Ты услышишь мой голос
Шрифт:
— Хорошо… — согласно кивнув, заплаканная девушка поднялась с дивана, — Спасибо тебе, Дима… Я пойду…
— Не переживай, всё наладится, — как можно увереннее сказал он ей на прощание, — вот увидишь!
— Слушай, меня этот Морозов уже достал своей ревностью, — вечером того же дня, полулёжа на широкой кровати в шикарной спальне Кристины, капризно жаловался Макс, — то пою не так, то дыхание держу неправильно.
— Ну, что поделаешь, малыш… — лёжа рядом, Кристина пятернёй разлохматила его льняные волосы, — Наличие соперников говорит только об одном…
— Нет, я его, конечно, понимаю… — с долей высокомерия произнёс парень, — Но, кто ему виноват? Правда? — он заглянул в её смеющиеся глаза, — Ведь правда?..
— Ну, конечно, правда… — улыбаясь, томно ответила девушка, — Таких женщин нужно беречь, как зеницу ока… Или я не права?..
— Ты права… как всегда… — целуя её, горячо прошептал он, — Пусть теперь локти кусает…
— Морозов… А ты, случайно, не ревнуешь? — игриво спросила Кристина на следующий день, когда Дима спросил её напрямую об отношениях с Максом, — С ума сойти…
— Не говори глупости, — Дима казался озабоченным, — Ты хоть понимаешь, что ты делаешь? Они участвуют в одном проекте… Девчонка вчера петь от переживаний не могла, а у них вот-вот сольный концерт. А он — он почему такую фальшь выдавал? Либо спиртного перебрал, либо не спал всю ночь…
— Ну, а если второе? — спросила Кристина, томно заглядывая ему в глаза, — Да… мы не спали всю ночь…
— Слушай, в конце концов, это твои ребята… ты что, хочешь, чтобы вся работа пошла насмарку?
— Мо-ро-зов… Ты рев-ну-ешь… — улыбаясь, по слогам произнесла Кристина, — Значит, я была права…
— Кристина… — пытаясь сохранять спокойствие, Дима шумно выдохнул, — При чём тут ревность? Они выступают вместе, это дуэт, и любые тёрки между ними — только минус их творчеству, а у них уже не просто тёрки… Там настоящая трагедия, судя по девочке.
— Так в чём же дело?! — ухмыльнулась Кристина, — Возьми девочку на себя, ты же у нас специалист по девочкам… Утешь, тебе не привыкать.
— Ты хоть понимаешь, что ты несёшь? — Дима устало опустил руки, — Ты вообще — адекватна?
— Ой, Морозов… — Кристина расхохоталась, — А ты такой смешной, когда ревнуешь…
— Кроме творческой, тут ещё и этическая сторона присутствует… — Дима укоризненно посмотрел ей в глаза, — У них же любовь была… Зачем ты?.. Ведь тебе не нужен этот пацан, ты просто хочешь что-то кому-то доказать… Зачем, Кристина?!
— Морозов… — её взгляд вдруг стал злобным, — А вот это тебя не касается! Думаешь, ты своё счастье нашёл, теперь можешь других учить? А ты уверен, что это — твоё счастье?.. Смотри, как бы не ошибиться…
— Обратись к психологу, — он взялся за ручку двери, — я серьёзно.
— Только после тебя, Морозов… — она насмешливо улыбнулась, — Тебе психолог нужнее, тем более, он у тебя есть… личный…
Проснувшись посреди ночи и не обнаружив рядом Диму, Наташа встревоженно приподнялась на постели, но, бросив взгляд на детскую кроватку, тут же удивлённо захлопала длинными ресницами… Сидя рядом на полу, в свете ночника, Димка сквозь редкие, тонкие прутья кроватки кивал и, улыбаясь, что-то шептал неспящему Валерику… Будто понимая, Валерик улыбался ему в ответ — ещё неосознанно, беззубо, но так трогательно… Широко распахнув свои синие-пресиние глазёнки, одной ручкой он держался за Димкин палец, а другой, сжатой в крохотный кулачок, смешно размахивал. Малыш сучил ножками и время от времени произносил короткое «а».
— Дим… Ты что там делаешь? — громким шёпотом спросила Наташа.
— Я?.. — счастливо улыбаясь, он обернулся к ней, — Я беседую… со своим личным психологом…
Глава 5
— А я знала… — сказала Наташа вечером следующего дня, аккуратно развешивая на тонких перекладинах сушилки влажные ползунки и распашонки, — Они ещё тогда, на твоём дне рождения, недурно провели несколько часов в мансарде, но кроме Иры никто не заметил, как они входили в дом. Поэтому мы с ней решили никому пока ничего не говорить.
— Эх вы, партизанки… — с лёгкой долей укоризны сказал Дима, — Мне-то могли сказать…
— Мы подумали, а вдруг это у них несерьёзно? — Наташа виновато посмотрела на мужа, — Ну, было и было… Макс проспится и сам пожалеет…
— Ну, вот, не пожалел… — И, я так думаю, у него-то всё как раз серьёзно, — облокотившись о косяк ванной комнаты, Дима задумчиво смотрел себе под ноги. Рассказ о том, что произошло между Максом и Ульяной, Наташу не удивил, и теперь он сосредоточенно вспоминал все события последних дней.
— Дим… — Наташа подошла к нему вплотную и положила руки на плечи, — Я сначала хотела рассказать… а потом подумала…
— Что подумала?
— А, ладно… неважно, — она почему-то смутилась и уже хотела отойти прочь, но Дима плотно сомкнул руки у неё на талии.
— Так что ты подумала? — улыбнувшись, переспросил он.
— Ничего… — засмеялась Наташа, — Ладно, пошли спать.
— Наташка… Ты что, подумала, что меня это как-то заденет? — он пытливо заглянул ей в глаза, — Ты что, серьёзно так подумала?
— Я сначала подумала, а потом… уже не подумала… — пряча улыбку, она попыталась выскользнуть из его рук, но Дима держал крепко.
— Если ты так подумала… — наклонившись, полушёпотом сказал он ей на ушко, — Если ты так подумала, то считай, что я очень рассердился…
— Да?.. — она лукаво стрельнула на него карими глазами, — И ты меня теперь не простишь?..
— Ни за что не прощу… — целуя её, всё так же, полушёпотом ответил Дима, — Если только…
— Что — только?.. — тихо смеясь, Наташка обхватила руками его шею, и, подпрыгнув, повисла на нём с подогнутыми в коленях ногами, — Если только ты меня сейчас не донесёшь?..
— Ну, это вообще… наглость… — распрямившись и прижав её к себе ещё крепче, он с шутливым возмущением шагнул со своей ношей из ванной, — Придётся сейчас с тобой разбираться конкретно…
— Вы почему ещё не спите?! — Анна Сергеевна, в дорогом пеньюаре, выросла как из-под земли в небольшом коридоре, ведущем в их с Александром спальню — с одной стороны, и в Димкину комнату — с другой, — Первый час ночи…
— Уже идём, — держа Наташку одной рукой, другой Дима повернул ручку двери, — Спокойной ночи, мам…