Чтение онлайн

— Вета, Гош? Вы где?

Чего я никак не ожидал, так это Гошана, который бегом выбежит из гостиной, цокая когтями по полу, и будет кричать:

— Подрруга, подрруга.

Пернатый с ума сошел? Какая я ему подрруга?!

— Гошан, ты чего? Вета ушла, что ли?

— Рругается, ух!

Чего? Вета на него ругалась? Да быть не может, она эту куропатку искренне и нежно любит. Что у них тут произошло?

Ведомый необъяснимой тревогой, зашел в свою комнату и замер на пороге. Рыжик, свернувшись клубком, лежала на диване и тихо плакала, рядом с ней лежал шприц и ампула с каким-то лекарством. А стоило попугаю запрыгнуть на спинку дивана, как она простонала:

— Гош, отстань от меня, уйди!

Гошан не обрадовался такому обращению и запричитал:

— Чего ругаешься? Гоша хороший, чего ругаешься?

Он топтался, цепляясь когтями за обивку дивана и однозначно портя ее, но было видно, птица реально волнуется и переживает за свою подругу, а та даже не смотрит в его сторону. Только тихонько всхлипывает и все больше зажимается в комок.

Отложив цветы, подошел к дивану и присел рядом на корточки.

— Вет, маленькая, что случилось? — осторожно погладил пальчики, сжатые в кулак. — Что болит?

Распахнув синие глаза, Вета, не видя, уставилась перед собой.

— Диим, Дима.

Она была такой несчастной, сердце разрывалось на куски при взгляде в эти затуманенные болью глаза. Ну что успело произойти за то время, пока я мотался по городу?

— Веталинка-корзинка, давай признавайся, что случилось?

— Живооот болит, сильно… и сам ты корзинка!

Ну, огрызается, значит, не помирает, уже хорошо!

— Конечно, я тоже корзинка-Димка, даже спорить не буду. Что с животом?

Погладил ее, как маленькую, по голове, стараясь отвлечь от боли. И взял в руку ампулу. "Кетарол" — ясно-понятно, сильно болит живот.

— Он всегда так болит…

Очень информативно, угу. Ушел из дома — у нее ничего не болело, пришел, а тут комок боли на диване. И что у нас?

Прикинув, от чего чаще всего у девушек болит живот, тихо выругался. Любимая болезнь моей сестры: "Иди сюда, я хочу крови, плакать и на ручки". Вот в такие моменты начинаю особо ценить друга у себя в трусах.

— Понял, тяжелые времена для мужчин в доме наступили. Что со шприцом?

— Укол надо сделать, — прохныкала эта мисс Очевидность, — а я не могуу.

— Почему не можешь? — правда не понимаю, что сложного воткнуть себе в ногу шприц, если уж в попу неудобно.

— Я их боюсь.

Все, приплыли!

— Так, я сейчас шприц набираю, укол тебе делаю, а чтобы ты не боялась, буду извиняться за свое поведение, договорились?

Волшебная фраза, на сестру тоже всегда действует. Главное, информацию выдавать дозированно, и тогда женское любопытство победит все, даже ежемесячные боли.

Вета смогла разогнуться и вполне осмысленно на меня посмотреть.

— Извиняться?

— Да, очень сильно.

— Зачем? Ты, вроде, ни в чем не виноват.

— Вот начну и все узнаешь, лежи пока, страдалица!

И не дожидаясь вопросов, уже готовых сорваться с ее языка, ушел в ванную, прихватив с собой шприц с лекарством. Незачем ей смотреть, как я буду набирать его.

Ну что я могу сказать, тыкать иголкой в живого человека, боящегося этой самой иголки, то еще удовольствие. Никакие мои уговоры не помогали — Вета боялась, стеснялась, зажималась и страдала. Но таки повернулась ко мне своей очаровательной попкой и сдалась. А я, под бдительным взглядом Гоши, чуть не поседел, пока ввел чертовы два кубика лекарства. Так и ждал, что он сейчас долбанет меня своим клювом!

Зажав ватку резинкой спортивных штанов, закрыл иглу колпачком.

— Вот и все, все живы и скоро будут здоровы.

Вета молчала и даже не шевелилась. Хотя, она и во время неприятной для нее процедуры молчала, маленький боец.

Сходил выкинул шприц и вернулся к ней назад, присев рядом. Она все так же лежала, отвернувшись к спинке дивана, и, кажется, даже не поменяла позу.

— Эй, рыжик, ну ты чего? — положил ладонь ей на ноги и слегка погладил, привлекая внимание.

— Ты меня обманул! — прогундосила, не поворачивая головы, вредина. — Ты хотел извиняться за плохое поведение и обманул!

Ну, собственно, логика сотого уровня. Кто-то уже забыл свое искреннее удивление на эту уловку. То есть десять минут назад она утверждала, что мне извиняться не за что, а теперь я ее обманул. Класс!

Тихо посмеиваясь, сгреб малышку и посадил ее к себе на колени. Немного повозившись, Вета доверчиво прижалась ко мне и, спрятав заплаканное личико на плече, затихла. Вот так-то лучше.

— Почему обманул, до этого повода не было, теперь есть. Извини меня, пожалуйста! Я не хотел делать тебе больно, наоборот, хотел, чтобы тебе стало лучше. Честное слово, у меня были совсем другие планы на вечер, — убрав рыжие пряди, освободил розовую щечку и поцеловал ее мягким, едва заметным поцелуем. — Я тебе, кстати, цветы принес. Красивые.

— Правда?

— Правда-правда, хотел сделать тебе приятно и извиниться за своих предков. Они хорошие и о тебе волнуются, просто ошиблись.

— Да, они у тебя классные, — Вета потерлась щекой о мое плечо, вроде как покивала. — Алла Ивановна мне объяснила свои мотивы, я ее поняла. Трудно обижаться на тех, кто проявляет к тебе участие, даже таким странным образом.

Веталинка подняла голову и внимательно посмотрела на меня.

— Димка, а ты долго меня тут еще терпеть будешь?

Не понял, о чем речь. Терпеть на своих руках или в квартире? Первое — пока не надоест, а судя по тому, как мне приятно держать ее в руках, надоест ооочень нескоро. А второе, пока ей нужен будет дом, я ее не смогу выгнать. Вопросительно выгнул брови — пусть сама пояснит свои мысли, пока я тут не ляпнул что-нибудь лишнее.

— Ну, я так много хлопот доставляю, друзья мои придурочные, непонятки с твоими родителями, с Ромкой ты поссорился, тетка еще моя завтра приедет…

— Ах да, у нас же еще и тетка в расписании. Мне стоит волноваться?

— Да нет, она хорошая, — Вета тут же переключилась на этот вопрос, закончив поток самокритики, — строгая просто, правила любит, ну, командовать немного, но меня любит, правда. Так что все будет хорошо.

— Ведьма! — Гоша влез со своим комментарием, и вызвал им массу возмущения у своей эмоциональной хозяйки.

— Неправда! Ди хорошая, просто вы с ней не дружите! — Вета посмотрела на меня. — Дим, она своеобразная, жить с ней в одном доме тяжело, потому что ей нужна дисциплина, но она правда неплохая! Она работала директором в лицее для девочек, конечно, привыкла, что ее слушаются, а я слишком упрямая. Поэтому не хочу к ней возвращаться, а не потому, что она… ведьма. Не обращай внимания на Гошу!