
Он сжал в руке коробку и приблизился ко мне.
– Так, а теперь говори правду… Амели.
Я притворно потупила глаза и пожевала губы. Первое вранье не сработало, но второе должно было.
– Мне действительно профессор оставил сообщение, – глухо ответила я. – И попросил… Попросил отнести кое-куда.
– Так, – кивнул рос.
Видимо, верит.
– Это здесь недалеко.
Мужчина снова кивнул и спросил:
– Что за место?
– Это Храм Силы. Профессор передал мне, чтобы я ни в коем случае не открывала коробку. А принесла ее туда.
Лоб роса рассекла задумчивая морщина. Он пристально всмотрелся в мои глаза, пытаясь поймать на лжи.
– И кому отдала?