Ты снова рядом
Шрифт:
Ещё раз прошу тебя простить меня и жду тебя в Испании. Ведь ты давно хотела побывать здесь!
Я люблю тебя. Сева.»
Чем дальше Юля читала письмо, тем сильнее её охватывала дрожь.
Как только она дочитала последние строки, она вскинула глаза на мужа.
— Ты знал обо всём этом? — грозно спросила она и по его взгляду поняла, что ответ — утвердительный.
Юля вскочила с дивана, отбрасывая от себя письмо.
— Как вы могли так поступить с Евой? КАК?
Она зарыдала, и Юра вскочил с дивана и обнял её.
Она скинула с себя его руки и отошла.
— Не трогай меня сейчас! Не трогай! — Юля продолжала рыдать, и Юра ничего не мог поделать.
Наконец, она немного успокоилась и сквозь слёзы взглянула на мужа.
— Как ты мог видеть её страдания и не рассказать всего? КАК? Почему ты так жесток?
Юра развёл руками.
— Да я и не видел её почти. Сначала она действительно убивалась, как и положено любой жен…
Он не договорил, потому что Юля наградила его таким взглядом, что слова застряли в горле.
— Кхм, ну а потом пришло время, когда она должна была забрать документы из ячейки. Она забрала их, потому что я сам проверил это. Ну а потом она уехала в Москву, и к Севе в Испанию не приехала. Мы считали, что она просто прикарманила все деньги и сбежала.
Юля подняла слезящиеся глаза к потолку, пытаясь не расплакаться снова.
— Разве он так плохо знал свою жену? Она готова была любить его бескорыстно, открыто.
Она чуть с ума не сошла, когда он исчез!
— Ну почти полмиллиона долларов способны творить чудеса, — неуверенно проговорил Юра.
— Но только не с Линой! — воскликнула Юля. — Только не с ней!
Она снова заходила по гостиной, сжимая кулаки от бессилия.
— Ну а почему же он не потребовал ответа? Почему не потребовал через тебя вернуть ему деньги?
Юра смущённо откашлялся.
— Я предлагал ему это, даже хотел поспособствовать, но он сказал, что дарит ей эти деньги. Вместе со свободой.
Юля снова разрыдалась.
— Представляю картину! Несчастная девочка убивается по мужу, который загорает в Испании. А вдруг заявляется муж её лучшей подруги и начинает требовать, чтобы она вернула почти полмиллиона долларов, и попутно выясняется, что её муж жив и успел обвинить её во всех грехах!
Она остановилась и её передёрнуло.
— Вы просто свиньи!
Юра не ответил. Юля была права.
В дверь позвонили, и Юра пошёл открывать дверь.
— Малышка, твоя злость вполне оправдана. Но обещай не злиться сейчас ещё больше.
Он открыл дверь и в гостиную вошёл Сева.
Юля не чувствовала ни радости от того, что он жив, ни удивления от того, что он оказывается в Питере. Она чувствовала всепоглощающую злость на человека, который лишил её подругу жизни. Потому что Лининой жизнью был он.
Глава 23
Сева вошёл в гостиную, отрывисто кивнул Юле и пожал руку Юрию.
— Вижу, что Юля в курсе, — хмыкнул он.
Юля сложила руки на груди и холодно посмотрела на Севу.
— Но это «в курсе» меня совсем не радует, — процедила она. И добавила, обращаясь к мужу нарочито елейным голосом, — Милый, не нальёшь нашему заморскому гостю выпить? Думаю, ему пригодится подкрепление сегодня.
Юра кивнул, и они с Севой отправились к бару.
Юля быстро схватила пухлый конверт и письмо и сунула всё под диванную подушку. Пусть полежит там, до поры, до времени.
Сама девушка села на диван, ожидая, пока мужчины вернутся с выпивкой.
— Малышка, ты что-то будешь? — спросил Юра от бара.
— Нет, дорогой. Боюсь, тогда состояние аффекта может наступить гораздо быстрее, а сейчас мне нужно много времени.
Подошёл Сева, и Юля указала ему на диванчик напротив кивком головы. Юра собрался было устроиться рядом с женой, но Юля повернулась к нему.
— Дорогой, несомненно, ты бы хотел послушать ещё ласковых слов от меня, но мне кажется, Илюша может вот-вот проснуться.
Юра с непониманием посмотрел на жену.
— Но он ведь только-толь…
Он не договорил, потому что Юля смерила его гневным взглядом и кивнула в сторону лестницы наверх.
— Да, хорошо, пойду, укачаю Илюшу. — ответил он.
Сева смотрел на эту сцену, подняв бровь, со смесью интереса и некоторого превосходства.
Юра ушёл наверх, а Сева вопросительно уставился на Юлю.
Юля возмущённо фыркнула. Ничего. Она сейчас сотрёт это выражение с его лица.
Она откинулась на подушки и уставилась на этого холодного и надменного человека, пытаясь разглядеть в нём того открытого и весёлого парня, которым он был три года назад. И не увидела ни одной чёрточки от того, кем он был тогда.
Она даже подумала, что, наверное, не стоит рассказывать ему обо всём. Но Лина любила его, любила всё это время и она имеет право на реабилитацию в его глазах. Не для него. А для того, чтобы Лина не выглядела в его глазах шлюхой, продавшей свою любовь за четыреста тысяч долларов.
— Ты хочешь ещё полюбоваться на меня или мне можно снова уехать на работу? — Он нетерпеливо взглянул на часы и перевёл взгляд на Юлю. — У меня через час важная встреча.
— Поверь мне, у меня нет ни малейшего желания…любоваться, как ты посмел выразиться, на твою…твоё лицо. Зато я с радостью полюбуюсь на него, после того, как с него сотрётся это презрительное выражение. Точнее, если сотрётся.
Он не ответил, только снова вздёрнул бровь и, подобно ей, сложил на груди руки.
— Я хочу рассказать тебе одну историю и, надеюсь, ты поможешь мне восстановить некоторые детали.
— Ты вызвала меня срочно к себе домой, чтобы я выслушал от тебя какую-то историю? — На лице его проступила краска гнева, но Юля не обратила на это внимание. Она начала рассказывать и Сева представил себя маленьким мальчиком, которому мама рассказывает сказку.
Он поудобнее устроился, приготовившись слушать, с некоторой смесью любопытства и настороженности.
— Жила-была девушка по имени…Алина. Она была очень открытой, честной, преданной.
Сева хмыкнул, и Юля окинула его грозным взглядом. Он сделал вид, что зевает и кивнул ей, давая понять, чтобы она продолжала.
— Так вот. Эта девушка видела счастье в простых вещах, ей не нужна была иллюзия достатка и богатства, чтобы быть счастливой. Она просто была счастлива каждым прожитым днём. У неё умерли родители, потом любимая тётя, но это не сломало её, она всё ещё ждала, что вот-вот случится что-то прекрасное и она будет ещё счастливее, чем раньше.