Ты теперь не одна
Шрифт:
Она как сомнамбула дошла до подъезда, вошла в лифт, а затем и в мою квартиру. Машинально сняла обувь, продолжая кутаться в мою толстовку и, словно не видя ничего вокруг, прошла в гостиную.
– Тебе нужно принять успокоительное, – решил я, открывая кухонный ящик.
Достал две таблетки снотворного, налил воды и протянул ей. Леся покорно выпила лекарство и спустя десять минут крепко спала на моем диване. Даже во сне она хмурила брови и лежала так, словно пыталась защититься – прижав колени к груди и обняв их руками.
Еще раз посмотрев на нее, я тихо вышел из квартиры. Спустился на улицу, прошел пару метров и сел в знакомую машину.
– Нашли?
За рулем сидел Капа, рядом Саня, а на заднем сиденье – Дэн и Клим. Мой отряд. Мои друзья, те, кому не страшно подставить спину и доверить жизнь.
– А ни хера! – зло выдохнул Капа. – И знаешь, Молчун, меня это дико бесит. Дэна тоже.
Парни приехали на стрельбище не просто так. Неугомонный Капацкий выяснил, что мой телефон прослушивают. А за мной и Лесей следят. Приехали предупредить и понаблюдать. И я надеялся, что они с Сашей нашли того, кто ехал за нами.
– Следит профи, – заговорил Дэн, – потому что даже от нас ушел, сука! Девчонку свою при себе держи двадцать четыре на семь, пока мы не разберемся. Сильно испугалась?
– Да, – зло выдохнул я.
– Бля... Прости, мужик, сам знаешь, по-другому было нельзя, – повинился Дэн, первым протягивая руку.
– Знаю, – я крепко пожал протянутую ладонь.
– Тогда рассказывай, – потребовал Капа. – Мы должны знать, с кем имеем дело…
Сделал паузу, собираясь с мыслями. Капа тот еще любопытный отморозок, но играться в слежку и дергать парней не стал бы, а значит, ситуация хуже, чем я предполагал. Думал, у меня есть в запасе время, чтобы разговорить Лесю и найти те ответы, которых у меня не было…
– Она дочь Дорофеева, – сообщил самое главное.
Саня резко обернулся:
– Того самого Дорофеева?
– Кто это? – не понял Капа.
– Сапер. В наших инженерных кругах почти легендарная фигура. Стыдно не знать, Капа! Насколько я знаю – он погиб.
– Да. На задании, – подтвердил я и сухо продолжил: – Это была моя первая группа. Мы вместе проходили подготовку. Дорофеев был моим командиром. Тогда нас отправили прикрыть кое-кого и помощь оказать по возможности. Все наши погибли, кроме меня и Дорофеева. Мы с ним несколько суток подкрепления ждали. Ну и он разговорился. Сказал, что у него дочь есть – Олеся. Подросток, четырнадцать лет. Только дочь даже не знала о его существовании. Переживал сильно. Говорил, что ее мать, будучи беременной, замуж вышла за другого. А он даже подойти к дочери не мог. Вояка идейный, сапер, каждый месяц новое задание – он сам боялся с дочерью знакомиться. Погибнуть мог в любую минуту. А ей каково будет? И поделился, что в новой семье жены все слишком странно. Дочь все время словно в прострации была. Как будто вся в себе, закрытая очень, молчаливая. Дома. Но стоило только Лесе приехать в школу – как она превращалась в нормального, веселого, улыбчивого ребенка.
Дорофеев с меня тогда слово взял, просил присмотреть за ней. Дал адрес и показал фотографию дочери. Через неделю он погиб, а я поехал по адресу. В тот же день заметил слежку за девочкой, а через час ее, накачанную снотворным, вывезли из дома в багажнике чьей-то тачки. Я поехал за ними. Лесю потом отвез в больницу, еще без сознания.
Посчитал ненужным рассказывать, что тогда она в первый раз меня увидела. Раскрыла «пьяные» глаза и тихо спросила: «Вы мой ангел-хранитель?» и снова уснула.
– Кто похитители? – спросил Дэн.
– Не удалось узнать. Оказали сопротивление, – сухо ответил я. – А потом меня определили в ваш отряд, и я вынужден был уехать на время.
– Странное поведение для четырнадцатилетнего подростка, – задумчиво потерев подбородок, поделился мыслями Дэн. – Ты выяснил: Дорофеев говорил правду?
– Да. А дальше самое интересное: ее отчим – Жданов Илья Романович.
– Пиздишь… – не выдержал Капа, резким движением снимая очки, которые носил для солидности.
– Похоже? – спокойно уточнил я.
– Так а почему она здесь, а не в дорогущем особняке Ждановых? – задал логичный вопрос Капа.
– Сбежала.
– Крутые родители, раз дочь убегает. Ты помог с побегом?
– Нет. Она не из дома убегала, – я не хотел об этом говорить, во всяком случае пока, но…
– Из-под венца? – предположил Саня. – Может, договорный брак, а муж того, «не конь»? – вспомнил он любимую фразу жены Дэна.
Командир скривился, но промолчал.
– Из психушки, – выдал я, наблюдая за реакцией друзей. – Но она не сумасшедшая.
– Молчун, может ты… – начал Клим.
– Она не сумасшедшая! – удивив всех, вступился за Лесю Капа. – Я с ней говорил. Она совершенно адекватна, ну, может, психологическая травма от такой родни – и только. Теперь понятно, кто удалил ее из всех баз данных. Папа Жданов позориться не захотел. Я так понимаю, ситуацию в семье ты не знаешь? – уточнил он.
– Там начальником охраны у Жданова знаешь, кто работает? – задал я встречный вопрос.
– Могу прямо сейчас узнать, – обиделся Капа. Его ломало физически, когда он чего-то не знал.
– Майор Колосков, – подсказал я.
– Етить твоих всех ежиков! – не выдержал Капацкий. – Дёня, помнишь, три с половиной года назад я говорил, что ты в заднице. Так вот, я ошибался. Задница у Макса. Колосков же отморозок!
– Поэтому я не смог ничего выяснить один, – зло признался я.
– Значит, этим займемся мы, – решил Дэн. – Найдем тех, кто за тобой следил. И спросим. Брать живым! – по привычке распорядился он.
– А вообще, любовь – хорошая штука. Дёня вот на «коня» перестал обижаться, Макс заговорил целыми предложениями, Клим букеты собирает. Кто следующий? – не смог удержаться от шпильки Капа.
– Ты, – мстительно указал на него Дэн.
Наверное, командиру колких замечаний от Капацкого досталось больше, чем всем нам.
– Упаси Боже, – закатил глаза Капа.
Мы составили план «на коленке», исходя из тех данных, которые у нас были на тот момент. Капа обещал установить свои собственные антипрослушки и поставить камеры в моем подъезде.
– У Леси мобила есть? – уточнил друг.
– Нет.
– Украшения?
– Не носит.
– Вечером привезу кулончик. Подаришь ей. Мы должны отслеживать все ее передвижения, – решил Капа. – Я туда следилку впаяю.
– Дорогое не бери, иначе она не примет, – предупредил я.
– Понял.
Мы пожали друг другу руки, парни уехали в отделение, а я быстро вернулся домой.
Леся спала в той же позе. Я закрыл жалюзи на всех окнах и сел напротив, рассматривая ее…
Глава 7
Я всматриваюсь в идеальные черты лица Дани. Как всегда, равнодушен и холоден. Правая бровь насмешливо приподнята. Он медленно обводит зал взглядом, в глубине которого сквозит презрение ко всем присутствующим. Идеально сидящий на нем классический костюм подчеркивает все достоинства фигуры, а руки он спрятал в карманы.