Чтение онлайн

— Выходной у меня, Колян.

«Колян» рухнул на пол, рядом с женщиной.

Степан же помог подняться пострадавшей, указал ей на диван, а затем пару раз пнул в голову соседа, после чего вытащил его в коридор и прикрыл дверь соседки.

— Коля, ты ведь снова хочешь погулять, правда? — спросил он, нагнувшись.

Мгновенно протрезвевший мужик, закрывавший голову руками, судорожно закивал.

— Ну, так иди. Гуляй, только теперь гуляй из нашего района. Увижу здесь, снова голова болеть будет. Понял?

— П-п-понял... все понял, Стёп.

Сидоров тяжело взглянул на дверь, нагнулся и пошарил по карманам мужика в поисках ключей. Не обнаружив их, он приоткрыл дверь и громко произнёс:

— Теть Тань, вы дверку прикройте. Сквозняки же, окна старые.

Успокоившаяся женщина тут же подскочила к двери и закрыла на все три замка, а парень направился домой, но не успел он открыть свою дверь, как услышал стук от соседской двери и оглянулся.

— Коля...

— Стёп, так я в тапках же...

— Коля, а ты в тапках любишь гулять. Понял?

Соседский алкаш, державшийся за подбитый глаз, посмотрел на свою обувь, а потом на Сидорова.

— П-п-понял.

— Так ты иди, если понял.

Сосед быстро направился прочь по коридору, а парень зашёл домой, закрыл за собой дверь и присел у небольшой коробки, которую прятал в шкафу. Открыв её, оглядел кастеты, пару ножей-бабочек и пороховой самодельный пистолет на один выстрел. Положив палец обратно, он закрыл коробку и убрал в шкаф, после чего взглянул на мать, что осуждающе посмотрела на него.

— Его жизнь учит, — буркнул парень, поднимаясь к столу и достал видавшую лучшие времена сковородку. — Всё, что вокруг нас — это жизнь. Ты часть моей жизни. Так сложилось, что я часть его жизни. Я его учу.

Парень поставил на плиту сковородку и включил плитку. Достал масла, ливанул, а затем полез в холодильник за яйцами.

— Если все будут думать, что научит кто-то другой, то в итоге никто учить не будет. А он когда-нибудь точно тетю Таню прирежет.

— А если он на тебя с ножом... — прохрипела женщина.

Сын вздохнул и взглянул на растекающуюся лужицу масла на сковородке, после чего обернулся и взглянул на мать.

— Думаешь, в первый раз будет?

Женщина помрачнела.

— Я пока яйца пожарю, тебе белок нужен. Завтра должна быть шабашка, я тебе белковую смесь возьму, — пробормотал парень, взял коробку с таблетками и отщелкнул пару таблеток в ладонь.

После этого он перебрал еще пару коробок и потянулся за пластиковой баночкой, в которой находились самые дорогие пилюли с добавлением магии, которые парень растягивал как мог. Открыв крышку,, он заглянул внутрь и обнаружил последнюю пилюлю.

Тяжелый вздох, перевернутая банка, и на руку к остальным лекарствам падает последняя пилюля.

— Держи, — протягивает таблетки женщине.

Та хмуро смотрит на таблетки на руке сына и поднимает тяжёлый взгляд на Степана.

— Просто выпей.

Женщина подносит руку к трубке, но парень перехватил за запястье.

— Без разговоров. Лучше с тобой и так, чем без тебя, — произнёс он, глядя в глаза женщине.

Та молча сгребла таблетки и протянула руку к кружке, начав пить их по одной.

Степан же молча развернулся к плите и хотел уже взять яйца, как зазвонил телефон. Взглянув на подпись звонка «Некр», он нахмурился и взял трубку:

— Слушаю.

— Это тот некромант. Помнишь?

— Такого хрен забудешь, — хмыкнули в ответ.

— Слушай, как у тебя... с материалом?

...

Закончив разговор, Сидоров подошел к шкафу, достал оттуда костюм, на кармане которого была пришита эмблема ресторана неподалеку, маникюрные ножницы и принялся спарывать нашивку.

— Стёпа...

— Все нормально, мам, — спокойно сказал Сидоров, удаляя улики с честно приватизированного костюма из места, откуда его уволили. — Шабашка попалась жирная. Надо хорошо выглядеть.

— Короче, — вздохнул Степан, наблюдая, как над дверью в лифт меняются числа. — Не болтаем. Молча работаем и сваливаем.

Две молодые девушки за его спиной переглянулись. У одной был пакет с моющими средствами и набором сменных тряпок для швабры. В пакетах так же завалялось пять комплектов толстых перчаток по локоть и три фартука из плотного полиэтилена. Вторая держала в руках набор из пяти разных палок со сменными насадками, которые не только могли достать до потолка, но и изогнуться и протереть под диваном.

— Стёп, точно десятка? Просто убрать?

— Десятка. Там срач, надо в идеал отмыть, — буркнул парень.

— Что там в трешке убирать на десятку?

— Аристократ. Деньги есть, — пожал плечами Сидоров и вошёл в открывшуюся дверь лифта. Когда девушки зашли внутрь, он продолжил: — Ничего не брать. Спалитесь — нас на месте порвут. Там аристократ одаренный.

— Там хоть трупов нет? — с опаской спросила одна из девушек.

— Есть.

— Стёпа! Ты говорил, что не будет, как в прошлый раз!

— Собачий труп там, — хмыкнул парень.

Лифт подъехал к шестнадцатому этажу, и компания вышла на площадку. Найдя нужную квартиру, Степан нахмурился, обнаружив, что дверь приоткрыта.

Войдя внутрь, он сначала замер и хотел снять обувь, но увидел состояние пола и передумал.

В зале его встретил тот самый парень, что покупал у него «материал» на скотобойне, а потом и в крематории. Взлохмаченная шевелюра, поза лотоса, хмурый взгляд, который он упёр на листки, что валялись на полу перед ним.

Быстро пройдясь по квартире и оценив фронт работ, он вернулся к молчавшему некроманту.

— Деньги?

Парень вытащил пятидесятирублевую купюру и протянул Степану.

— Меньше нету.

Сидоров покосился на девушек, что встали на пороге и после вида купюры начали улыбаться.

— Хреновина в комнате... — обратился парень к сидящему на полу Гарри.

— Без приказа не двигается, — ответил парень.

— Катя — кухня. Тань, ты в комнату. По коридору направо. Как закончите — сюда.