Чтение онлайн

ЖАНРЫ

Ты спросил, что такое есть Русь…
Шрифт:

Из цикла: Беседуя с ветром

(М. И. Цветаева)

… От дома шла протоптанной тропой, Злой ветер с Камы думы навевал О женщине с трагической судьбой, Какую Рильке к звёздам причислял… Р. А. Н. 2000, Елабуга Что ж, дознаватель о поэте, Марина, бросьте за порогом Свои ботинки, сумки эти, Ко мне войдите в гости с Богом. Присядьте, милая, родная, Коли свиданье смело сбыться. Давно, спины не разгибая, Стихи я ваши со страницы, Как в цветнике цветы, срываю. О, мне бы смелой притвориться, Хоть страх на взводе держит… Знаю, Мне, как и вам, угомониться Что своенравному ветриле Нельзя!.. — Всплакнуть? Поди, негоже. Взгляните, книги накренили Все полки… в книгах вы моложе… Румянец, золото волосьев, В глазах — зелённость океана… Всё в два десятилетья скосит Кровавый век, лишь прямость стана, Что называли «офицерской», С «черкесской» талией, оставит… Те дни за старой занавеской В рябинном пламени сверкают. «Диана с маленьким ребёнком» И вы ж — «монах» его укравший, «Красива как!» — в антично-тонком Миру ваш абрис увидавший, Так Вячеслав Иванов скажет. Вид артемидово-дианый С эмансипе иные свяжут, Но — малыши?! Знать вид — обманный? И всё ж азарт охоты ведом: К сердцам любимых путь искали, Своё безмерное — поэта В равновеликих растворяли. В вас были чувства — ураганны! Порой отчаяньем язвимы… И всё ж рассечь портрет? — Не странно ль? [13] На свет и тьму — две половины… Да, детский чёрт до князя вырос, Под Князем тьмы — цикл стихотворный — Всё в революции варилось, Как в «тусклый день» с водою «мёртвой»… Страх перед старостью и смертью Пытались застить морем чувства И с волн любовной круговерти На берег высшего искусства Панегиристкий выходили. Мощны раскачки амплитуды Души великой и мотивы К вам шли библейские оттуда, И новизны не потеряют Сопротивленческие строки: На стороне лишь жертв бывает Поэт во днях лихих, жестоких… Страна стихам тем цену знала; Не придавали им значенье Лишь кто далёк от идеала… Вы к тем имели снисхожденье. О мой поэт, порой творенья В душе рождают чувства боли, Вины, причастных к восхожденью, И хочешь сделать, что не волен. Триумф духовный пораженьем Своим физическим терзает, Хоть возрождаются мгновенья, В каких огонь не затухает. Ваш путь в Елабуге окончен. Там праху, видимо, не тесно, Но в завещанье [14] — адрес точен — Найти в Тарусе камню место, На нём словам быть надлежало: Коль нет уж кладбища хлыстовок, Марина здесь лежать желала б… Но обстоятельств мир так тонок… Нелепо хныкать, разум хилый, И обосновывать сужденья В стране, где спор «неразрешимый» Ведут добро и зло… Прощенья Прошу, читатель, коли время Я заняла, души не тронув, Ужели нынешнее племя Оглохло? Чу, а души — стонут… Р. А. Н. 2000, Москва

13

Оформление семитомного издания собрания сочинений М. И. Цветаевой (М.: Терра,1997).

14

Сборник «Тарусские страницы» (Калуга, 1961).

Твоей душе, Марина

Кладу цветы на одинокий камень, Об участи своей скорбя, Петлю набросив сильными руками, Ты камнем сделала себя. Раздавлена гордыня. Сердцу горько, Летевшая когда-то как стрела, Среди советских бар — посудомойка, Предательства собратьев не снесла. Марина, встань, помилуй, — мало ль горя? Зарёванные школьницы пришли… Тарусской девочке с судьбой изгоя Поют — за упокой души. Бог милостив, не осудил за слабость, Волна небесной сини над тобой, Смола пахучая да будут в радость Твоей душе, что обрела покой. Вольно над прахом расцветать преданьям… Ошибки те же повторяем вновь И, как всегда, запаздываем с данью К живым. А им любовь нужна, любовь! Нам всем, живым, любовь нужна — любовь! Р. А. Н., Москва

Опять Марине Цветаевой

Марина, мы всё чаще вместе, Вы повествуете о прошлом мне, Вас слушая, не усижу на месте, Дивлюсь ниспосланной судьбе. Я, как и вы, вот, за границей. Пишу стихи, влача тяжёлый быт. Мне, как и вам, моя Россия снится, И к ней душа во снах летит. Как и у вас, она крылата, И у меня враги — «два близнеца»: Пресыщенность богатых, голод в хатах, Долг — с этим биться до конца. Как и для вас, на новых картах, Привычной мне России больше нет. Но, в новой побывав стократно, «Творцу не возвращу билет»… Мечты мои рисуют смело Вас у меня в Москве; вы так тихи, Вам чаю предлагаю то и дело, А в помыслах — дать вам стихи, Где ваша видится манера — Всю душу выставлять всем напоказ, Описывать геройства кавалеров — За современных кто грош даст?! Волнуюсь — эдакая гостья; Мне вас желаннее в пространстве нет. С коня такую тысячу раз сбросьте — Подымется и вновь льёт свет. Таких нам сохраняет вечность — Не быть Марине ею скрытою, В вас — совесть, ум, чистосердечность, Люблю в вас Русь забытую… И — ваших мыслей бесконечность. Нет, голос ваш в миру людском не стих. Учусь у вас чтить честь и человечность, Творя по-своему свой стих. Пусть нам не подфартила доля, Но знайте вы и все: живу пока, Злу не дождаться вновь потери воли, Не дрогнет правая рука. Свой путь вершить по-своему я буду! Р. А. Н. 2010, Мексика

Я хожу к тебе, родная

Ты, рябинушка моя белоцветная, Как невеста под фатой, по весне стоишь, Поздней осенью под златом приметная, Красны ягоды свои мне зимой даришь. Я хожу к тебе, родная, разным временем, Говорить с тобой хочу о житье-бытье; На душе лежит печаль тяжким бременем, Но рыдания свои не кажу нигде. Не кори, прости меня, раскудрявая, Коли я тебе порой чепуху мелю, Не бывать всегда, поди, и мне правою, Кривду с правдой иногда я не там ловлю… Мы, рябинушка, с тобой сходны душами, Не боимся вьюг, дождей и ветров лихих, Ты ветвями, что руками, мне нужными, Гладишь ласково всегда супротив иных. В тебе больше, чем у нас, человечности, Может, бабушка моя быть тобой должна, Чтоб ко мне сюда прийти из той вечности, Князя тьмы не убоясь, ибо — набожна. Я хожу к тебе, родная, разным временем, Говорить с тобой хочу о житье-бытье, Хорошо, когда поём иль в молениях, Забываю я с тобой о любом нытье… Р. А. Н. 2011, Мексика

Перевод на McnaHCKMM: http://www.stihi.ru/2011/08/27/1669

Как тихо, спокойно и торжественно…

Ещё не насытилась жизнью сполна, Пусть нового нет ничего под луною; Средь вечных аккордов мне жизнь суждена, Вне времени чувствовать мир наш порою. Когда очень рано к окну подойдёшь И смотришь, как небо рисует природа, С торжественной радостью, аж берёт дрожь, Ты вся погружаешься в глубь небосвода. Потоком уносит ввысь, вместе с окном В халатике лёгком… И ставишь по ветру Свой парус из чувств — краткий роздых… при том — Архангелы, спутники рядом с поэтом. Как тихо, спокойно дыханье под ним Нагорья, хранящего мифы индейцев; Их древним героям не ведом был сплин, Они и сейчас веселятся всем сердцем. Высокого неба мир неизмерим. Гляжу как по волнам, в жемчужном изломе, Случайное облачко, что херувим, Плывёт в поднебесье. Ещё в полудрёме В округе дома… Загорланил петух, Собаки залаяли разные скопом, Кудлатые кроны дерев нежат слух Игрой ветерка; он альтист ненароком. О как же я прежде не видеть могла Высокого этого неба?… Пустое — Жизнь наша, коль временна, — чей-то обман. Лишь горы, моря, небо вечны и стоят Любви, восхищенья… Срок воротиться. Светило мир золотом жарким застлало; Цветы пораскрылись, как вспышки зарницы. Вновь в царстве агав, сейб, пальм утро настало. Как много молчаньем мне небо сказало. Р. А. Н. Мексика, 2010

Мыслитель

Что стучит в его сердце, гудит в голове, Почему он из бронзы навечно отлит? Человек будто с нами и вроде бы — вне; Подперев подбородок рукою, сидит В напряжённости… Голой своей красотой Демонстрируя всем обречённую плоть. И печатью на умном лице неземной, Подтверждает, что смерть не дано побороть. О «Мыслитель» Родена, ты бронзой дрожишь, Как телесным нам быть, коль подходим к черте? — Понимаем, ждёт та, от кого не сбежишь… Не убит человек правдой злой; в кутерьме Всё же нянчит внучат, сеет в поле зерно, Собирает его без особых потерь, И молитвы творит, и готовит вино, И слагает стихи… что же делать теперь? Как истерзанный зверь, лижет раны свои… Передаст для потомства он в горестный час В песнях вещих свой сказ про достойные дни, И про то, что Христос жил когда-то средь нас… Р. А. Н. 2011, Мексика

Что-то из снов и что-то из реалий

Типа зарисовок из снов, вызванных, видимо, думами о судьбе России.
Тысячелетия историю слагает Род человечий, начиная с древних мифов. Принять, осмыслить этот мир, понять природу Народы тщились. И сейчас ещё витает Всех предков дух воображению в угоду. В Иванов день, обычай всеславянский вспомнив, Купаюсь в озере, в пруду и в речке — праздник! И очищающий костёр считаю другом. В честь солнца всё, как завещала Русь, исполнив, Всегда прошу богов с очерченного круга Дать обладанье мне искусством слова: рвенье К урокам мудрости, фантазий, чувств. Дать силы Люд высотою увлекать, чтоб отражались В рифмах моих и отношение, и бденье. Чтоб наши дни победно дальше продолжались. О внук известнейших титанов Кея с Фебой И сын богини светлой Латоны и Зевса, Мой златокудрый бог искусств и предсказаний, Когда гляжу во снах на солнечное небо, Душою чувствую: вкруг — призраки древляни. Бог-врачеватель, воплощенье света солнца, И Артемида, Аполлонова сестрица, Ты — воплощение луны, позвольте с вами О думах грустных говорить, ждать, что проснётся К тем состраданье, кто вас предал… Я стихами Пересказать должна суметь ответы с неба, Зря целлюлитными вас тучами люд видит. Духовных заповедей жду, заветов жизни, Всевластье тайн принять, где б дух мой вольный ни был — В широтах древней тверди или вод Отчизны. Смешат излишества плакатов и портретов, И груды вывесок из слов чужих — обидны! Реклам атаки и компьютер сеют враки, Глушат нас ложью депутаты, президенты… Укладом жизни русской правят вурдалаки. Они и мы… Есть между нами мифов бездна, Они в высотах, ну а мы на дне, похоже, Они, что крысы при вампирах, ух как ловки, Руси богатства за кордон — в банк; всё чудесно! Не позабыли, знать, партийной подготовки! Голосовать не веря — значит мёрзнуть душам, Глаза стеклянные, начать с бомжей, пьянчужек… Больных хронических не счесть; СПИД да наркотик… И осмелели воры, даже свет не тушат. Прут фирмы типа: «Это любит ваш животик». Дома в стране пропахли прахом ветеранов, Победу Родине добывших ценой крови. Для богачей, меняя органы на мани, Детей бездомных живодёры, как баранов, Уж поставляют… И — убийства на экране. О слёзы горькие — кругом… и паче, паче. Боль одиноких, нищих, высмеянных, деток И стариков в обмане. Матерей страх наших… Как тяжко жить в стране, где честный люд всё плачет, Пора народу встать лицом к событьям страшным. Зрю с грустью толпы и толпишки; полагаю, Там те же лозунги, что в прошлые столетья, А я-то им всё о любви сказать пытаясь, Среди руин кариатидою шагаю… Души кровавые рубцы жгут, воспаляясь. Как воскресить достойный образ россиянский? И как урон восполнить, взятый в перестройке? Жаль, что нельзя к хвостам коней вязать убивцев, Воров, предателей, лжецов… пусть окаяннский Обычай предков, но учил он нечестивцев! Когда, на тучи глядя, вижу землю предков, Всё холм рисуется с тремя богатырями, Они-то Русь не продадут, стоят на страже Границ российских; булавой и луком метким, Мечом… изгонят рать… и дьявольскую тоже… И всех врагов: своих, чужих… с земли пресветлой. Р. А. Н. 2010, Мексика

Тревога

Что ж, отсмеялась беззаботным смехом, Давно в тревоге по земле хожу; Стихи ответствуют подобьем эха С души, которой о тебе тужу, Моя Отчизна, русская сторонка, Священна сень рябин, дубов, берёз… Снега, сосульки, ледяная кромка, Грачи на пашнях… трогали до слёз; Ещё, конечно, — пристани речные, Паромы их, да лодки, да баржи… Плывёшь по Волге — нивы золотые Вокруг поют овса, пшеницы, ржи… И песни славные в любой округе Парят, как птицы; каждый куст степной Хранит заботливо гнездо пичуги… Где благодать, что сделали с тобой?! Пред уцелевшим теремковым домом С вишнёвым садом погружённой в тьму Когда-то людной, а сейчас бездомной Деревни, плачу сердцем по всему… Твоей культуры чую запах тленья, Зачем тебе чужой уклад, грехи, Мат, пошлость и невежество в твореньях? Что, разве классики тебе плохи? Люд разный — чокнуться, смириться, спиться… Горазд кто как, а я пишу стихи: Чтоб твоей славе вновь восстановиться — Чертополох полю да лопухи… Р. А. Н. 2006, Москва

Бессмертник

Солдатам России посвящается

Селиться на холмиках любит цветок Таких, что всегда при рытье возникают; Душа человека, коль кончился срок, В него поселяется… Кто его знает, Быть может, предания правду рекут: Поклон от усопшего тот мир дарует Оставшимся жить… Звёзд горящих приют О жизни их новой так нам повествует. Печальный цветок охраняет покой Погибших солдат, спящих в братской могиле, Он ветру и времени холм дорогой Стереть не позволит, хвала его силе; Недаром киоты с иконами им Всегда украшали бабуленьки прежде, Бессмертник в деревне любой русской — чтим, Не гибнет и сорванным, словно надежда. Р. А. Н. 2011, Мексика

Так славно солнышко светило

Так славно солнышко светило. Цвели цветы; цветным всё было. Смеялись дети во дворе, А мне опять не по себе… Смирить пыталась гордый нрав, Порой он дьявольски не прав. Под ним, как под тяжёлой ношей, Тащусь и пасть могу в порошу… Снег чистый, знамо, освежает, Но простудившись, дух чихает, Встревоживши болезный слух, Страх — кукарекнет как петух… Стать Гамлетом решит душа — И значит, жить мне без гроша… А сердце хочет песнь слагать… За что мне всё, ядрёна мать? Немало на Руси подобных: Под зовом голосов утробных, Светильником перо взяв в руки, Как сосланные, терпят муки; В жар, холод, в дождь или в пыли Зелёный шар своей земли Душою вертят и словами И в колокол звонят веками… Уж дни мои листвою плачут. Пора душе решить задачу: Зацепка это ли за жизнь — Дар людям рифмами служить? Зачем дух грустью тёплой болен? Зачем на оклик колоколен Знаменьем крестным осеняюсь, Но в храмы редок путь мой, каюсь… И день, и ночь… и день, и ночь… Я в думах, как себе помочь? Р. А. Н. 2013, Москва

Песня настоящей женщины

У женщины всякой причуда своя — И дума о принце, единственном в мире… С такой же мечтою в скитаниях я: Кто станет героем навек в моей лире? Кто станет героем моим в этом пире? Рассветы мои и закаты в пути. Дыхание зорь и ночные туманы… То по морю вплавь, где с волной не шути, То птицею в путь — аж в далёкие страны. Любви по колено моря, океаны… Шагай иль летай, для души всё равно Не может быть в чувствах всё просто и гладко. Есть таинство в женщине, это дано Ей свыше, и каждая, верьте, — загадка. Да, каждая женщина, это загадка. У многих есть что-то от дивной Лилит Из звёздного сна мирового похмелья… В печальных очах отраженьем горит Былых незабытых грехов ожерелье. Хранимо любовных грехов ожерелье. И я, образ страстный его божества, И раб мой меня тоже ищет повсюду. Я женщина. — Reina! — И этим права… И вечно в мужском сердце царствовать буду! Любимый, в твоём сердце царствовать буду. Р. А. Н. 2013, Москва
Поделиться с друзьями: