Чтение онлайн

Вы вообще можете представить, сколько проклятий наложил Улеб, пока собрал материал и смог расшифровать подобное явление двести лет назад?

Тогда порох был в новинку, а о компьютерах и прочих изобретениях даже разговора не было.

Всё ручками, на бумажках.

И что сделал дальше мой достойнейший предок?

Он бился несколько лет, чтобы создать новый тип проклятий.

И он это сделал.

Нет, он не придумывал буквы, чтобы создать определённую вибрацию. Может, из-за природной лени, а может, из-за понимания, что конструкция получится ещё сложнее, чем традиционный вариант, Глеб Мрак создал “интегральный переносчик вибраций”.

Теперь вся суть в новых проклятиях записывалась отдельно разработанным алфавитом, чем-то отдаленно напоминающим китайские иероглифы, а после активации с помощью силы переносится на подготовленный интегральный переносчик вибраций. Уже в него так же добавляется сила и немного человеческой крови. Для максимального эффекта берут кровь некроманта.

В итоге мы получаем довольно затратные, по традиционным меркам, проклятия с жуткой точностью и сложностью.

Вот это я и получил от трактата в свои маленькие загребущие ручонки.

Ну, а дальше...

Дальше были испытания в экранированной комнате.

Пробирки, отдельные ткани и наконец живые организмы.

То, что в лаборатории на нас откровенно положили болт, я понял сразу. Среди тех ребят, что работали со мной, не было никого старше двадцати семи лет, а это означало только одно — все они молодые стажеры. Единственным взрослым человеком была Елизавета Сергеевна Рябчевских. Она, внимательно выслушавшая мою идею и не выразивившая скепсиса ни единым словом или выражением лица, начала мне помогать.

Раз за разом, попытка за попыткой.

Сотни образцов, сотни условий, разновидности тканей, стадии, маркеры, анализы, микроскопы.

И моё нервное опустошение.

На секундочку, выйти на клинические испытания условного способа излечения рака, записанного родовой техникой, это за гранью обычного человека.

Для того, чтобы жить месяц идеей, вкладываться, выжимать себя каждый день досуха... На такое нормальный человек вряд ли согласится.

Но вы же понимаете?

Хех.

Безумие и отвага.

Родовая техника стала для меня тогда настоящим перфоратором. Перфоратором, способным пробить ту бетонную стену.

Всего лишь маленькое отверстие, но его хватило, чтобы я, гордо выпятив грудь, мог предстать перед Демидовой и сообщить, что мне срочно, просто жизненно необходимо был минет.

Не хмурьтесь.

Улыбнитесь.

Любовь спасёт этот мир.

Погубит его ревность.

Ладно, не любовь, а похоть...

Но кого волнуют подобные мелочи?

Лев Дементьевич вздохнул и отложил отчет по работе с опасным вирусом.

— Хорошо, — кивнул он. — Седьмой этап испытаний можно считать успешным. Не без огрехов, конечно... Но это уже серьёзный прогресс.

Сидевшие за большим столом микробиологи и генетики заулыбались и, загадочно переглянувшись, начали шептаться.

— В целом, я могу сказать, что наша “Русская чума” по факту готова. Единственное, что меня не устраивает — скорость мутации. Нужно стабилизировать её, чтобы наше оружие не обратилось против нас же, славян.

— Работаем, и есть намётки, — кивнул руководитель проекта. — Сложностей тоже хватает, но у нас есть путь.

— Хорошо, — кивнул глава лаборатории и, обведя всех присутствующих взглядом, добавил: — Надеюсь, все присутствующие понимают, что продолжение работы над проектом должно остаться в тайне?

Ученые синхронно закивали головами, а Лев Дементьевич вздохнул, убрал папку в стол и оглядел собравшихся.

— Елизавета Сергеевна, вы у нас занимаетесь “Лекарством”?

— Да, Лев Дементьевич, — кивнула женщина в белом халате и открыла папку перед собой.

— Введите нас, пожалуйста, в курс дела. Что там наше юное дарование делало со стажерами почти месяц.

Женщина поднялась и достав из папки распечатки отдала их коллегам, не забыв и про заведующего лабораторией.

— Итак. Нами были проведены три степени испытаний по трём направлениям, — начала она. — При помощи техник Мрак-Беленького были опробованы следующие подходы... Первый — проклятье на меченные клетки, заставляющее изменить их белковые факторы на поверхности клетки. Второй — смертельное воздействие на клетку. Третий подход был основан на разновидности химерологии. Им был изготовлены химеры, по размерам втрое большие плазмоцита.

— Это вообще возможно?

— Да, но этот подход не оправдал себя из-за сложности создания... Как он выразился “Умертвия второго порядка”. Химера, созданная Мрак-Беленьким, не может выполнять сложные команды.

— Подчиняющие химеры, — пробормотал себе под нос директор лаборатории и поднял взгляд на Елизавету Сергеевну. — Технику создания сохранили?

— Все действия касательно самого процесса проводились исключительно под наблюдением агентов тайной канцелярии, — развела руками ученый. — На нас были исключительно испытания этих химер.

— Такую бы технику... — пробормотал старичок себе под нос.

— Далее, нами было опробовано два других подхода. Оба способа прошли испытания in vitro, ex vivo и in vivo.

— Сильно ругался этот Васильев от результатов? — спросил глава закрытой лаборатории.

— Ну, — смутилась женщина. — Вроде бы, остался вполне доволен. Я бы даже сказала: удивлён и обрадован.

— Он притащил сюда и затормозил работу всей лаборатории из-за провала?

— Провала? — нахмурилась Елизавета Сергеевна. — Нет. Оба результата показали себя отлично. Мрак-Беленькому удалось изменить свои проклятья так, что они действовали точно на раковые клетки. Все двадцать семь крыс с онкологической патологией полностью избавились от раковых опухолей. После консультации с тайной канцелярией нам доставили четырнадцать шимпанзе, у девяти из которых искусственным путем была вызвана раковая патология. Для усугубления состояния были применены целительские заклинания общего профиля. Все шимпанзе не только выжили, но и полностью избавились от раковых клеток.

Старичок замер с приоткрытым ртом, глядя на сотрудницу, которая работает уже много лет в лаборатории, но по личному убеждению светила биологических наук не способна ни на что, кроме как мыть лабораторную посуду.

— В обоих случаях шимпанзе, особенно на третьей и четвертой стадии онкологии, находились в критическом состоянии. В случае с проклятиями на изменение клеток это происходило из-за сильнейшего иммунного ответа. С лихорадкой мы смогли справиться. В случае же с проклятиями на уничтожение раковых клеток также наблюдалась лихорадка, но ответ был немного другого генеза. Тела раковых клеток разрушались и их части выбрасывались в кровь. Иммунитет реагировал на это высокотемпературной лихорадкой, но здесь мы встретились с влиянием белков и прочих частей на почечные канальцы. Их банально забило остатками раковых клеток. Почечная недостаточность достигла критических величин и примат был подключен к аппарату искусственной почки. На данный момент состояние примата стабильно тяжелое.