Чтение онлайн

— А ты куда поступил?

— Журфак, а ты?

— Мед.

— Пед.

— Машиностроение.

— А это где?

— А я в армию, не сдал.

— Лысым будешь!

— Кто-то хочет филе? Я мясо не ем.

Поток бурных вопросов и таких же бурных ответов накрывает всю зону столовой.

За другим столом кто-то громко засмеялся. Очень знакомый смех. Резко поворачиваю голову и цепляю из толпы знакомую белобрысую голову. Вадим.

— Ты чего? — спрашивает Даша, заметив, как я напряглась, и увидев Вадима, произносит, — Ох, ёжки!

Тут не ёжки, тут другим попахивает. Вадим, словно почувствовав на себе чужой взгляд, тоже поворачивается в нашу сторону. И его брови тут же ползут вверх от удивления. Он кривовато ухмыляется и снова отворачивается к своим.

Кружку в моих руках начинает подтряхивать, поэтому ставлю её на стол.

— Он один, Яна нет. — отчитывается Даша откуда-то издалека.

Он один. Яна нет. Яна нет. Яна нет. Это должно меня радовать? Черт его знает. Его нет. И так лучше для всех.

После ужина всей толпой выходим на берег. Парни притащили большие бревна. Кто-то сел на них, кто-то — на песок. В итоге все семьдесят человек уселись большим кругом у костра.

Огонь высоким сильным пламенем охватывает деревяшки, сначала словно слегка неуверенно, а потом все ярче и ярче. Всех поглотило какое-то романтическое настроение: пламя, рыжие счастливые лица и яркое звёздное небо. Совсем рядом шумят волны.

Кто-то взял гитару и начал петь. Так хорошо и душевно. Смотрю на друзей. Даша полулежа сидит рядом с Лешей, а тот её бережно обнимает за талию. Есть в этом жесте что-то иное, не совсем мне привычное. Надо спросить потом у Даши. Если мои догадки окажутся верными, то я буду очень рада за друзей.

Вдалеке слышится рёв мотоцикла. А потом звук шагов по песку.

— О, неужели! — кричит кто-то на другой стороне костра, нарушая блаженную тишину. И все взгляды устремляются мне за спину. Тоже оборачиваюсь.

Нет, только не это. Тело пробивает озноб.

— Пи****. — ругается Даша. Мда, он и есть.

Ян. Вот так вот полтора года не видеть его и встретить сейчас.

Меня он не заметил. Прошёл дальше по берегу и подсел к Вадиму, прямо напротив нас с Дашей и Лёшей. Надо бы уйти, сорваться с места и бежать без оглядки, да только я не могу даже пошевелиться или хотя бы отвести от него взгляд.

Ян отрастил лёгкую щетину. Совсем повзрослел... Казалось, стал еще выше и крепче, или я уже надумываю. Если я сейчас встану и уйду, это будет совсем глупо?

Ян о чем-то говорит с Вадимом. Они улыбаются, но затем лицо Яна в миг делается серьёзным. И уже через секунду взгляд его карих глаз впивается в меня. Я чувствую его каждой клеточкой своего тела.

Мы не виделись полтора года после тех событий. Полтора года ложного спокойствия и принятия. А сейчас он сидит напротив и смотрит прямо на меня, как на призрака. Что ж, мне тоже не верится в реальность происходящего.

Страшно ли мне? Нет. Меня трясет, но не от страха. Я и забыла каково это — быть объектом его внимания.

— Эль, уедем? — трясёт меня за руку Даша.

— Нет.

Я больше не собираюсь сбегать. Мы уже не в школе, да и прошло достаточно времени с тех пор. Я не могу позволить себе, чтобы он снова решил, что имеет надо мной хоть какую-то власть, что я боюсь его, думаю о нем. Встаю.

— Ты куда? — удивленно спрашивает подруга.

А я, обращая внимания на её обеспокоенный взгляд, взяв в руки кроссовки, иду босиком по песку в сторону домов.

Через какое-то время шум компании совсем исчезает. А я почему-то всё ещё стою у берега. Ноги повели. Я им доверилась. Смотрю в сторону моря, босыми ногами ощущая холодные порывы ночного воздуха.

Всего лишь два слова снова выбивают меня из равновесия.

— Я скучал.

Он сзади. Это точно он.

Глушу мотор и слезаю с байка. С тех пор, как Эля исчезла, каждый вечер проходит по одному сценарию — поехать в какой-нибудь клуб и упасть на дно.

Паршивое время… Когда все судебные разбирательства закончились, я, наконец, вернулся домой. От школы я временно был освобожден, поэтому в основном проводил все время у Бешеного в тренажерном зале. Две недели я не пересекался с Элей даже в подъезде. А потом узнал от матери, что она уехала.

Долго пытался убедить себя в том, что мне все равно. И вроде как убедил, пока однажды не столкнулся с ее отцом. Это было шестнадцатое декабря, день рождения Милы.

– Здорова. — поздоровался со мной Александр.

– Здравствуйте. — пожал в ответ руку, рассчитывая на то, что разговор закончен.

– Видел мать, вы…

– Да, на кладбище.

– Понятно. — поджав губы, кивнул он.

Делаю шаг к лестнице, как вдруг он снова меня окликает.

– Еще раз прими мои соболезнования. Мы все ее очень любили. Но наверное вам с Элей было особенно тяжело. Она до сих пор винит себя в том, что осталась дома и не пошла с ней. Знаю, что это может прозвучать ужасно, но я благодарен Богу за то, что она не пострадала.

Тело каменеет, медленно поворачиваюсь в его сторону.

– Осталась?

– Что? — рассеянно переспрашивает мужчина.

– Вы сказали, что она осталась дома.

– Аааа. Да, мы все той ночью проснулись от этой ужасной новости. Ну, бывай. — и за Александром хлопает входная дверь квартиры.

Выбегаю на улицу, мать с отцом уже ждут в машине, но я не могу сдвинуться с места. Звоню Вадиму.

– Але, ты уверен, что тогда ты видел именно Элю?

– Чего? — непонимающим тоном переспрашивает парень. — С чего такие вопросы?

– Отвечай, говорю! Ты точно видел Элю на берегу?

– Ну да.

– И лицо ее видел? Прям лицо?

– Ну вроде нет, она танцевала спиной ко мне. Ян, бл, с чего такие вопросы?

Мама сказала, что я плакал тогда. Не знаю, может. Я находился в не совсем вменяемом состоянии и ничего не помнил. Но на следующий день от осознания произошедшего мне стало невыносимо херово, температура подскочила до сорока.