Чтение онлайн

— Бабуль, я хотела с тобой поговорить, — взяла ее морщинистую, как печеное яблоко, ладонь в свои руки и настроилась, — тебе нужна операция, несложная, — последнее слово выделила, — эта процедура платная, поэтому, я должна буду выйти на работу. Прости, но по этой причине, я буду реже тебя навещать

— Дочка, — так всегда называла меня бабушка, — ты чего, какая операция? В моем возраста операция на сердце? Нет, я лучше таблетки попью, буду делать все, что скажет врач, но только не операция, тем более — платная.

— Бабуль, не капризничай и не волнуйся так, там сердце даже не тронут, установят какой-то аппарат для стимуляции, да и в каком-таком возрасте? Тебе всего-то 63, ягодка совсем, — широко улыбнулась, чтобы как-то разрядить обстановку, — а на счёт оплаты не переживай, не такая уж и большая сумма, во всяком случае, если дело касается твоего здоровья…

— Да какое уж у меня здоровье, — ворчит и машет на меня рукой, а я упрямо продолжаю:

— Не перебивай, впереди лето, я устроюсь на работу и нам будет полегче, давно уже собиралась, поэтому даже не хочу слушать возражений

Про то, что операцию нужно делать как можно скорее — умолчала и про то, что собираюсь работать в ночном клубе — тоже. До осени я ждать точно не собираюсь, а поэтому, деньги нужно заработать прямо сейчас и единственное место, где я их смогу быстро заработать — это ресторан- клуб «Бродвей», в который я иду на собеседование уже сегодня.

— Какая ты у меня упрямая, вся в отца, — улыбнулась сухими, тонкими губами и вновь взглянула на меня своими добрыми, серыми, как облако дыма, глазами.

После, мы разговаривали на разные темы, про учебу, про больницу, про цветы, которые остались дома без бабушкиного контроля, я, положа руку на сердце, пообещала за ними старательно ухаживать. Время шло, а я уже украдкой поглядывала на часы, чтобы не опоздать на собеседование и, как мне дала понять Светка, если меня примут, то я уже сегодня останусь на ночную смену. С бабушкой хотелось побыть подольше, но прикинула время, пока доберусь до дома, переоденусь, соберусь и найду нужный адрес, поняла, что нужно выдвигаться.

Дома вывернула весь свой скудный гардероб и пыталась выбрать из всего этого, как сказала однокурсница — «что-то поинтересней». Что может быть интересного в шкафу у Вали Лопушок, которая все время ходит в джинсах и кроссовках?

Я посмотрела на все своё скучное шмотьё, с отчаянием выдохнула, но потом взгляд упал на красивую пыльно-розовую блузку, с глубоким квадратным вырезом и рукавами буфами. Кажется, эта вещь была единственная в моем гардеробе, которую я могла бы надеть на сегодняшнюю встречу. Я несмело взяла вещь в руки и неохотно вспомнила, откуда она у меня появилась.

Мне ее прислала мать, в качестве подарка на Новый год. Я сначала очень обрадовалась тому, что она наконец-то вспомнила обо мне и была по-настоящему рада красивому подарку, особенно, было приятно, что она угадала размер. Вещь была дорогая, я заметила это по ярлыку и по качеству ткани, но потом, когда я позвонила ей, чтобы поблагодарить, выяснилось, что изначально, она купила ее для себя, просто потом немного поправилась и решила отправить ее мне, раз уж не подошла. Тогда было очень обидно слышать, как она просто об этом говорит. Впервые в жизни, я почувствовала, что мать хотела сделать для меня что-то приятное и тут же эта иллюзия растворилась в ее словах, оставляя лишь осадок разочарования.

Я до сих пор ее так и не надевала. Когда узнала, почему она прислала ее мне, со злостью запихнула в самую глубину шкафа и больше не вспоминала.

Вот и пригодилась. Вместе с ней надела обычную чёрную юбку, в которой иногда появляюсь в университете на торжественных мероприятиях и чёрные балетки. Волосы сначала закрутила в привычную луковку, потом немного подумала и распустила, взглянула на себя в зеркало и, в конечном итоге, решила завязать высокий хвост. На дворе середина мая, стоит тёплая погода, но все-таки возвращаться буду, либо вечером, либо рано утром, недолго подумав, запихнула в рюкзак свой джинсовый пиджак.

Готово. Время уже много, боюсь опоздать, если по навигатору не сразу удасться отыскать нужный адрес, поэтому решила, что первый раз поеду на работу на такси, а там уже сориентируюсь, до какой остановки мне нужно будет в следующий раз ехать и как долго от неё идти.

Клуб «Бродвей» встречал яркой неоновой вывеской, кричащей о статусе заведения. На пороге стояли два серьезных, с устрашающим видом, охранника. Я поправила юбку, пригладила волосы и, откашлявшись в кулак, подошла к входу:

— Здравствуйте, я к Алику на собеседование

— Проходи, — сказал один из них с кирпичным лицом без единой эмоции, открыл дверь и рукой указал направление, — на лево и чёрная дверь справа.

— Спасибо, — поблагодарила и быстро юркнула внутрь.

Вечером тут уже во всю играла музыка, танцпол и столики находились справа, заметила краем зрения, что народу в клубе не так много, наверное, основания часть приходит уже ближе к ночи, когда веселье в самом разгаре. Направилась туда, куда указал здоровый верзила и постучала в чёрную дверь.

Дверь открыл мужчина лет тридцати пяти, с длинными, до плеч волосами. Медленно огладил меня взглядом с ног до головы и обратно:

— Ты Валя?

— Здравствуйте, д-да, — ответила, едва справившись с волнением и, встрепенувшись, выше подняла подбородок, чтобы казаться более уверенной.

— Проходи, — он шире распахнул дверь и смотрел на меня уже с загадочной улыбкой.

Я вошла в кабинет, бегло скользнула по нему взглядом — небольшой, вполне уютный, в темных тонах. У окна стоял стол с ноутбуком, вдоль одной стены стеллажи с документами, а вдоль другой — чёрный, кожаный диван, на который мне указал Алик:

— Садись. Света тебе все объяснила?

Ничего конкретного она мне не говорила, только то, что я буду работать официанткой, но я почему-то кивнула.

— Ну и отлично, — с выдохом хлопнул и потёр ладони, — в общем, ничего сложного, приносить заказы и всегда улыбаться, главное, запомни, что гость нашего клуба всегда прав. Ты должна сделать все, чтобы он остался доволен, никогда не пререкаться, не хамить, ну, про улыбку я уже сказал — это главное и основное правило.

Я сидела, внимательно слушала и кивала болванчиком, пока долговязый Алик говорил и одновременно доставал что-то из большой коробки, возле стола. Потом он повернулся ко мне, протянул прозрачный пакет, в котором лежало что-то чёрное: