Чтение онлайн

— Мои родители всегда говорили мне, что я не достойна любви. Я все время слышала от них, что любовь — это привилегия, доступная лишь тем, кто заслуживает ее. А теперь… — она вздыхает, глаза ее блестят от сдерживаемых слез. Я чувствую, как тоска медленно оседает в груди. — А теперь я не уверена, что я достойна. Мне кажется, у нас с тобой ничего не получиться. Поэтому Илья, пожалуйста, давай не будем ничего менять.

Я остро ощущаю, как мое сердце сжимается от ее слов. Тишина окутывает нас, и лишь звуки улицы из открытого окна нарушает ее.

— Полина, — твердо, но мягко начинаю я. — А я хочу все поменять.

— Илья…

— Нет, послушай, — я провожу ладонью по ее лицу, поднимая подбородок, чтобы помочь ей встретиться с моим взглядом. — Ты заслуживаешь все, о чем мечтаешь. Ты не должна слушать эти голоса из прошлого. По сравнению с настоящим они — ничто. Я вижу, какая ты замечательная, талантливая, отзывчивая. Я хочу быть с тобой, несмотря на все твои сомнения.

— Илья, ты не понимаешь…

— Так объясни.

В ее зеленых глазах замечаю борьбу страха и надежды.

— Илья, мне хорошо с тобой, правда. Но я не могу точно сказать, что это значить, — ее взгляд наполнен противоречивыми эмоциями. — Я не знаю, что делать мне со своими чувствами. Я не хочу мучить тебя.

— Мучить?

— Я не способна сделать тебя счастливым.

— Кто тебе такое сказал?

Полина замолкает и отводит взгляд.

— Понятно, — киваю. — Твои родители.

Она сжимает губы, пытаясь удержать слезы. В этот момент я понимаю: слова ее родителей глубоко сидят в ее голове, словно шрамы, которые не заживают.

— Малышка, ты достойна счастья. Достойна быть любимой, — быстро целую ее в макушку. — Разреши себе быть счастливой.

Полина поднимает на меня свои глаза, и между нами разыгрывается молчаливый диалог. Я вижу, как она с каждой новой секундой борется с собственными демонами, и в этом поединке надежда медленно побеждает страх и сомнения.

— Как же раньше было проще, — она слабо улыбается. — Презирали друг друга, и обходили стороной. А одна новогодняя ночь и все. Стою напротив тебя, почти реву и меня разрывает от чувств, от которых я пыталась убежать.

Я расплываюсь в улыбке.

— Малышка, во-первых, я тебя никогда не презирал, этим занималась только ты, — слегка задеваю своим пальцем кончик ее носа. — Во-вторых, в Новый год исполняются самые сокровенные желания.

Она коротко смеется.

— Ты сейчас сказал, что ты был моим новогодним желанием?

— Это ты сама сказала, когда рассказала про список своих желаний.

— Дурак.

— То есть ты загадала меня, а дурак я?

— Я тебя не загадывала, — я слегка наклоняю голову в бок. — Что? Я загадала ночь с хоккеистом, а не тебя.

— Но я же хоккеист.

— Это совпадение.

— Это самое лучшее совпадение.

— Даже так? — Полина удивленно смотрит на меня.

— Да, я хотел тебя, как только увидел на паре в том темно-зеленом платье с длинными рукавами.

— Это же было на первом курсе.

— Да, — улыбаюсь. — Я и говорю, как только увидел тебя.

Ее губы расплываются в улыбке, и это лучшее, что я видел.

— Мне было девятнадцать, и я понимал, что придется приложить уйму усилий, чтобы затащить тебя в постель. Тогда я решил даже не пытаться, ведь зачем мне гордая, хоть и невероятно горячая брюнетка, когда рядом есть доступные.

— Жестко.

— Зато честно.

Полина смотрит на меня, и в ее глазах читается искра доверия. Похоже, надежда все же одерживает победу над страхом и сомнениями. Мы замолкаем, и в этом молчании я чувствую острое желание поцеловать ее.

— Илья, — произносит она, и я ощущаю, как ее голос снова дрожит. — Почему это так сложно?

— Это временно, малышка.

— Что будет дальше между нами?

— Честно? Я не знаю, — говорю твердо. — Но я хочу быть с тобой. Уверен, ты тоже хочешь, чтобы я был с тобой.

— Дурак, — она слегка бьет меня ладонью в грудь.

— Может быть, — ухмыляюсь. — Но я хочу попробовать всю прелесть серьезных отношений. Малышка, я так устал игнорировать свои чувства к тебе, что нет сил. Не хочу бороться с ними.

Полина затихает, а затем, словно все ее эмоции находят выход, она произносит:

— Но я не уверена, что у меня получится.

Я хмурюсь, но она не дает мне ничего ответить, продолжая:

— Постоянные ссоры моих родителей остались в моей голове и наложили отпечаток на моем представлении о любви и отношениях, — глаза у нее блестят от слез. — Я не хочу повторять их судьбу. Ругаться, ужимать и унижаться.

В знак поддержки, чуть сильнее сжимаю ее ладонь.

— Я не хочу, чтобы жизнь превращалась в бесконечное поле битвы, — говорит Полина, вытирая слезы с щеки. — Я хочу спокойные и теплые отношения. Хочу находить в друг друге опору, а не врагов. Каждый раз, когда они кричат друг на друга или даже на меня, я чувствую, как внутри меня гаснет свет. Мои представления о любви изломаны, в них слишком много боли и так мало надежды.

Полина не сдерживается, и слезы начинают литься по ее щекам.

Я тут же притягиваю ее к себе, обнимая. Я чувствую, как ее тело начинает дрожать от слез. Нежно прижимаю малышку ближе, я осторожно начинаю двигать нас по кругу, словно в танце, чтобы смягчить острые углы нашего разговора.

— Что ты делаешь? — спрашивает она сквозь слезы, но все равно прижимается щекой к моей груди, обнимая меня.

— Пытаюсь отвлечь тебя от дурацких мыслей, — отвечаю я, стараясь произнести эти слова с легкость, даже если в моем сердце полно переживаний.

Сквозь тюль виднеются ясные контуры заката, которые раскрашивает небо в глубокие синие и оранжевые тона.

— Знаешь, — начинаю я с нежностью, — когда я смотрю на тебя, вижу сильную девушку. И даже когда ты сомневаешься в себе, я все равно восхищаюсь тобой.

— Ты говоришь это, чтобы утешить меня, — неуверенно отвечает она.

— Нет, Полина. Я говорю это, потому что это правда. Ты заслуживаешь как любви, так и того, чтобы быть любимой. Тот, кто искренне любит и уважает тебя, никогда не заставит тебя чувствовать недостойной.

Малышка прижимается ко мне ближе, и все внутри меня теплеет. Мы продолжаем танцевать в тишине, и ее вздох слышится особо остро.