Ты не сказала о сыне
Шрифт:
— Ты купила платье? — строго интересуется Малинин.
— Да. Только что вышла из магазина.
— А туфли?
— У меня есть белые туфли на каблуке. Они подойдут к платью.
— Хорошо. Я был в загсе. Сотрудники пошли нам навстречу. Завтра в шестнадцать часов нам устроят небольшую торжественную церемонию в малом зале.
— Торжественную? Ух, ты!
— Ты рада?
— Очень.
— Романова сказала, что на работе с 15 часов нас подстрахуют. Так что все получится.
— Охх, — от волнения у меня дрожат руки. — Маме надо позвонить!
— Позвони. У Андрюши есть что-то красивое надеть на церемонию?
— Смотря, что ты имеешь ввиду…
— Ясно. Заедем вечером в детский мир.
— Ладно.
Я вдруг улыбаюсь. Вся эта суета уже не кажется ненужной. Все же, торжественная церемония — это совсем другое дело! И платье будет очень кстати.
Я усаживаюсь за руль своей машины. Ловлю себя на мысли, что подсознательно хотела торжественную церемонию. Просто боялась признаться в этом самой себе.
Даша открывает переднюю дверцу и забирается на пассажирское сиденье рядом с водительским. Отпивает глоток лимонада.
— Пристегнись, мы едем обратно на работу, — командую я. На миг откидываюсь на сиденье и снова улыбаюсь. Как же хорошо!
… Вторник. Шестнадцать ноль-ноль.
В холле почти пустого городского загса начинают собираться люди. Я с замирающим сердцем прижимаю букет невесты к груди. Рядом мама и Артем. Брат в кресле, но он тоже сегодня в костюме. Не хватает Даши Калининой. Она очень хотела прийти на церемонию, но Романова оставила ее дежурить в отделении.
Андрюшка довольно рассматривает себя в зеркало, что встроено в одну из колонн. Малинин подобрал ему белоснежную рубашку и галстук, а волосы нашему мальчику уложили гелем. Они с Андреем теперь так похожи! Сразу понятно, что это отец и сын.
Я поправляю прическу, одергиваю платье. Нервничаю.
В холле показывается маленькая девочка в пышном розовом платье. Она бежит по холлу, цокая каблучками маленьких туфелек.
— Папа, кто это? — Андрюша изумленно рассматривает незнакомку.
— Я Маша! — громко кричит маленькая гостья. — Маша Кулагина!
И бежит, бежит вперед по холлу, успевая покружиться.
Наш маленький кавалер растерянно смотрит на нас, а потом срывается и бежит за ней следом.
— А я Андрей! Синичкин! — кричит также громко.
— Малинин, — поправляет его отец.
— А? — малыш непонимающе оборачивается. — почему малина? Я не малина! Синичкин я….
Мы с Андреем переглядываемся. В глазах замешательство.
— Ещё привыкнет, — успокаивает нас моя мама. — Просто ему нужно время, чтобы принять новую фамилию.
Вслед за девочкой в холле появляются Кулагин и Романова. Дима в светлом костюме, Тамара Денисовна в черном вечернем платье — она носит траур по отцу.
— Малинин, не верю, что это наши с тобой дети! — восхищенно произносит Романова. — Лена, ты красавица! Так держать.
— Спасибо, — улыбаюсь смущенно. Я не ожидала, что Романова решит прийти на нашу свадьбу. А она пришла.
Кулагин сдержанно пожимает Андрею руку.
— Мне звонил управляющий рестораном. Банкетный зал будет готов в пять часов вечера, — сообщает деловито.
— Ой, а мы фотографа забыли? — спохватывается моя мама.
— А мы сами устроим фотосессию, — подмигивает нам с Малининым Тамара Денисовна. — У меня отличная камера в телефоне.
Я с благодарностью киваю. Почему-то жутко волнуюсь.
Двери малого зала распахиваются, приглашая войти. Оттуда выглядывает сотрудница загса. Улыбается нам.
— Дорогие жених и невеста! Дорогие гости! Приглашаем на торжественную церемонию бракосочетания Андрея и Елены! — сообщает громко.
Мы с Андреем переглядываемся.
Беремся за руки и ныряем в двери. Гости ловят наших маленьких непосед за руки, идут следом.
Сотрудники Загса нам улыбаются. Играет красивый вальс.
Церемония бракосочетания начинается.
Я едва дышу. Верю и не верю, что все это происходит со мной. Малинин заглядывает мне в глаза. Уверенно подставляет мне свой локоть, и дальше мы идем уже под руку.
Торжественная музыка, красивая речь сотрудника, наши клятвы.
«Согласны ли вы, жених…»
«Согласны ли вы, невеста…»
Андрей берет с подушки обручальное кольцо и надевает мне на безымянный палец правой руки. Я делаю то же самое. Руки немного дрожат, но я справляюсь.
«А теперь можете поцеловать невесту…»
Андрей склоняется ко мне и целует в губы.
— Дальше вместе? — шепчет тихонько и испытующе смотрит мне в глаза.
Я киваю.
— Только вместе.
Он — мой маяк. Моя самая большая любовь.
Руки соприкасаются. Их украшают два обручальных кольца. Мы женаты.
— Поздравляем, Андрей! Лена!
— Леночка, поздравляю вас! Счастья вам! — растроганно шепчет мама, и мы с ней обнимаемся.
— Лен, поздравляю, — Артем протягивает мне букет розовых роз. Раскрывает свои объятия.
Я прижимаюсь к нему. На глаза наворачиваются слёзы.
— Спасибо, братик.
— Нам с мамой будет не хватать вас с Андрюшкой, — шепчет тихонько он и грустно улыбается.
— Горько! Горько!
Мы с Андреем переглядываемся. Снова целуемся. Кулагин снимает все на видео.
Я скольжу по их с Романовой паре взглядом. Все же они семья. Пусть странная, непонятная — но семья.
Малинин внезапно подхватывает меня на руки и выносит из зала в холл. Я вскрикиваю, прижимаюсь к его крепкой груди, вдыхаю аромат его мужских духов, терпкий, истинно мужской запах кожи, и млею. Сердце взрывается радостным стуком: я его жена!
— Я теперь Малинина! — кричу громко и машу свидетельством о браке. И так много счастья в этом вскрике.
— Горько! Горько! — кричат нам со всех сторон. — Целуй жену, Андрей!
Мой муж притормаживает. Ставит меня на ноги. Смотрит в глаза с пронзительной нежностью, а потом обрушивается на мои губы страстным поцелуем.
— Горько! Горько! — раздается вокруг снова и снова.
Вылетают пробки из бутылок шампанского, резвятся дети, взрываются аплодисментами наши немногочисленные гости.
И вот уже свершившийся факт: мы с Андреем — семья.
Глава 40