Чтение онлайн

Я перечитала несколько раз, и все это время улыбалась. Хорошо, что мама не зашла в комнату, иначе бы все поняла по моему виду. Как это приятно нравиться кому-то по-настоящему, да так сильно. Наверное, похожее чувство испытывал и Кирилл, прочитавший мое стихотворение? Так вот, значит, как это иметь воздыхателя, который пишет тебе такие слова. Приятно, даже если ты ему не можешь ответить то же самое…

Но было кое-что в словах Глеба, что откликалось. «Компьютер ожил и больше не подчиняется инструкциям» — это как будто про меня и про мою неразделённую любовь.

Я перестала быть рабыней своих чувств, может, повзрослела, может, просто надоело. Вообще, чувства к Кириллу, раньше такие прекрасные, искренние начали перерастать в обиду — злую и несправедливую. Обиду за зря потраченные годы, время и исписанные строки в дневнике. Глеб, как противоядие от моей неразделенной любви, удерживал меня каждый день от того, чтобы постоянно не думать о Кирилле и не писать ему, как раньше.

Я даже начала думать, может, и не было моей первой влюбленности? Может, я выдумала ее от одиночества? Бывает ли вообще эта первая любовь? Или она только наши фантазии о ней, у нас в голове, фильм, который мы смотрим в детстве, а, взрослея, потом не понимаем, что хорошего в нем находили. Вот и сейчас мне стало как-то стыдно вспоминать себя прежнюю: например, как на его дне рождении полтора месяца назад мы играли в карты. Так и вижу себя, смущённо поправляющую волосы, краснеющую от каждого взгляда, я верила, что впереди только одно беспросветное счастье, и все мои даже самые безбашенные мечты сбудутся. Я играла в карты, а в мыслях примеряла фамилию Кирилла к моему имени. Я думала: как хорошо звучит. Полина Литвин. Хоть знаменитостью становись — псевдоним брать не придётся. А теперь — как будто это другая жизнь, все не со мной было.

Зато другая мечта пока ещё со мной. Хотя мы больше и не говорили с Еленой Сергеевной о поступлении на танцевальный, как-то незаметно мы с Катей начали оставаться после занятий и готовиться к творческому конкурсу, пригодится — не пригодится, потом разберусь. Я немного завидовала Кате, хотя многое у неё получилось и хуже, чем у меня, она все равно много трудилась, а ещё она собиралась на хореографический, и ее родители полностью ее в этом поддерживали. Я тоже старалась как могла. Даже мышцы не выдержали и начинали болеть, по утрам я просыпалась оттого, что икры ног сводило судорогой.

***

Где-то в начале декабря в школе на перемене ко мне подошла Кира.

— У меня скоро день рождения, придёшь? Собираюсь праздновать в «Чернильнице». Я не знаю, что меня удивило больше: то, что Рита приглашает меня на день рождения или то, что она собирается праздновать в самом дорогом танцевальном клубе города. Конечно, я заметила, что после того случая на улице она начала относиться ко мне немного по-другому: перестала говорить колкости, была вежливой, но чтобы пригласить на день рождения? Признаюсь, мне это польстило, и я ответила:

— Приду, спасибо за приглашение.

А вот Рите это совсем не понравилось:

— Ты с ума сошла, ей нельзя доверять, забыла уже, как она смеялась над «учительской дочкой», распускала слух про Кирилла? — пятый раз за день говорила мне Рита.

— Ты преувеличиваешь, ну что может случиться?

— Не знаю, у меня плохое предчувствие, мне это не нравится.

Но я убедила Риту, что, если мне что-то не понравится, я обязательно ей позвоню, и она прибежит меня спасать. После этого она успокоилась и перешла к своей любимой теме:

— Ну как там Глеб, что пишет? Письма ещё не приходили?

— Нет, но в соцсетях они не менее длинные, пишет да все то же самое: про учебу, про семью, про фильмы, про погоду.

Я всегда отвечала так, не вдаваясь в подробности. Конечно, Рита — моя лучшая подруга, но и она не рассказывает мне все разговоры с Вадимом дословно. Общаться с Глебом приятно, мне ни разу не пришлось вымучивать тему разговора. Он каждый день придумывал что-то новенькое. Например, на этой неделе стал скидывать мне песни его любимой группы Linkin park. Я раньше такое не слушала, а теперь мне стало нравиться. Вообще, с Глебом было как-то легко и просто говорить обо всем. Однажды он написал:

— Ты планируешь куда-нибудь переехать после окончания школы?

— Да, мечтаю учиться в Санкт-Петербурге.

— Красивый город, я был там, но климат мне не очень нравится, холодно. Я вот мечтаю открыть отель в Анапе, ну я тебе уже это говорил))).

Затем он спросил, как будто я маленькая девочка:

— А кем ты хочешь стать?

И я ему рассказала о своей мечте не задумываясь:

— Хочу заниматься танцами, танцевать самой или учить других — неважно. Главное, жить этим.

Глеб ответил «это потрясающая мечта, я думаю, у тебя все получится», после этого он стал мне нравиться ещё больше.

Я вспомнила, как я сказала то же самое Кириллу. И его ответ. «Зачем тебе этот хореографический, неужели ты хочешь работать за копейки с детьми?»

Я тогда не смогла ничего ответить. И очень долго мысленно возвращалась, прокручивала возможный ответ у себя в голове. Сейчас бы я ему ответила так: «Я люблю танцевать и хочу заниматься тем, что приносит мне радость. Даже если это не будет приносить денег».

Как хорошо, что хотя бы Глеб меня понимает, и ему не нужно ничего объяснять.

Рита хоть и была против того, чтобы я шла на день рождения к Кире, а все-таки помогала выбирать мне подарок. Торгово-развлекательный центр в декабре весь, как новогодняя елка, украшен игрушками. Шататься по магазинам мне нравилось, хоть у меня и был не самый большой бюджет. У нас с Ритой давно появилась своеобразная игра: если мы не могли что-то себе купить, мы представляли, как вернёмся за этой вещью спустя несколько лет, когда сами будем зарабатывать (конечно, очень много зарабатывать). Я остановилась на наборе косметики за тысячу рублей. Пудра, помада, тушь, лак для ногтей. Кира любила краситься, ей должно понравиться. Если бы мне подарили такое, пожалуй, только помада успела бы закончиться до окончания срока годности, все остальное бы упрело прежде, чем я успела бы этим воспользоваться. Наверное, сейчас такие, как я, — вымирающий вид, даже Рита не представляет себя без накрашенных ресниц.

В семь часов вечера в назначенный день (пришлось отменить тренировку по танцам и долго-долго упрашивать маму отпустить меня на день рождения) я несла эту коробочку в место, куда раньше не ступала моя нога. Было страшно и странно. Кира пригласила только меня из класса. Я знаю, что на неё за это обиделась Алла — девочка, с которой она вроде как сдружилась, но на день рождения почему-то не пригласила, не пригласила она и Стаса — тоже нашего одноклассника, который бегает за ней с первого сентября и зовет на свидания, пару раз, тоже по слухам, они все-таки куда-то сходили, а на день рождения иду только я. Хотя мы перекидывались всего парой фраз. Чем ближе я подходила к кафе, тем больше таких мыслей было у меня в голове. Почему я? И чего я раньше не спросила, может, Рита права, и это, правда, какая-то подстава? Перед самой дверью я уже хотела развернуться, набрать Ритин номер и побежать домой, но дверь открылась и милая девушка ласковым голосом спросила «Вы на день рождения? Проходите».

Я сдала куртку в гардероб и начала озираться по сторонам, все та же девушка вызвалась меня проводить.

— Вы к Кире, правильно? Я вас провожу.

«Вас» резало мне слух, нечасто так ко мне обращаются.

Мы поднялись по лестнице и завернули, девушка открыла мне дверь в комнату и остановилась, вытянув руку, приглашая меня идти дальше одной.

Я зашла, колени мои почти тряслись, я и сама не понимала, чего же я боюсь.

Громко играла музыка, в комнате был приглушённый свет. Мои глаза ещё не привыкли к темноте, но я заметила, что в комнате много народу.