Ты - сильнее воды
Шрифт:
«На Балтийском море я плавал у берега на автомобильной камере. Показалось, что сносит в море…»
Такое в самом деле случается с теми, кто любит плавать в море на камерах. Имея большую поверхность и мало погружаясь под весом человека, они легко скользят по воде, и поднявшийся с берега ветер действительно может далеко угнать незадачливого морехода. Однако его плавсредство обеспечивает долгое и комфортабельное путешествие, пока он сам не вернется к берегу или на помощь не придет береговая служба.
Надувные матрацы столь же легко скользят по воде, но они неустойчивы и часто переворачиваются вместе с человеком. Об этом не стоит забывать тем, кто плавает плохо или совсем не умеет плавать. Зарегистрировано много случаев, когда люди, не умеющие плавать, устраивались на таком передвижном лежаке загорать, подгребая руками, как веслами, отплывали от берега и при резком движении внезапно опрокидывались вместе с матрацем. Казалось бы, никакой опасности здесь нет: если не удается из воды забраться на матрац, можно держаться за него сколько угодно долго и плыть или ждать помощи. Но как часто, растерявшись, люди тут же погибали! Разве не страх убивал их?
Незнакомое место, илистое дно. Пожалуй, ничего удивительного нет в том, что неприятно шагать по илистому дну. «Вызывает отвращение вязкое, илистое дно, водоросли…»
«У меня страх не перед самой водой, а перед неизвестной глубиной водоема и качеством его дна. Ведь даже дно бывает разное: ямы, колья, битое стекло и прочая дрянь».
Надо заметить, что в реках с тихим течением или в протоках, где вода движется медленно, дно у берега нередко оказывается вязким, илистым. Однако дальше, где пловцу будет уже по пояс и выше, дно чаще всего песчаное. Объясняется это тем, что вода, скорость которой нарастает от берега к фарватеру, уносит частицы ила с песчаного русла, откладывая их в местах гаснущего течения.
Спору нет, конечно, идти по песку приятнее, но стоит ли отказываться от купания лишь потому, что не хочется входить в воду из-за противного топкого дна? А как действовать, чтобы меньше увязать в иле, чтобы не повредить ноги, ступая по дну, усеянному острыми камнями или битым стеклом?
Обычно в подобных местах люди заходят в воду, ощупывая ногой, куда бы ступить дальше, балансируя и теряя равновесие. А ведь можно сделать проще: лечь на воду и, даже если очень мелко и нельзя свободно плыть, продвигаться вперед, перебирая руками по дну. Так же, на руках, можно вернуться назад, к самой кромке берега. Есть и другой способ преодолеть захламленное дно: зайдя в воду по колено, лечь и проплыть несколько метров на спине или на животе.
а) и б) чтобы не поранить ноги на каменистом или захламленном дне, нужно, войдя в воду, присесть и сразу от берега плыть на спине или на животе; в) выходить на берег в таких местах надо, тоже погрузившись в воду, и встать на ноги лишь тогда, когда руки начнут задевать дне.
Непогода, сумерки, темнота. «Когда я переплывал реку Белую, где-то на ее середине меня застала внезапно разыгравшаяся гроза. Я чуть не утонул, испугавшись волн, грома, дождя. Кое-как доплыл до того берега, вышел, отдохнул. Когда плыл назад, возникли судороги ног…»
«Часов в девять вечера отплыл я от берега. Быстро стемнело, я потерял на мгновение ориентировку, не увидел берега. Дикий страх обуял меня в море…»
«Мы с мужем спустились к морю. Уже темнело. Вода была прохладная, на пляже — никого. Разделась, нырнула, проплыла метров 30, и вдруг меня охватил не страх — ужас! В темной воде мерещилось что-то пугающее, неведомое, враждебное. Пыталась себя успокоить: «Мадам, вы же знаете философию и математику, хорошо плаваете!» Но тщетно. Судорожным рывком развернулась и, как могла, быстро поплыла к берегу. Стыдно было. Следующим вечером повторилось то же самое…»
Разве не доводилось вам слышать восторженных повествований о ночных купаниях при луне, когда вода особенно тепла и из нее не хочется выходить? Попробуйте поплавать в таких условиях, чтобы потом не бояться заплывов в темноте, если к этому вынудят обстоятельства.
Суеверия, предрассудки, неосознанные внушения. «Люди тонут и от предрассудков, — пишет один читатель. — Вот мне цыганка нагадала, что я утону в 15 лет на любимой реке. Вспомнил ведь я ее пророчество и был именно поэтому близок к гибели, да спас юмор…»
«Цыганка мне нагадала бояться воды и высоты», — вторит другой.
К сожалению, в арсенале гадалок действительно есть и предсказания вроде «бояться тебе воды всю жизнь» или «примешь ты смерть от воды, утонешь, если не будешь беречься». Скажут они такие слова — и падает зернышко сомнения на почву суеверий. Застрянет в голове мысль об опасности, об угрозе воды, чтобы объявиться потом в критической ситуации — «Доплыву ли?» Нет уж, приучайте себя лучше к оптимизму, чем к сомнениям. Пусть будет у вас в заплыве готовая контрфраза для этого момента: «Конечно, доплыву!»
Предсказания гадалок являются таким анахронизмом, что как-то даже неудобно всерьез опровергать их «тезисы». С этой разновидностью внушения, рассчитанного в основном на легковерных и недалеких людей, надо разделываться в своем сознании энергично, сразу и навсегда: «Чушь это все! Как можно придавать этому какое-то значение!» Но хочу привести и другие примеры внушения — неосознанного.
«На Ине я много раз подряд ныряла с берега — разучивала прыжки. Последний раз вошла в воду неудачно— боком, неловко ударилась, даже на мгновение, наверное, потеряла сознание. После отдыха решила прыгать снова. Мужчина па берегу сказал мне, что если я так еще нырну, то не выплыву. Я посмотрела на воду. Она показалась мне мутной и страшной, и я не стала прыгать. Вошла в воду и тихо поплыла. А в сознании стучало: «Не вынырну, не вынырну». Руки вдруг начали слабеть, и я пошла ко дну. Боролась молча, с ужасом вспоминая только что пережитые ощущения».
Иногда силу неосознанного самовнушения приобретают наши воспоминания, особенно если они наводят мысль па нежелательные образы. Отгоняйте от себя такие воспоминания, переключайтесь на «другую программу». Ведь хотим мы этого или не хотим, но механизм «подумаешь — сбывается» часто срабатывает, пока человек не владеет собою в достаточной степени.
Роль прецедентов своих и чужих. «В детстве нырял я с мальчишками с обрыва «солдатиком». После дождя река вспучивалась, размывая берега. Я угодил в подмытый кустарник. Завяз в нем, едва выбрался, побив рекорд пребывания под водой. С тех пор стал бояться воды. Никак не могу заставить себя прыгнуть ногами вниз. Я скорее брошусь с десятиметровой вышки вниз головой, чем с 3–5 метров ногами вниз…»
«Боюсь далекой воды после того, как была судорога ног. За лодкой могу плыть 3–4 километра, один или даже с напарником плыть боюсь, боюсь не воды, а случая…»— пишет мужчина, имеющий 1-е разряды по борьбе, туризму, занимающийся подводным плаванием.
Надо сказать, что происшествия в воде, случившиеся с человеком в детстве или юношестве, редко накладывают прочную печать страха: в этом возрасте все воспринимается легче. Испытание же, выпавшее на долю взрослого, более стойко закрепляется в сознании и в дальнейшем может мешать преодолеть этот психологический барьер. Но ведь чего только не случается с кем-то в жизни ежедневно и ежечасно! Не перестаем же мы, например, ездить в городском транспорте оттого, что кто-то пострадал при столкновении автобуса с грузовой машиной. Так и в воде. Теперь уже ясно, что для плавающего больше всего опасен он сам. И вопрос «плавать или не плавать?» надо решать для себя однажды, раз и навсегда: «Да. Хорошо плавающие тоже тонули. Но они не были подготовлены психологически. Со мной же этого не случится, потому что я неуязвим. Я знаю, отчего происходят несчастья на воде». И даже если первое время в заплывах еще будут слабые рецидивы сомнений, то вы, дорогой читатель, уже знаете, как их развеять, как переключиться на другой, оптимистический настрой, вы уже умеете побеждать страх «бескровно», без «зарубок» в памяти па всю жизнь.