Чтение онлайн

На пороге стояла Лиля.

Митя неприятно удивился и подумал: «Как некстати».

— Я на пять минут, — поспешила сказать Лиля — пришла проститься. Все-таки мы столько лет дружили. И протянула Мите ключи.

— Это от квартиры, которую ты для меня снимал. Сегодня ночью я уезжаю. Дверь захлопну, запасные ключи оставлю в прихожей, а дальше сам решай, что будешь делать с квартирой.

Выглянула Маша, и Лиля дернулась: «Быстро он нашел мне замену», но тут же успокоилась, сказав себе: «У меня новая жизнь, и в ней нет Мити».

Митя на автомате протянул руку и забрал ключи. И тут обратил внимание, что Лиля в черном и с черным шарфиком. «Это траур по нашим отношениям?» — усмехнулся он.

— Да, если для тебя это важно, я писала, что не успела рассказать о своих подозрениях, но ты, наверное, не читал письма?

— Не читал. Зачем? Лиля, все кончено.

— Я знаю. Так вот, я случайно увидела в фотоателье фотографию девушки на фоне одного дома, примечательного дома. Помнишь проект «домино», от которого отказался заказчик? Дом по нашему проекту, оказывается, был построен, только в архитекторах числится совсем другая фирма.

— Не может быть! — Высунулся Аршавский.

— Я навела справки кто хозяин и учредитель той фирмы. Вы потом сами все остальное проверьте. Я не успела довести до конца расследование. Так вот, хозяин — племянник твоего зама Сергея, Митя.

— Ты хочешь сказать, что Сергей воровал у нас проекты и пристраивал их на фирму племяннику? Лиля, как ты можешь оговаривать людей?

— Я знала, что ты мне, без пакета доказательств, не поверишь. Кое-что сохранилось у меня и в рабочем столе, и на компе. Впрочем, я сказала, моя совесть теперь чиста. А ты сам решай, верить мне или не верить.

Лиля замолчала ненадолго и, как бы извиняясь перед ребятами, произнесла уже для них:

— Я потому и предложила проект Артемьеву, знала, что его сольют на сторону.

— А мне почему не сказала?

— Я была на тебя обижена и зла. Я хотела, чтобы тебе было так же больно, как и мне.

— А сейчас не хочешь?

— Митя, у меня боли выше крыши, — на глаза Лили выступили слезы, — но я справлюсь.

Маша не удержалась:

— Простите, у Вас горе, кто-то умер?

— Я сегодня похоронила маму, — Лиля взмахнула рукой и поторопилась уйти.

Маша вслед прошептала:

— Примите соболезнования.

А Митя стоял как оглушенный, и ему было нестерпимо стыдно. Руку жгли ключи, отданные Лилей. И он понимал, что, по-хорошему, нужно догнать Лилю, предложить ей помощь и поддержку, но не мог сдвинуться с места.

Ника стояла перед статуей Благодетельницы в Храме. Рядом стояли храмовники, а в отдалении стражники.

Утром Главный Храмовник оповестил ее — «Все. Пришло время». И теперь или она получит от Благодетельницы для них благословенную воду, или… Думать, что она лишится дара, не хотелось. Долго размышляя, пока ей дали время восстановиться, она решила, что попробует с помощью дара всех обмануть.

И сейчас протянув руку к статуе, она не просила помощи у Благодетельницы, а конденсировала из воздуха воду на ладони статуи, как для себя в камере, когда хотела напиться. Капельки потихоньку собирались, и вот одна уже покатилась вниз.

Храмовник подставил сосуд, а по ладони катилась уже другая капелька. Раз, два, три, четыре… «Много нельзя, распознают, что это просто вода» — подумала Ника и собрала еще три капельки.

— Все, — выдохнула она.

Храмовник взболтнул полученную жидкость, и та, на удивление всем, блеснула огоньками.

Храмовники и так смотрели на капельки, затаив дыхание, а когда увидели блики, радости их не было предела.

— Благословенная.

— Волшебная.

— Дар Благодетельницы.

Только Ника смотрела на чудо, не веря своим глазам. Она-то знала, как получилась эта вода. «Наверное, раз с ладони Благодетельницы, значит так или иначе, вода от нее. — Думала она. — Но вот какие у нее свойства…». Ника помнила женщину, которой в прошлый раз досталось от Благодетельницы.

Главный храмовник подошел довольный и, поблагодарив девушку, пообещал, что если она так и дальше будет стараться, то для нее будут организованы самые лучшие условия жизни. Нику отвели в ее покои, а сосуд с полученной магической жидкостью поспешили доставить императору и не посыльным. Сам Главный Храмовник, облачившись в торжественные одежды, предстал перед императором.

Тот, только завидя в руках Главного Храмовника сосуд, махнул рукой на начатые речи и, выхватив сосуд, поднес к губам. Дальнейшее все вокруг наблюдали с непередаваемым ужасом. Кто-то тонко заскулил, сановник стал тихо-тихо пятиться. Стража бросилась вперед и остановилась.

Губы у императора почернели, и от них пошла сеткой распространяться чернота. Он захрипел, замахал руками, а потом рухнул на пол и стал биться в судорогах. Стражники притащили сначала одного, потом еще и других лекарей. Но те больше суетились, чем делали что-либо. Как помочь императору они не знали. Только с умным видом говорили — «Яд. Император отравлен».

Главному Храмовнику скрыться не удалось. Стража быстро одела на него наручники и до дальнейшего разбирательства поместила в камеру. Тот кричал: «Я не виноват», но кто его слушал?

Ника в это время, заслышав шум и суету во дворце, стала выспрашивать, что случилось. Внутренний голос нашептывал ей, что виновата ее «волшебная вода». Она потихонечку попыталась удалиться, но вокруг то там, то там вырастала охрана, и Ника поняла, что ей не выбраться. «Вернуться к себе — размышляла она — и сказать, что это все от Благодетельницы? Поверят ли, не окажусь ли я опять в застенках?» Размышления прервал стражник, подойдя и настойчиво предложив вернуться в свою комнату.

Ника вернулась и попыталась вызвать служанок. Никто не отозвался на ее зов. От страха за свое будущее ее уже колотило мелкой дрожью. «Я лучше сама отравлюсь, но больше не пойду в тот подвал» — плакала она.

Вести из дворца, о том, что император при смерти, быстро разнеслись по столице. Желающих занять освобождающееся место хватало. Народ забурлил и стал стекаться ко дворцу. Кто из любопытства, кто для осуществления дальнейших планов.

Группа противников императора, после сообщения Индиса о скорых переменах, готовилась к захвату власти и объявила по своим сторонникам «Готовность № 1».

***

А наши друзья ни о чем не подозревали. Они собрались у костра, и Дарина привела к ним обновленную Ладу знакомиться. Дарина сказала девушке, что та сильно болела, поэтому забыла последние дни. Друзья смотрели на Ладу и не узнавали ее. Было впечатление, что перед ними предстал другой человек. Удивленные распахнутые глаза, полуулыбка на лице, смущение.

— Ты помнишь пансион? — после знакомства спросила Алья Ладу.

— Нет. А что это?

— А что ты помнишь последнее?